Мар. Homo Insignis (СИ) - Грачёв Павел Сергеевич - Страница 62

Сначала число людей для операции сократили вдвое, уменьшив площадь до одного гектара, но и такую территорию при нынешних условиях удержать не представлялось возможным, по крайней мере, без длительной подготовки. Тогда решение предложил сам Марк.

В том хуторе, что они выбрали целью, достаточно строений. За полтора часа (именно столько длятся их вылазки сейчас) максимально укрепить наиболее приспособленное для обороны. Затем основная часть возвращается в город, оставляя одного человека. Он то и присваивает земле статус условно безопасной. Да, это будет всего лишь двести квадратных метров, но этого достаточно, чтобы накрыть один дом. А главное, противников (скорее всего) будет не больше десяти. Основная проблема — стенолом. Когда он появится (исключать такую возможность нельзя даже для одного человека), игрок не сможет ему ничего противопоставить.

— Какие свитки у нас есть? — вопрос, заданный магистром, озадачил всех. Так как ответственного за материальное обеспечение у них до сих пор не было. Пришлось посылать человека на склад.

Спустя полчаса они сидели с полным перечнем всех свитков заклинаний, имевшихся в распоряжении магической гильдии. Подавляющее число среди них были абсолютно бесполезные «стрелы» разных стихий. Тут же возникла идея раздавать их рабочим на миссиях, по одному на каждого — для поднятия боевого духа. Вторым по количеству был свиток лечения, однако ресурсы для его производства, копившиеся годами, таяли на глазах и запас не казался таким уж огромным.

Ещё была пара десятков свитков с различными стартовыми заклинаниями чуть мощнее стрел: огненные шары, ядовитые туманы, гейзеры, пара молний, упокоение нежити (видимо Унгер Тульме ставил какие-то эксперименты) и даже свиток роста. Меньше всего было бафов: один ледяной панцирь и одна горячая кровь. От себя магистр пообещал создать свиток с цепной молнией, если остались ресурсы.

Следующим вопросом стала кандидатура героя-одиночки. Железные бык и все прочие танки отпадали сразу из-за низкой мобильности и скорости восприятия. Могучий мужчина вынужден был признать за своим классом эти недостатки.

Та же участь постигла и Эгиду. У неё не было очевидных диспропорций в характеристиках, однако ей напомнили, что в её прямом подчинение есть игрок, который для своего уровня, существенно превосходящит её в боевых навыках.

Собравшиеся быстро пришли к выводу, что сильных игроков одиночек, не привязанных к уровню, следует искать как раз среди рейдеров.

И первой же отпавшей кандидатурой стала Мориган — лучший рейдер на данный момент. Ни́кто, как тесно взаимодействующий с Ночными Птицами, объяснил, что её тактика эффективна лишь при численном превосходстве над противником. В конечном итоге осталось четверо «счастливчиков»: Каракурт, Д’Зорро, Алекс и Карх. А вот дальше начались проблемы: Эгида берегла своего подчинённого и голосовала за троих оставшихся. Железный Бык из профессиональной солидарности защищал Каракурта (оба бывшие военные). Марк голосовал так же, но по другой причине: с боевым магом он был неплохо знаком по игре и хорошо к нему относился как к человеку. Ни́кто хоть как-то аргументировать свою позицию не стал и, со словами «ну раз так», поддержал Эгиду.

К чести собравшихся, магистру даже не пришлось хмурить брови; первым не выдержал Железный Бык.

— Ладно! — Мужчина вскочил и заходил по комнате. — Гоблин и боевой маг. — но сделав буквально пару шагов вернулся на своё место. — Этот, как его, Мигель, который Д’Зорро и Лёха — гражданские. Нет, я ничего не хочу сказать, сопли уже давно никому подтирать не надо, а у ребят явно потенциал повыше чем у многих, но… Кар…Каракурт, — Жебэ вовремя вспомнил что первые буквы у обоих рейдеров одинаковые. — награждён Гранатовой Звездой[1].

— Не за что. — Железный бык уже не так бурно реагировал на подначки Ни́кто, и более-менее спокойно отреагировал на намёк о том, что пользуется его информацией.

— Карх тоже бывший военный? — Магистр Артурис уже не первый раз слышал это имя, причём всегда в положительном ключе. Даже тот случай с зельями забвения он не ставил в вину лично рейдеру.

