Голубое Нигде - Дивер Джеффри - Страница 26

— Нет, — сказал Миллер. — Можно подключиться откуда угодно, но необходимо знать пароль и пройти через несколько брандмауэров.

— В какие внешние сети я могу попасть через «ISLEnet»?

Санчес пожала плечами.

— В любую систему федеральной полиции или полиции штата по всей стране — ФБР, разведка... даже Скотланд-Ярд и Интерпол. Сработает.

Мотт добавил:

— Так как мы являемся центром по расследованию всех компьютерных преступлений штата, ОРКП имеет особый корневой каталог в «ISLEnet». И у нас есть доступ к большему количеству машин и сетей, чем у остальных.

Джилет сказал:

— Тогда нам придется порвать связь.

— Эй-эй-эй, тайм-аут, тайм-аут, — возмутился Миллер. — Порвать связь с «ISLEnet»? Мы не можем.

— Придется.

— Почему? — спросил Бишоп.

— Потому что если Фейт попадет к нам с демоном «Лазейки», он сможет выйти прямо в «ISLEnet». И в таком случае получит доступ ко всем сетям правоохранительных органов, к которым она подключена. Катастрофа.

— Но мы пользуемся «ISLEnet» сотню раз на дню, — запротестовал Шелтон. — Базы данных автоматического определения отпечатков пальцев, предупреждения, списки подозреваемых, файлы по делу, исследования...

— Уайетт прав, — перебила Патриция Нолан. — Вспомните, убийца уже взломал ВИКАП, две полицейские базы данных. Мы не можем рисковать, пуская его в другие системы.

Джилет подтвердил:

— Если вам понадобится «ISLEnet», придется ехать куда-то в другое место — например, в главное управление.

— Смешно, — ответил Стивен Миллер. — Мы не можем ехать за пять миль, чтобы подключиться к базам данных. Расследование только затянется.

— Мы и так уже плывем против течения, — не согласился Шелтон. — Преступник опережает нас. Не надо предоставлять ему новые привилегии.

Он умоляюще взглянул на Бишопа.

Худощавый детектив посмотрел вниз на неряшливый конец рубашки и заправил его в штаны. Потом проговорил:

— Валяйте. Делайте, что он говорит. Обрежьте связь.

Санчес вздохнула.

Джилет быстро набрал команды, обрывающие внешние связи, Стивен Миллер и Тони Мотт с несчастным видом наблюдали за его действиями. Он также переименовал домен ОРКП в caltourism.gov, усложнив задачу для Фейта, если тот попытается выследить и взломать их систему. Потом закончил работу и взглянул на команду.

— И еще одно... С настоящего момента никто не выходит в сеть, кроме меня.

— Почему? — спросил Шелтон.

— Потому что только я могу почувствовать присутствие демона «Лазейки» в нашей системе.

— Как? — кисло спросил прыщавый коп. — Горячая линия друзей медиума?

Джилет ровным голосом ответил:

— Чувство клавиатуры, задержка в ответе системы, звуки жесткого диска — я упоминал ранее.

Шелтон покачал головой. И спросил Бишопа:

— Ты же не собираешься мириться и с этим? Вначале нам вообще не полагалось позволять ему подключаться, а закончилось тем, что он уже исколесил весь чертов Интернет. Теперь он говорит, что только он один может туда лазить, а мы — нет. Все перевернулось с ног на голову, Фрэнк. Он что-то затевает.

— Я просто знаю, что делаю, — заспорил Джилет. — Когда становишься хакером, начинаешь чувствоватьмашину.

— Согласен, — заметил Бишоп.

Шелтон беспомощно поднял руки. Стивен Миллер не повеселел ни на йоту. Тони Мотт ласкал рукоятку своего большого пистолета и, казалось, думал не о машинах, а о том, как же он хочет наконец взять на мушку убийцу.

Зазвонил телефон Бишопа, он ответил. Послушал пару минут и не то чтобы улыбнулся, но на лице его проявились хоть какие-то эмоции. Детектив подхватил ручку и принялся набрасывать заметки. Через пять минут отключил телефон и взглянул на команду.

— Теперь нам больше не придется называть его Фейтом. У нас появилось настоящее имя преступника.

Глава 00001101/тринадцать

— Джон Патрик Холлоуэй.

— Холлоуэй?! — Патриция Нолан почти взвизгнула от удивления.

— Вы его знаете? — спросил Бишоп.

