Шёпот яда (ЛП) - Байерс Ричард Ли - Страница 56

Ощущение давления возникло в воздухе. От него у Кхорина зудела кожа, а дёсны пульсировали в такт биения сердца. Травинки в некоторых местах извивались и корчились, что напомнило дворфу о Нале.

Крив закончил читать заклинание на нарастающей ноте, и чувство давления внезапно исчезло. Но на дне ямы ничего не появилось.

Тархан повернулся. Кхорин не знал, что встревожило правителя, но он как-то понял, что ему тоже следует обернуться и выхватить свой ургрош.

Перед ними склонились три зеленых кобольда. Нет, не кобольда, ведь хотя  на первый взгляд они и были похожи на них, но их дыхание походило на то, как другие ящероподобные существа вдыхают воздух перед тем, как использовать своё дыхательное оружие.

Но Тархан умудрился выдохнуть первым. Потрескивающее, извивающееся копья молний пронзили грудь одного из существ.

Кхорин же столкнулся с другим монстром. Но дворф не успел нанести удар, так что отвернулся, как только существо выдохнуло. Раскаленные пары  шипящего шара, пролетевшего мимо, больно жгли ему глаза, но не нанесли никакого урона.

Он прыгнул вперед, ударил, и лезвие ургроша вонзилось в череп ящера. Инстинктивно почувствовав угрозу с фланга, он выдернул лезвие и обернулся, но было уже поздно.

Как и все выдающиеся драконорожденные в Тимантере, Тархан, в основном, сражался двуручным мечом. Это был символ его звания. Но так же это оружие было чертовски сложно быстро снять со спины и привести в боевую готовность. Но каким-то образом Покорителю удалось вытянуть его и разрезать маленького ящера на две половинки одни резким и коротким ударом.

Последовала минута молчания.

Крив заговорил первым:

- Это было… прискорбно. Но при тестировании новой магии нужно быть готовым к ошибкам.

Тархан усмехнулся.

- Если кто-то не хочет быть обвиненным в попытке цареубийства, ему стоило бы выкопать яму побольше, - глаза Крива расширились. - Успокойся. Я шучу. Все в порядке. Мне нужно было проверить себя после перенесенных ранений, и вы дали мне эту возможность.

Хурин сказал:

- Я так понимаю, вы можете призвать ящеров, но не контролировать их?

- Верно, - сказал маг. - Поскольку мы решили, что лучшая тактика - прервать призыв, анализ другого аспекта силы талисмана не казался нам таким важным.

- Зато честно, - сказал Тархан. Он одной рукой встряхнул меч, смахнув с клинка кровь. – Так что давайте посмотрим на плоды ваших трудов.

- Конечно, Ваше Величество. Я достаточно уверен, что на этот раз смогу призвать существо в яму.

Он, как и прежде, поднял магический шар и начал читать заклинание. Но в этот раз через мгновение к нему присоединился один из других магов. Затем к ним присоединились еще один, затем еще один. Их голоса сплетались в единый сложный многозвучный узор.

Сквозь хор прозвучал вой. У Кхорина на мгновение закружилась голова. Еще два низкорослых ящера промелькнули перед дворфом, но тут же исчезли на дне ямы, на дне которой они пролежали пару секунд, после чего растворились в воздухе.

Тогда Крив вскрикнул, уронил шар и упал назад. Кхорин подхватил его, не дав рухнуть на землю.

- Ммм… спасибо, - Крив неуклюже попытался снова подставить под себя ноги. Дворф поддерживал его, пока тому это не удалось. - Я в порядке.

Тархан посмотрел на него.

- Ты уверен, друг? У тебя кровь из носа идет.

Крив провел рукой по морде, зацепив при этом пирсинг, после чего посмотрел на полоску крови на указательном пальце.

- Ясно. У меня тоже очень сильно болит голова.

- Тогда, - вмешался Тархан, - я настаиваю, чтобы ты обратился к моим личным целителям.

Крив улыбнулся от той чести, которую оказал ему Покоритель.

- Спасибо, Ваше Величество. Обязательно. Но только после того, как мы закончим.

- Ты уже многое нам показал, - сказал Кхорин. – Если ваша контрмагия ударит ящеров по башке так же сильно, как ударила тебя, то это уже нам сильно поможет. Клянусь, мы уничтожим этих ублюдков.

