Культ Дьявола (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 78

Топи к северо-западу от Тоина. Отряд рода Максалис.

Враг замер на месте и уже около часа не двигался с места. Сперва некромант, внимательно за ним следивший, даже подумал, что преследователь просто потерял след, но затем, поразмыслив, изменил мнение.

В деревне гоблинов не осталось никого — уж убедиться в том, что в поселке оказались все его жители, мастера Смерти могли. А потому преследующий отряд враг — это не кинувшийся мстить одиночка, это некто со стороны.

Быстро перебирая в черепушке последние новости Империи, лич был вынужден признать, что понятия не имеет, кто перед ним. И одно это давало ответ, от которого в душе некроманта зародилось двоякое чувство.

Если сейчас удастся заарканить второго Героя, Корн сможет захватить весь мир, не оглядываясь ни на императора, ни на другие кланы. Мощь, которую даровала своему Избранному Тала, превращала даже самых сильных и опытных сынов рода Максалис в жалких детишек, ковыряющихся в песочнице. Благодаря тем гекатомбам жертв в Шиносе Корн уже мог тягаться если не со всеми Героями сразу, но с большинством из них — определенно, а ведь он еще никого из них не убивал. Предполагать, насколько вырастет сила бывшего ученика, немертвый чародей не брался даже в теории.

Однако присутствие другого Героя — это риск не только погибнуть самим, но и не доставить плененного гоблина. Подставить род ради возможности заполучить вдвое больше — это очень вероятный исход. Лич прожил достаточно, чтобы не строить иллюзий — в прямом столкновении против Героя некроманту не выстоять.

Во всяком случае пока что противник оставался достаточно далеко, чтобы и не подставиться под удар лича, и самому до него не дотянуться. Болото — место опасное, здесь можно не только провалиться при неосторожном шаге, но и банально промахнуться, перепутав кривую корягу с притворяющимся ей врагом. И если сейчас преследователь ударит первым, у опытного лича найдется, чем ему ответить.

Привычно перебирая подходящую для местности нежить, которую следует призвать себе в помощь, некромант вздрогнул. Божественная мощь, стремительно ползущая от врага к занятому отрядом холму, просто потрясала до глубины души. Такой магии лич не знал, хотя и смог определить ее принципы.

А потому он сразу понял, что отряд никуда отсюда уже не уйдет. И единственное, что оставалось — не дать врагу усилить себя.

— Бежать! — приказал лич, срывая покров с клетки и материализуя в руке длинный меч, словно сотканный из первозданной тьмы.

Сидящий внутри гоблин поднял взгляд на похитителя и, неожиданно улыбнувшись, выплюнул на руки кристалл. Некромант не успел даже осознать, что это, как его дух просто выдернуло из тела и втянуло в артефакт.

Пленник встряхнул руками, с помощью заемной сущности растворяя небесный металл в воздухе вместе с прутьями клетки, а потом стремительно рванул прочь. Он тоже чувствовал, какая мощь идет на холм.

Однако не успел он сбежать с холма, как в ногу вонзился арбалетный болт. Выронив драгоценный кристалл, гоблин рухнул в болотную жижу, сразу же уходя с головой и хватая ртом мутную воду.

В следующую секунду на лагерь рода Максалис обрушился ад.

* * *

Топи к северо-западу от Тоина. Дьявол Дим.

Толстый столб пламени вырвался из-под земли, мгновенно осушая болото и просто расщепляя на атомы все, что попадало по пути. Растворились в ярко-рыжем свете воины клана, исчез холм, стерлись артефакты. Прорыв в домен сработал, как нужно, и теперь на месте затхлой воды поднимался густой пар, и разливалось озеро магмы.

Чудовищный удар, в который я вложил немало сил, вышел затратным, но эффективным. Жаль, что таким столбом нельзя управлять уже после активации, не то я бы просто гонял им всех врагов по Колыбели, не утруждая себя долгими разборками с противниками.

Опустившись на колени, я по пояс погрузился в болотную воду. Вместо ощущения радости и удовольствия на меня накатила апатия. Сминая все барьеры, опустошения от чрезвычайной растраты сущности высасывало из меня силы, а награды за убийство чужого Героя все не было.

— Да что ж за день такой, — выдохнул я, глядя, как созданный мной поток пламени оседает.

Примененные чары утратили силу и сходили на нет. Еще пять секунд, и единственное, чем будет грозить посещение бывшего холма — так это возможностью обжечься горячей водой.

Кое-как найдя в себе силы подняться, я обнял ближайший кривой ствол и, шатаясь под неощутимым ветром, шагнул в сторону холма. На то, чтобы сотворить Единение сил не хватало, а для поисковых чар было слишком сильное возмущение. Чем сильнее магия, тем больше она забивает эфир, и в этой кутерьме сейчас несколько армий спрятать можно — пока возмущение не рассосется, никогда не найдешь. Так что придется переступать ножками и глядеть собственными глазами.

До места я добрался, шатаясь от усталости и практически ничего уже не соображая. Организм требовал вырубиться прямо сейчас, ему было плевать, что уцелевший каким-то образом Герой сейчас может скрыться.

Наконец, я достиг эпицентра, где стоял тот чародей Максалисов. Повертевшись вокруг, я ничего не нашел, и побрел в единственном возможном направлении — дальше по прямой. Столб огня закрыл от меня только эту сторону, в других случаях я бы заметил спасающегося бегством врага.

Магма спеклась в жесткую корку, и воды болота постепенно набегали сверху, грозя поглотить рукотворную сушу. Остановившись на самом краю куска черного пятна, я всматривался в горизонт, стараясь обнаружить хотя бы намек, но глаза уже слипались, а разум отказывался воспринимать окружение.

А потому, когда гоблин с кристаллом в руке возник из-под воды прямо передо мной, единственное, на что у меня хватило сил — уйти в домен.

Лежа на горячем полу, я с проклятьем схватился за грудь. Коротышка успел зацепить меня своим артефактом! Ядро постепенно покрывалось трещинами и грозилось вот-вот развалиться.

— Ублюдок, — прошипел я, торопливо втягивая окружающую меня силу.

Но и это не помогло, лишь замедлило процесс. Я не вылечусь от этого воздействия. Перевернувшись на бок, я медленно поднялся на ноги. Пульсация сердца и магических каналов отдавалась ослепляющей болью, и я никак не мог сосредоточиться, чтобы найти паутину чужого воздействия.

— Иди ко мне, — сквозь новую вспышку боли, расслышал я незнакомый женский голос. — Иди ко мне, я помогу.

Шатаясь, как пьяный, я споткнулся и рухнул на четвереньки. Магия гоблина выветрила все мысли, кроме одной — я хочу, чтобы эта боль прекратилась!

А потому у меня не возникло никаких сомнений в том, что я делаю. Мгновение, и я стою перед открытым огнем, преграждающим вход в измерение демонов. А в следующую секунду новая вспышка в ядре заставила меня упасть прямо в проход.

Конец пятой книги.