— О, конечно. Как и большая часть людей из компьютерной безопасности. Но никто не слышал о нем уже много лет. Я думала, Холлоуэй стал законопослушным гражданином или умер.

Бишоп обратился к Джилету:

— Мы нашли его благодаря тебе — то предположение о версии «Unix» с восточного побережья. Полиция штата Массачусетс сравнила отпечатки и получила подтверждение.

Бишоп прочитал свои заметки.

— У меня маленькая история. Ему двадцать семь лет. Родился в Нью-Джерси. Родители и единственный брат умерли. Учился в Рутгерсе и Принстоне, хорошие оценки, превосходный программист. Пользовался популярностью среди студентов, посещал множество кружков. После выпуска приехал сюда и получил работу в «Сан Майкросистемс», занимался исследованиями суперкомпьютеров и искусственного разума. Уволился и перешел в «НЭК». Потом работал на «Эппл», в Купертино. Годом позже вернулся на восточное побережье, занялся моделированием продвинутых телефонных коммутаторов в «Вестерн электрик» в Нью-Джерси. Потом получил место в научной компьютерной лаборатории Гарварда. Кажется, он олицетворял собой безупречного служащего — игрок команды, участник кампании «Объединенный путь» и тому подобное.

— Типичный кодировщик — оператор микросхем среднего класса из Кремниевой долины, — подвел итог Мотт.

Бишоп кивнул.

— Кроме одной проблемы. Днем он играл роль мистера Добропорядочного Гражданина, а ночью занимался хакингом и руководил кибербандами. Наиболее известная из них — Рыцари Доступа. Он основал ее с другим хакером, неким Человеком Долины. Настоящее имя последнего неизвестно.

— РД? — переспросил Миллер озабоченно. — Они принесли немало хлопот. Напали на Мастеров Зла — банду из Остина. И на Обманщиков из Нью-Йорка. Он взломал серверы обеих банд и послал их файлы в главный офис ФБР в Манхэттене. Половину арестовали.

— Возможно, именно Рыцари на два дня отключили «девять-один-один» в Окленде, — просматривая свои записи, заметил Бишоп. — В результате несколько человек погибли, — вызывали неотложку, а она так и не приехала. Но прокурор округа ничего не смог доказать.

— Сволочи, — сплюнул Шелтон.

Бишоп продолжил:

— Холлоуэй тогда не назывался Фейтом. Он избрал ник Явная Смерть.

Он повернулся к Джилету:

— Ты знаешь Холлоуэя?

— Не лично. Но слышал о нем. Каждый хакер слышал. Он возглавлял список волшебников несколько лет назад.

Бишоп вернулся к записям.

— Кто-то накапал на Холлоуэя, когда он работал на Гарвард, и полиция штата Массачусетс почтила его визитом. Оказалось, что вся его жизнь — фальшивка. Он воровал софтвер и части суперкомпьютеров у Гарварда и продавал их. Полиция связалась с «Вестерн электрик», «Сан», «НЭК» — всеми его работодателями — и, похоже, там Холлоуэй занимался тем же самым. Он сбежал из Массачусетса, и никто не слышал о нем три или четыре года.

Заговорил Мотт:

— Давайте достанем файлы из Массачусетса. Из полиции штата. Там обязательно найдется пара хороших зацепок, которые мы сможем использовать.

— Исчезли, — ответил Бишоп.

— Он и эти файлы уничтожил? — угрюмо спросила Линда Санчес.

— А как же! — фыркнул Бишоп и посмотрел на Джилета. — Можешь изменить своего бота? Добавь имена Холлоуэя и Человека Долины.

— Раз плюнуть.

Джилет заново начал вводить код.

Бишоп позвонил Гуэрто Рамиресу и поговорил с ним пару минут. Повесив трубку, повернулся к команде:

— Гуэрто говорит, что на месте убийства Энди Андерсена улик нет. Он собирается проверить имя Джона Патрика Холлоуэя через ВИКАП и сети штата.

— Быстрее просто залезть в «ISLEnet», — пробормотал Стивен Миллер.

Бишоп проигнорировал поддевку и продолжил:

— Потом он возьмет копию фотографии Холлоуэя в Массачусетсе. Они с Тимом Морганом оставят несколько фотографий по Маунтин-Вью, рядом с магазином театральных товаров, на случай если Фейт снова отправится за покупками. Потом позвонят всем его бывшим работодателям, чтобы получить любые внутренние отчеты о преступлениях.