Пустой стул - Дивер Джеффри - Страница 93

Да, этот городок — настоящее осиное гнездо...

—Прекратите! — попытался воскликнуть Райм.

Но с его уст слетел лишь едва слышный звук.

— Прошло уже пятнадцать секунд, — заметила анестезиолог. — Быть может, вам все же удастся побить рекорд. Вы продолжаете считать? Я не слышу.

— Я буду рядом, — сказала Лидия, поглаживая Райма по лбу. — Знаешь, во время операции многое может случиться. Пережмется трубка с кислородом, тебе введут не тот препарат. Мало ли что? Возможно, ты умрешь, возможно, впадешь в кому. Но в суде ты точно не выступишь.

— Подождите! — задыхаясь, выдавил Райм. — Подождите...

— Ха! — рассмеялась анестезиолог, по-прежнему не отрываясь от монитора. — Двадцать секунд. Похоже, вы победите, мистер Райм.

— А я так не думаю, — прошептала Лидия, медленно отходя в сторону.

Операционная перед глазами Райма затянулась серой пеленой, а затем провалилась в черноту.

Глава 46

Амелия Сакс подумала, что это действительно одно из самых живописных мест на земле.

Если брать кладбища.

Городское кладбище Таннерс-Корнера раскинулось на гребне пологого холма, над рекой Пакенок. Отсюда вид открывался еще более красивый, чем с шоссе на Авери, откуда Сакс впервые увидела кладбище.

Заслонив ладонью глаза от солнца, молодая женщина взглянула на блестящую полоску воды — канал Блэкуотер, сливающийся с рекой. Отсюда даже эта черная вода, доставившая столько бед людям, казалась ласковой и умиротворенной.

Амелия Сакс стояла у открытой могилы, в которую опускали урну. Рядом с ней стояла Люси Керр, а чуть дальше Гаррет Хэнлон. Напротив были Мейсон Джермейн и Том, с палочкой, как всегда, в безукоризненно наглаженных брюках и рубашке. Его галстук с вызывающим красным узором тем не менее казался к месту в этот скорбный момент.

Фред Деллрей в черном костюме держался чуть поодаль, обособленно. Он был задумчив — словно вспоминал понравившееся место из философской книги, которые так любил. Агент ФБР сошел бы за священника секты «Нация Ислама», если бы его рубашка была белой, а не светло-зеленой в горошек.

Священника на похоронах не было, хотя в этих краях Библию очень чтут, и не меньше десяти святых отцов готовы по первому зову отправиться отпевать покойников. Представитель похоронного агентства обвел взглядом собравшихся, словно спрашивая, не желает ли кто-нибудь взять слово. Все также начали оглядываться по сторонам, ища желающих, и тут Гаррет, сунув руку в карман просторных штанов, достал свою любимую зачитанную книгу, «Миниатюрный мир».

— "Есть люди, утверждающие, что божественной силы не существует, — срывающимся голосом начал читать он. — Однако для того, чтобы опровергнуть это циничное заявление, достаточно взглянуть на мир насекомых, одаренных такими поразительными качествами: крыльями настолько тонкими, что их нельзя сделать из известных человеку материалов; телами, не имеющими ни миллиграмма лишнего веса; рецепторами, определяющими скорость ветра до долей миль в час; конечностями, действующими настолько эффективно, что их копируют инженеры, создающие роботов, — но, что самое главное, насекомые обладают потрясающей способностью к выживанию, несмотря на враждебность человека, хищников и окружающей среды. В минуты отчаяния мы смотрим на многообразие и выносливость этих волшебных созданий и обретаем утешение и утерянную веру".

Закрыв книгу, Гаррет нервно защелкал ногтями.

— А ты — ну, ничего не хочешь сказать? — спросил он Сакс.

Но та молча покачала головой.

Больше желающих высказаться не нашлось, и собравшиеся, развернувшись, начали спускаться вниз по извивающейся тропинке. Могильщики стали засыпать могилу.

Сакс запыхалась, поднявшись на заросший холм рядом с автостоянкой. У нее в ушах звучал голос Линкольна Райма.

— Неплохое местечко. Ничего не имею против, если меня похоронят на таком кладбище.

Она остановилась, чтобы перевести дыхание и вытереть пот; жара в Северной Каролине не сдавала свои позиции. Но Гаррету, казалось, все было нипочем. Мальчишка начал бегать взад-вперед, доставая из джипа Люси сумки с провизией.

