Купол над бедой (СИ) - Аусиньш Эгерт - Страница 112

   Слушая Исиана, Димитри еще раз убедился в том, что и так уже знал с первой их встречи: вести дела с сайхами будет неприятно и сложно. Они знали об аварии и ее последствиях почти пять лет, и вот сейчас вдруг озаботились чужой бедой, да так, что декларируют невозможность отказа в помощи и предлагают своих экспертов и ресурсы и, похоже, вполне искренны в этом.

   - Я должен обсудить с императором ваше предложение, прежде чем дать ответ, - сказал наместник. - Но я хочу спросить тебя о другом. Ты утверждаешь, что авария только нашего авторства. Но если это так, зачем вы помогали Алисе убирать следы ее присутствия на ЛАЭС?

   - Тебе ли не знать, что у любой двери в иной мир есть две стороны, - ответил сайхский принц. - По ее следам могло пойти не только разумное существо, владеющее магией. И найти других магов, не только ее. В том числе и не знающих о том, что они маги.

   Намек был достаточно прозрачен. Кем бы ни был друг Алисы, получалось, что этот второй, чье имя так и осталось неизвестным князю, защищал от неведомой угрозы, исходящей от Зоны, не только Алису, но и саалан вместе с неинициированными местными. Он выходил не преступником, а более опытным собратом, знающим, что может случиться, и думающим об общем благе, опираясь на ту логику, что заставила сейчас Созвездие предложить свою помощь в ликвидации последствий аварии. Но даже если сказанное было правдой, неведомый второй не озаботился рассказать Алисе об угрозах, и эта мелочь ставила все сказанное под сомнение.

   - Хорошо, что вы это знали. Для нас оборотни оказались опасной неожиданностью, и повезло, что они не отличают магов от немагов, желая лишь вцепиться в живое и теплое. Скажи, ты знаешь, кто из твоих людей поспешил нам на помощь? - Димитри дождался подтверждения, что Исиан знает имя этого мага, и снова задал вопрос. - Этот маг действовал, как его научили, или это было наитие?

   Исиан посмотрел на Димитри так же, как в их первую встречу, после слов наместника о том, что тот готов брать золото за жизни своих людей. Похоже, хорошего ответа на вопрос у него не было. Если маг имел протокол действий, и владел им он, более опытный и умелый, а не Алиса, официальный наблюдатель Дома, то получалось, что сайхи не первый раз устраивают на чужой земле нечто, подобное подвигам Алисы, не подписываясь. И значит, сааланцы будут правы, заранее рассматривая любых гостей из Созвездия как потенциальных диверсантов. Если же маг действовал наугад, не поставив в известность ни Дом, ни принца, просто увидев, что и как произошло, и захотев помочь Алисе, то никому из сайхов верить нельзя, даже ему, Исиану. Вдруг он прямо во время беседы чем-то вдохновится и решит спасти саалан от последствий их собственных действий или иначе причинить непрошенное добро? А если Исиан скажет правду про отношения Алисы и Макса, то получится, что он не контролирует членов своего Дома. И, возможно, он такой не один среди принцев. И значит, наместнику Озерного края просто не с кем договариваться.

   - Какая разница? - пожал плечами сайх. - Он сделал это, угроза устранена. Остальное не так важно. Мы судим по результатам действий, а не по намерениям.

   Изворотливый сайхский лотай опять ускользнул от Димитри, еще и обрызгав его напоследок. Можно подумать, наместник саалан с ним обсуждал философские споры с его девочкой, а не гибель людей и стаи оборотней в городе, ставшие как раз результатами ее действий. Но докладывать императору о начале войны с собратьями по Искусству было худшей перспективой, чем позволить сайху уворачиваться и врать.

   Столица империи встретила Димитри метелью. В Южном Саалан было значительно теплее, чем в тех местах, где родился он, но зима оставалась зимой, а ее начало - особенно мерзким временем. Впрочем, Малый храм находился в одном из крыльев Большого Императорского дворца, так что на хлопья снега, превратившие столицу в серый мираж, князь смотрел из окон галереи. Император уже успел ознакомиться и с докладом Димитри о Созвездии Саэхен и его роли в аварии на ЛАЭС, и с предложением помощи от сайхов.

   - Обычаи наших собратьев по Искусству, - Димитри улыбнулся уголком губ, - очень отличны от наших, государь. Если бы Исиан пришел жить со своим Домом на нашу землю, его и его сородичей довольно быстро сочли бы ненадежными партнерами, с которыми невозможно договориться. Они показались мне скрытными, себялюбивыми и надменными.

