Город мучений (ЛП) - Корделл Брюс Р. - Страница 33

Отвесная траектория, ведущая прямиком к морскому дну, постепенно становилась более пологой, пока «Зелёная Сирена» не устремилась в равной степени на запад и вниз. Несколько раз Рейдон замечал других морских созданий поблизости. Некоторые из них были величиной с сам корабль, но быстро убрались с его пути.

Наконец они приблизились к морскому дну. Он почувствовал дно как немного более плотный участок вещества, но почти такой же, как вода над ним — по крайней мере, с точки зрения искрохвостов.

«Зелёная Сирена» погрузилась. Корабль зарылся вниз, начиная с киля.

Ил и камень расступились, как тонкая плёнка. 

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Год Тайны (1396 ЛД), Кссифу

Ноги Ануши оторвались от балкона. Кто-то кричал. Девушка поняла, что кричит она сама. Её охватил ужас.

Мысли растворились, как роса под утренним солнцем. Форма Ануши, начиная с золотых доспехов, тоже стала превращаться в туман.

Чья-то рука нашла её ладонь и стиснула. Ануша схватилась за неё с отчаянной силой. Это был инстинктивный ответ, её личность ускользала, а вместе с нею — и разум. Она с ужасом видела каждое воспоминание, которое обращалось в дым и утекало к чудовищу, питающемуся чужим сознанием.

Йева потянула её вниз, назад с балкона и обратно в слизистые тоннели Кссифу.

Как только они пересекли границу, сновидческое тело Ануши снова обрело плотность. Она охнула. Йева протащила её ещё около двадцати шагов по тоннелю, прочь от выхода на балкон.

Глаза девушки наполнились влагой. По крайней мере — сновидческой, поскольку она только что поняла, каким чудом спаслась. Она чуть не проснулась ото сна. Но теперь её фокус находился не на физическом теле девушки, и даже не в центре планетария внизу — он был сосредоточен на Древнейшем. Если она проснётся, её разум и душу съедят и сделают частью древнего ужаса. Ануша перестанет существовать.

Положение казалось безвыходным. Она была жива, но как ей было спастись? Ануша не могла покинуть проклятый город. Если это произойдёт, она снова начнёт просыпаться. Не могла она и остаться. Рано или поздно один из аболетов, способных видеть сновидцев, отыщет её. Или Древнейший наконец проснётся и в мгновение ока призовёт её к себе.

- Я обречена, - прошептала она, лёжа на полу тоннеля.

Йева пожала плечами и сказала:

- Мы все обречены. Некоторые из нас просто сражаются на конце нити судьбы дольше и упорнее остальных, прежде чем нить оборвётся. Но в итоге каждого ждёт вечное небытиё.

Ануша покачала головой, глядя на выход из тоннеля, оказавшийся ложной надеждой.

- Не думаю, что это правда.

- Что тогда? - спросила Йева.

- Умирая, мы отправляемся в лучшее место.

- Всё возможно, - отозвалась жёлтокожая женщина.

Ануша чуть не закричала:

- Но я этого не узнаю, если проклятый богами монстр на вершине этого проклятого богами города пожрёт мою душу!

Йева моргнула и ответила:

- Правда. То же самое касается и меня. Если твой разум угаснет, мой тоже будет мёртв. У меня даже нет тела, в которое я могу вернуться. Секунду назад, перед тем как я выдернула тебя из потока, я тоже стала угасать.

Ануша хотела лечь и сдаться. Или побежать, не разбирая дороги и в слепой панике крича от страха и безумия. Если ей суждена была смерть, намного проще покончить со всем сразу.

Но более глубокая, бесстрастная часть девушки знала, что ничего такого не сделает. Сдаваться было некому.

Именно это холодное знание напомнило Ануше, что поддаваясь страху, она гарантированно не получит счастливого исхода. Девушка не могла предать себя по собственной воле. И это будет так унизительно!

Она слабо усмехнулась и почувствовала себя лучше.

- Спасибо, что вытащила меня, Йева, - сказала она. - Ты спасла меня. Прости, что вот так расклеилась.