Конечно, время для пикника не лучшее, но Сакс решила, что помянуть усопших можно и куриным салатом с дынями.

И, естественно, виски. Перерыв несколько сумок. Сакс наконец нашла бутылку «Макаллана» восемнадцатилетней выдержки. Она с хлопком выдернула пробку.

— Мой любимый звук, — сказал Линкольн Райм.

Он приблизился к ней сзади, осторожно ведя кресло-каталку по неровной траве. Дорога на кладбище оказалась для «Штормовой стрелы» слишком крутой, и криминалисту пришлось остаться на стоянке. Отсюда он смотрел на то, как обретает последнее пристанище пепел от костей, которые Мери-Бет нашла в Блэкуотер-Лендинг — останки родных Гаррета.

Сакс наполнила виски стакан Райма с длинной соломинкой и плеснула немного себе. Все остальные пили пиво.

— Сакс, самогон — ужасная гадость, — сказал Райм. — Ни в коем случае не пей его, если есть что-то другое. Вот это гораздо лучше.

Она оглянулась вокруг.

— А где та женщина из больницы? Сиделка?

— Миссис Руис? — пробормотал Райм. — Безнадежно. Она сбежала. Бросила меня в трудную минуту.

— Сбежала? — заметил Том. — Ты ее достал. Считай, сам выгнал ее.

— Я вел себя как святой, — возмутился криминалист.

— Как твоя температура? — спросил Том.

— Замечательно, — буркнул Райм. — А твоя?

—Может, чуток высоковата, но зато у менянормальное давление.

— Зато у тебя в животе дырка от пули.

— Ты должен... — настаивал помощник.

— Я сказал, что чувствую себя замечательно.

— ...перебраться в тень.

Брюзжа по поводу неровной земли, Райм все же откатил кресло в тень.

Гаррет аккуратно раскладывал напитки и закуску на скамейке под деревом.

— И все-таки, как ты? — шепотом спросила Райма Сакс. — Прежде чем ты начнешь ворчать и на меня, предупреждаю: я имею в виду не жару.

Он пожал плечами — молчаливоеворчание, означавшее: замечательно.

Увы, это было не так. Вживленный в диафрагму стимулятор вкачивал в его тело энергию, помогая легким делать вдох и выдох. Райм ненавидел это устройство — несколько лет назад он смог расстаться с таким — но сейчас без стимулятора обойтись было нельзя. Два дня назад в операционной Лидии Йохансон едва не удалось добиться того, чтобы криминалист перестал дышать навсегда.

После того, как Лидия попрощалась с Сакс и Люси, Сакс вдруг обратила внимание, что медсестра скрылась за дверью с надписью «ОТДЕЛЕНИЕ НЕЙРОХИРУРГИИ».

— Ты же сказала, она работает в онкологическом отделении?

— Да.

— Тогда что ей понадобилось здесь?

— Может быть, зашла поздороваться с Линкольном, — предположила Люси.

Но Сакс не думала, что медсестры наносят визиты вежливости больным, которым предстоит серьезная операция.

Вдруг у нее мелькнула мысль: Лидия должна была знать о том, каким жителям Таннерс-Корнера выносили диагноз «рак». Но ведь кто-то должен был передать Беллу сведения о больных раком — тех троих людях из Блэкуотер-Лендинг, убитых Калбо с дружками. А кому как не медсестре онкологического отделения знать такую информацию? Предположение было натянутым, но все же Сакс поделилась им с Люси, тотчас же связавшейся по сотовому с телефонной компанией. Отдел безопасности компании проверил, с кем разговаривал Джим Белл. Как выяснилось, они с Лидией постоянно перезванивались.

— Она его убьет! — воскликнула Сакс.

И две женщины, одна обнажив пистолет, ворвались в операционную — сцена, достойная душещипательной мелодрамы. Доктор Уивер как раз приготовилась сделать первый надрез.

Лидия запаниковала и, пытаясь бежать или все же решив выполнить приказ Белла, выдернула трубку подачи кислорода из горла Райма. Эта травма вкупе с действием наркоза вызвала остановку легких. Доктору Уивер удалось вытащить своего пациента, но работа легких так и не восстановилась, и Райму приходилось пользоваться стимулятором.