   - Однако мы продолжали бы пробовать, ради их знаний и их самих, - услышал он в ответ. - Какими бы они ни были, они потоковые маги, как и мы. Я думаю, краю стоит принять предложенную помощь и узнать сайхов ближе. Любой Путь когда-нибудь заканчивается, вбирая в себя множество других дорог и тропинок. Дороги империи Белого Ветра и Созвездия Саэхен сошлись, и если мы откажемся от наших незваных собратьев, мы никогда не узнаем, куда направлял их и нас Поток и какой общий Путь был возможен для нас. Ты говорил, князь, что они не любят и не понимают привычных нам договоров и соглашений, потому что их осторожность граничит с трусостью. Попробуй договориться с ними так, как это делают они. Я заранее беру на себя ущерб от ошибок, которые ты неизбежно совершишь, играя в их игру.

   И Димитри вернулся из наступающей зимы в почти пришедшее лето играть в чужую и крайне неприятную для него игру.

   Тем временем в Созвездии тоже обсуждали саалан и общение с ними. Но сайхов волновали не качества и свойства новых собратьев, а судьба соотечественницы.

   Дом Утренней Звезды оказался в очень сложном положении, и Лианна из Рассветного дома, сочувствуя Исиану, от имени всего сообщества выразила поддержку всем, кто видел в Исиане своего принца. Саалан были готовы принять помощь Созвездия, и это значило, что предстояло сформировать рабочую группу для работы за пределами Саэхен, куда войдут представители сообщества не только достаточно искусные в магии, но и достаточно стойкие, чтобы пребывание рядом с саалан и их дикими традициями не сломило их и не вызвало отторжения к людям, нуждающимся в помощи. И, разумеется, это станет делом всего Созвездия, а не только дома Утренней Звезды, недооценившего угрозу, исходящую от варварской империи. Исиан был вынужден признать и правоту этого решения, и то, что человек его Дома не будет возглавлять эту группу. И, когда все согласились, Гинис из дома Золотой Бабочки сказал:

   - До того, как Алиса Медуница присоединилась к дому Утренней Звезды, она была под моим началом, и я все еще беспокоюсь о ее судьбе, как и мои люди. Разумеется, пока она остается у саалан, не может быть и речи о помощи и сотрудничестве. Рано или поздно она вернется к нам, и я не могу не спросить, какова будет ее судьба? Пока о ее деяниях знаем только мы, главы Домов. Но что скажут люди, когда спросят ее, где ее носили ветры и с чем она прилетела на этот раз, услышав ее ответ? Я бы не хотел узнать спустя время, что местом ее жизни стал Шайт.

   Гинис действительно выглядел обеспокоенным, но Исиан хорошо понимал, на что намекал глава дома Золотой Бабочки: история Алисы в изложении сааланцев выглядела для сайхов цепочкой преступлений. Некоторые из них вызывали сожаление - но Алиса имела право горевать по своей земле и призывать рукотворные несчастья на головы захватчиков, - другие объяснялись душевным волнением от столкновения с чужой болью и смертью. И лишь небольшая часть сотворенного ею была совершенно ужасна, если она действительно это сделала именно так, как описывал Димитри. Однако веры его словам у Исиана не было. И пока Алиса не вернется домой, не расскажет все сама, Исиан не был готов обсуждать возможные последствия ее выборов для нее самой и для Дома в целом. Именно это он и сказал совету.

   Сайхи могли выбирать, где жить на своей планете, и предпочитали устраивать свои поселения там, где тепло круглый год. Некоторые выбирали для жизни более суровые места, с настоящей снежной зимой. Впрочем, и они чаще жили там только летом. Но было одно исключение. Остров Шайт находился недалеко от южного полюса планеты, и его климат был суров. Само предположение, что кто-то заслужил быть на острове Шайт, звучало для любого из Саэхен ужасно, но не только из-за климата. Он не был бы проблемой, будь на острове Источники, однако самый ближайший находился почти за тысячу километров. Добраться до него можно было только по воздуху или по воде. Поток на острове был настолько слаб, что даже опытный маг мог с трудом зажечь огонь свечи, не говоря о большем. Магом был любой или почти любой из Саэхен, и жизнь каждого сайха зависела от доступности Потока. Именно это делало Шайт идеальным местом для изоляции. Туда отправляли вменяемых и адекватных преступников, проявивших себя так дурно, что Созвездие Саэхен не могло просить их покинуть сообщество из опасения угрозы гармонии Вселенной от их следующих действий. Чтобы выжить на Шайте, требовалось много усилий даже при постоянной помощи и поддержке со стороны Созвездия и Дома, к которому принадлежал преступник. И еду, и одежду приходилось завозить с материка и успевать до того, как остров окружит лед. Точно так же на Шайт завозили и людей, следивших, чтобы обитатели поселения на Шайте не обижали друг друга, вместе работали, обеспечивая себе тепло, кров и комфорт, и проводили досуг так, как было принято в Домах. В более диких краях этих добровольцев называли бы "тюремной охраной". Человека, выполнявшего эту работу, могли сторониться всю жизнь, но в Созвездии Саэхен все знали, что невозможно быть на острове, не сочувствуя живущим там и не желая помочь им осознать совершенные ошибки и вернуться в Дом, пусть и не полноправным членом.