- Немногим ранее я повела себя точно так же, помнишь? Ты успокоила меня. Я рада ответить тебе той же любезностью.

- Может быть, мне следует... - начала Ануша.

Что-то огненное и быстрое мелькнуло мимо, оранжевые и жёлтые огни пронеслись вниз по тоннелю. Ануше показалось, что у замеченного ею предмета были крылья из жидкого пламени.

Путешествие Мапатиуса приближалось к концу, а вместе с ним — и условия его текущего договора. Нестабильный проход, по которому он спускался, состоявший из частично растворившихся планов бытия и растянутой реальности, начал распадаться. Кольцо на пальце ангела указывало на огромную полость в толще земли. Полое укрытие было на много миль глубже, чем любой другой подземный проход из всех, известных ангелу. Мапатиус был заинтригован.

Ангел вложил в ножны свой меч. Межизмеренческий тоннель схлопнулся. Мапатиус бросился в пещеру, нижняя треть которой была заполнена древним морем. В этой пещере, как криво забитый гвоздь, торчал обелиск. На древней поверхности извивались фризы. Мапатиус приблизился. Надписи текли и менялись. Их стиль был похож на письмена его ордена, и ангел едва не выронил свою ношу, осознав это. Его прежний страх оказался пророческим.

Это был фрагмент Цитадели Внешней Пустоты. Фрагмент, покоившийся под землёй, как готовое дать всходы зерно. По тому, как ползала по нему резьба, словно наполовину живая, ангел решил, что семя пускает ростки.

Кольцо, направляющее Мапатиуса, пульсировало от близости. Та, на кого оно настроилось, находилась в одном из похожих на балконы углублений на обелиске. Ангел изменил свой курс.

Он опустит колокол на этот самый балкон. На этом экспедиция будет считаться завершённой. Затем он вернётся в высшие измерения, где предупредит свой орден о существовании Кссифу.

Мапатиус миновал балкон, гася скорость широко распахнутыми крыльями. Вернувшись обратно, чтобы опустить колокол на узкую кромку на широкой поверхности обелиска, он увидел, как что-то поднимается из древнего моря далеко внизу.

Что-то большое и со множеством лишних отростков.

Неожиданно колокол накренился и вздрогнул. Яфет хотел схватиться за ручку, но вместо этого ударился головой. Рывок сбросил его со скамьи. Его повело в сторону, и голова ударилась о что-то неподатливое. Перед глазами взорвались звёзды, тело обмякло. Он выпал из отверстия на дне колокола.

Когда белые пятна перед глазами исчезли, он увидел, что лежит на каменном балконе. Колдун был рад, что не упал в планарную воронку.

Грохот и толчок заставили его повернуть голову. Колокол, в котором он путешествовал, стоял у каменной арки. Куски арки сыпались вниз. В проходе за аркой мерцало странное сияние, хотя колокол заслонял половину проёма.

Недавняя доза пыльцы всё ещё туманила чувства Яфета. Кроме того, его голова звенела после грубого знакомства с полом. Он попытался сложить воедино события, которые привели к тому, что он лежит здесь, оглушённый и вялый — где бы это «здесь» ни находилось...

Крик заставил Яфета посмотреть в другую сторону. Колдун увидел, что приземлись он на несколько футов правее — то рухнул бы мимо балкона в просторную пещеру, затопленную чёрной, как смола, водой. Тошнота добавила собственную мерзкую ноту к головной боли и туману от наркотика. Внизу вспыхнул свет и раздался новый крик — крик вызова. Яфет увидел существо с пылающими крыльями и мечом.

- Ангел исследования, - выдохнул он. К нему всё вернулось. Ануша, Владыка Летучих Мышей, путешествие в колоколе к Кссифу... Вот где я нахожусь, подумал он.

Яфет встал на четвереньки, чтобы лучше видеть Мапатиуса.

Ангел лихорадочно махал крыльями, но что-то удерживало его на месте. Его меч снова и сова опускался на чёрное щупальце, уходящее во тьму древних вод. Проследив щупальце до источника, он увидел, что оно появилось из клубка нескольких дюжин других скользких конечностей, тянущихся вверх. Туда же смотрели и жуткие глаза.