2018: Северный ветер. Том 3 (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 5

Учитывая, что под Дорпатом Тёмных было примерно полтысячи, но они едва не задали трёпку взводу мотострелков, бой предстоял не из простых. Правда, в той битве у пехоты фактически не имелось тяжёлого вооружения и поддержки техники… Но и под Дорпатом они оборонялись, а не вели поиск и уничтожение.

Впрочем, Вяземский всё же считал задачу вполне выполнимой… Если привлечь в помощь местных эльфов — и не только в качестве проводников и следопытов, но и как военную силу. С остатками Орды же главное — Тёмные. Обычных же варваров из пулемётов проредить — невелика задача, а вот против фейри драться тяжко. Они и быстрее, и сильнее, и опыта боевого у них — десятки и сотни лет… Самый напрашивающийся ход в такой связи — выставить против них сопоставимого противника, то есть сильванов. Хороших магов среди них мало, зато опытных бойцов хватает — надо только их вооружить получше и правильным образом сагитировать. Теми же трофеями — после авиаудара и боя досталось немало оружия и доспехов, причём на которые никто не претендовал. Всё-таки по местным законам все трофеи считались добычей победителей…

Правда, победителям этот металлолом был без особой надобности. Даже в виде сувенирной продукции, потому как ещё после первых боёв против Новорима все, кто хотел, занятными трофеями обзавелись. Тем более, что оружие и доспехи имперской работы были куда лучшего качества, чем продукция северян.

Вяземский вылез из командирского броневика и не торопясь пошёл к слегка помятому «тигру» Булата, около которого лежали два тела, накрытых плащ-палатками и сидела на траве Шари. Её от любых работ в приказном порядке освободил Сергей, потому как даже с лёгкой контузией, которую определила Татьяна, лучше было не шутить.

Майор присел рядом с сильваной, достал из кармана пачку сигарет, покачал её в руке… И убрал обратно. Достал взамен шоколадку, разломил её пополам и протянул часть Шари. Та машинально взяла её и начала меланхолично грызть.

— Ты не виновата, — сказал Сергей.

— Но я всё равно их подвела, — Шари потёрла заклеенный пластырем лоб.

— Возможно, ты и слишком рисковала, вступая в бой, но ты же не знала, что они там продержатся до нашего прихода, — пожал плечами разведчик. — И я не знал. Да и сейчас ни ты, ни я этого не знаем. Есть у нас такая поговорка — сам погибай, а товарища выручай.

— Но… это ведь нелогично? Если чтобы спасти гибнет двое, то…

— …каждый будет знать, если что — его тоже пойдут спасать, а не упражняться в арифметике.

— Всё равно терять своих… — Шари поморщилась. — Больно.

— Это так, — кивнул Сергей. — Но это наш риск. Профессиональный, можно сказать. Если ты не хочешь рисковать — идёшь… торговать в лавке или пахать землю. Но если идёшь в армию — изначально соглашаешься с тем, что можешь умереть. Никого силком сюда не гнали — каждый мог отказаться и вернуться за врата. Но кто остался — тот выбрал свою судьбу. Ты меня понимаешь?

— Да, отец, — фейри прижалась затылком к холодной броне «тигра». — Я понимаю. Воин стоит между миром обычных людей и миром войны. И если о его службе ничего не знают — значит, он делает её как надо. Но… делаю ли я всё правильно? И не станут ли мои ошибки… не стану ли я причиной гибели моих товарищей?

— Никто тебе это не скажет, — майор тоже откинулся назад, прижимаясь к корпусу броневика. — Я — тем более. Знаешь… Возможно, ты ждёшь от меня каких-то особенных слов, что расставят всё в твоей голове по полочкам… Но у меня нет таких слов. И для себя тоже нет. Помнишь, когда-то ты сказала мне, что я великий воин? Но теперь ты знаешь — это неправда. Полгода назад я был совершенно обычным офицером из совершенно обычного гарнизона на краю страны. Я никогда не воевал, не отнимал чужих жизней, так что… Кто я такой, чтобы учить тебя? Мы вмести учимся, вместе ошибаемся, вместе набиваем шишки… Чтобы возможно кто-то другой — не сделал таких же ошибок.

— Я помню, — Шари кивнула. — Но поняла только сегодня — там, когда другие фиари стояли и смотрели на меня, как на… героя? И когда Ширидар спросила меня — я ли убила Лонара. А я… я стояла и думала — разве ж это важно? Какая разница кто именно нанёс последний удар? Не было бы других ударов — он бы не стал последним…

Девушка слегка улыбнулась.