- Надеюсь, что так, - сказал женский голос. - Но вы должны понимать, что у наших врагов есть и другие карты в рукаве.

Кхорин повернулся. У говорящей девушки была шкура такого цвета, которого дворф прежде не видел ни у одного драконорожденного – белоснежные чешуйки были изредка пронзены серебряными шпажками по краям головы. Они протыкали чешуйки насквозь, из-за чего большая часть шпажки была снаружи.

- Объясни, пожалуйста. – Сказал Тархан.

- Я была одним из наиболее изобретательных коллег Крива, о которых он упомянул - сказала она. Ее багровые глаза бросили на Покорителя сардонический взгляд. - Возможно, именно из-за этого, он отказался от моей помощи, как только убедился, что его гипотеза верна. И, возможно, это было к лучшему, потому что у появилось время изучить документы, оставленные Налой.

Покоритель нахмурился.

- Я думал, что вы, маги, уже изучили их.

- Изучили. - Подтвердил Крив.

- В определенных моментах, - ответил маг-альбинос. - Дело в том, что письма Налы были написаны на том языке, что я бы назвала эзотерически-литургической формой Драконьего языка. А мы маги, а не жрецы. Кроме того, она вела свои дневники для себя, так что многие его части остались для нас неясными, а некоторые факты не нашли фактического подтверждения.

- И что же ты выяснила? – Спросил Тархан.

- В прошлом веке, когда эта земля была Унтером, Скутосин был его правителем. Он снова хочет править этими землями, и с этой целью объединил племена пепельных гигантов.

Кхорин потрогал свою взлохмаченную бороду.

- Вы всё говорили, что потребуется кто-то могущественный, чтобы заставить варваров отказаться от своей вражды.

- Я понимаю, что это может означать, - сказал Тархун. - Если Тимантер победил бы только благодаря усилиям драконопоклонников, это, в конечном итоге, даст дракону возможность занять почетное место среди нас. А если победят гиганты, это просто сделает его хозяином королевства.

- Поскольку первая возможность уже не будет реализована, - сказал Кхорин, - Скутосин вложит все, что у него есть, во вторую. Думаю, он и сам выйдет из своего укрытия, чтобы повести гигантов в битву.

- И не только он, - сказала волшебница с белой чешуёй. - Очевидно, ему служат меньшие драконы, хотя мне и не удалось узнать их имен и вообще что-либо о них.

Тархан посмотрел на Кхорина.

- Что ты думаешь?

- Это не самые лучшие новости. Особенно, учитывая потери, которые мы уже понесли. Но, в конце концов, мы же уже победили и оттеснили ублюдков назад. Нам нужно использовать приобретенное преимущество. И, по крайней мере, теперь мы знаем, кого нам нужно убить, чтобы разрушить союз гигантов.

Тархан улыбнулся.

- Согласен. Ты увидишь, как драконорожденные проявляют себя, когда у них есть шанс убить настоящего дракона, - он обратил свою улыбку на магов. -  Спасибо всем за прекрасную работу. И заранее спасибо за то, что вы сделаете, когда мы выйдем на Равнину Черного Пепла.

Объемные, украшенные драгоценностями рукава скользили по тощим рукам Халоньи, обеими руками поднявшей квадратную корзину.

- О могущественный Красный Дракон, - сказала она, - даруй мне свою мудрость.

Ритуал казался Джесри бессмысленным. Зачем взывать к Чазару, которого можно попросить вживую, и тот с большей вероятностью услышит эти мольбы, хотя вряд ли исполнит их.

Да и не то что бы в этом был особый смысл. Джесри встречал провидцев, которые могли заглянуть в будущее. Она была уверена, что Халонья не была одной из них.

Но внимательно наблюдавший Чазар явно думал иначе. Он объявил Халонью своей верховной жрицей, и, по его мнению, этого было достаточно, чтобы наделить ее священной Силой.

Халонья взяла плитки из слоновьей кости из корзины и с дребезгом бросила их на землю. Джесри подавила улыбку, когда жрица посмотрела на них, наклонилась, а затем с явной неохотой опустилась на колени. Скорее всего, она считала этот ритуал недостойным для её высокого сана, и, вероятно, не хотела рисковать испачкать свою богато украшенную мантию. Но в затемненном павильоне, где можно было видеть только колеблющееся желтое свечение двух висячих фонарей, она не могла разглядеть выгравированные символы, не опустившись к ним поближе.