— На него нет досье — он пришёл в город буквально перед второй волной. Да из парнишки ещё устав не выветрился, его выбросили, небось, всего пару месяцев назад. Вот он никому и не верит больше. Да я сам таким был: замкнутый, отчаянный…

— А ещё грубый, необразованный и без чувства юмора. — Железный Бык средним пальцев выразил своё несогласие. Чем вызвал у того довольную улыбку.

— Марк?

— Я признаю, что первый раз голосовал под действием эмоций. Однако взвесив все за и против, я решил не менять своего мнения; сейчас объясню почему. С учётом тех свитков, что получит…кто-то из них, личная магия уже не будет таким решающим преимуществом. А при наличии цепной молнии, вопрос с змееголовыми можно считать закрытым. — Магистр Артурис знал возможности своих заклинаний, и был не столь оптимистичен, но вслух возражать не стал. В целом Марк был прав. — Основной проблемой станет Стенолом. Хоть вероятность его появления не стопроцентная, мы исходим из того, что рейдеру придётся биться с ним один на один.

— А нельзя как-то будет помочь ему? Устроить засаду недалеко или… — Эгида понимала к чему всё идёт, и искала возможность оградить своего подчинённого от непродуманной операции.

— Нет, — Марк с сожалением покачал головой, — мы не знаем, как работает скрипт, но исходя из того, что известно, такую дыру должны были давно пофиксить. Я продолжу. Ни у одного мага не хватит сил убить стенолома в одиночку, даже если в бою пить зелья маны. На первый план выходит манёвренность и скорость. Поэтому, каким бы не был Каракурт боевым, он уступает в этом плане «прирождённым войнам»[2]. Тем более, что у всех троих основной упор в ловкость.

— Насколько мне известно, мастер-наставник Карх единственный из игроков, победивший стенолома в одиночку. И как правильно отметил мастер-наставник[3] Бык, крайне важна боеспособность в экстремально стрессовой ситуации, то есть при получении тяжёлой травмы. В этом плане у Каракурта пока что есть неоспоримое преимущество перед Д’Зорро и Алексеем. Что же касается Карха, то существуй в этом мире система достижений и аналог Гранатовой Звезды, он бы из них собрал ожерелье. В городе нет человека, не слышавшего историю о герое обороны стены, который по кускам вползал в ворота, но не воспользовался перерождением.

Ни́кто закончил говорить и все повернули головы к Эгиде, однако женщина не торопилась высказывать своё мнение.

— Он получит полный комплект брони, зелье забвения…два зелья забвения и личное оружие на заказ.

Сказать, что собравшиеся были поражены наглостью номинальной главы Гильдии Охотников, значит ничего не сказать. Такого от неё не ожидал никто.

— Во-первых, одно зелье минимального уровня и только оружие, никакой брони. Во-вторых, — мы ещё не выбрали кандидата. С чего ты решила, что это будет обязательно твой гоблин? — Магистр Артурис давно хотел, чтобы его помощница стала более «взрослой» и самостоятельной и вот это произошло. Первый раз на его памяти она так упорно отстаивает своё мнение, причём не против Ни́кто, а против тех, кого она уважает, и, даже, в некотором смысле, против него самого. — Я должен подумать. Продолжим сразу после ваших ежевечерних докладов и пригласите заодно основных действующих лиц, включая нашего изобретателя стреломёта.

Когда люди уже стояли возле двери и были готовы выйти маг, всё так же сидевший в своём кресле сказал, ни к кому конкретно не обращаясь: «Раз уж вопрос со Змееголовыми можно считать закрытым, пригласите заодно и госпожу Мориган. Волкам ни зелья, ни доспехи не нужны»

***

Вечернее собрание опять вышло не очень познавательным. Даже наоборот, от людей утаили информацию, что эрзац волна намного усложнилась. А перенос крупномасштабной операции объяснили заботой о безопасности и повышением вероятности. Паёк из-за неожиданного выходного урезать не стали (видимо на пару дней запас всё-таки имелся), зато подняли норму выработки по лечилкам: теперь продовольственную карточку давали за пять свитков вместо четырёх. Собравшихся это не затрагивало, так как все они ману тратили в бою, а не на крафт. Снова открыли набор в рейдеры, но ужесточили отбор, а в конце пятерых человек, включая Карха, пригласили в штаб. По пути к ним присоединился Владислав Семёнович.