— А потом я вспомнила, что была такой же. Все эти старые традиции, когда имеет значение, кто именно совершил что-то важное… Хотя тогда вы все меня спасали.

— Традиции — это не обязательно плохо.

— Да. Но другой клан — другие традиции.

— Даже странно, что ты так хорошо вписалась в наш… «клан», — усмехнулся Сергей.

— Не знаю, — пожала плечами Шари. — Наверное, помогло то, что у вас, как и у фиари много традиций. И почти все — неписанные. А ещё, наверное, в отличие от имперцев — никто ничего не ждал от меня, и я ничего не ждала от вас. Ну, разве что совсем немного чудес, пожалуй.

— И как? Получила?

— Даже слишком много, — вздохнула сильвана. — Вот Ширидар намного старше меня, намного опытнее меня, но я вижу, как её удивляют многие привычные вещи… Для меня уже привычные. Но что делаем мы, отец, и что говорит матушка… Мир изменится. Я буду удивляться, но мне он будет хотя бы немного понятнее. Но как быть с другими фиари? Мир изменится… А что будет с ними? Смогут ли они… приспособиться?

— Кто знает, — Вяземский посмотрел в сторону фейри, которые превращали голову Лонара в выбеленный череп. — Я могу отправить тебя вертолётом на базу. Отдохнёшь немного, придёшь в себя…

— Нет, — мотнула головой Шари. — Я в порядке. Я могу драться. И я должна драться. Мы же пойдём по следу Тёмных?

— Непременно. Но хорошо бы заручиться поддержкой твоих лесных собратьев… Что может быть не так просто — основные-то силы варваров мы уже разбили, считай.

— Я могу созвать Ритенгемот, — заявила девушка. — Пускай только попробуют не помочь тем, кто выручил их из беды.

Майор задумался.

— А у тебя хватит… эээ… полномочий? Ты же конечно за главу клана, но всё равно…

— Вот и пусть утвердят заодно! А касательно полномочий… — сильвана слегка усмехнулась и кивнула в сторону туши Лонара. — Вон они, полномочия. Сами же теперь считают меня великой воительницей и героиней… Если нам нужно войско — нам его дадут.

— Думаю, отдать им все трофеи, что взяли с разбитых ордынцев, — добавил Сергей. — Оружие, доспехи…

— На самом деле ко мне уже пятеро из фиари подходили, — слегка смущённо призналась Шари. — Предложение делали…

— В смысле жениться хотели? — прищурился Вяземский. — Если достают — только скажи. Я ведь не посмотрю, что кому-то там два века стукнуло…

— Что?.. А, нет! Предлагали взять их к себе — просились в клан, — девушка помолчала и почему-то шёпотом добавила. — Даже Ширидар.

— Она же военный вождь, если я правильно понял? — удивился майор. — Её клан выбрал на такую важную должность, а она в другой клан хочет перейти?

— С нами воины идут, Ширидар — тоже воин. И они, как и я когда-то, чувствуют, что в большом долгу перед нами. А клан… А что клан? Выберут другого военного вождя — не самая важная для клана должность. Даже скорее знак того, что больше ничего не умеешь — это вот умелую ткахичу или гончара не отпустят… А воины — что? Если войны нет, то только охотой и занимаются, но охотиться-то каждый может…

— Ну, это как сказать…

Вяземский посмотрел на клонящееся к закату солнце, вздохнул и рывком поднялся на ноги.

— Ладно, пойду проверю как минные заграждения поставили.

Майор зашагал прочь.

— Егор и Андрей, — негромко сказала Шари, сжимая в руке пару армейских жетонов. — Если… Когда у меня будет клан — так назовут первенцев. Я буду помнить.

Глава 3

Деревня Заливье считалась уже гефарской землёй, хотя до Империи тут было рукой подать — пара дней пути, пересечь реку, ещё пара дней, и начнутся ромейские поселения.

Когда Орда пошла на юге — деревне повезло, голова успел вовремя присягнуть новому риксу. Не из каких-то особо коллаборационистских соображений, а потому как старый правитель был мёртв, законных наследников у него не осталось, а в случае отказа новому риксу даже делать ничего особо не надо было. Достаточно было НЕ делать, а конкретнее — не вставать на защиту, когда сюда явился бы один из отрядов Орды.