Пионер гипнотизёр спасает СССР (СИ) - Федотов Александр - Страница 44

По результатам расследования и данным полученным от некоторых не подвергшихся этому странному воздействию (ну и парочки тех кого всё-таки удалось сломать), было выяснено, что причина в какой-то странной смеси гипноза и вируса. Как будто кто-то сумел заставить передаваться гипнотическое воздействие от человека к человеку. Это звучит как бред, но когда он доложил об этом начальству, все результаты его расследования перевели из категории “совершенно секретно” в категорию “Особой важности”, а его самого предупредили о скором переводе в другой отдел, и продолжении работы над этим делом. С возможностью внеочередного повышения звания.

Почти всех деревенских, правда, по результатам расследования, придётся отпустить — формально они ни в чем не виноваты. Но так как дело это тёмное и сами они очень подозрительны и возможно заразны, так что все они будут перемещены на другое место жительства. Где-то за полярным кругом у Комитета, есть несколько заброшенных посёлков оставшихся ещё со времён 30-х годов. Вот пусть там и обживаются. Заодно пусть разрабатывают одно интересное месторождение — пользу государству приносят. Ну а председатель и ещё несколько человек участвовавших в нападении на сотрудника (самого лейтенанта Симохина) получат срок и будут отбывать его довольно близко со своими родственниками на одном и не заброшенных объектов, там же за полярным кругом.

Его же задача найти этого доморощенного “Мессинга”, и он сделает это быстро — безопасность Родины его долг.

Глава 23

Сегодняшний день прошёл достаточно продуктивно, все запланированные дела мною были успешно выполнены, так что домой возвращался в приподнятом настроении. Но вот дома оказалось что восторги мои немного преждевременны. Вечером не меня свалились самые неожиданные известия.

— Ну сын, как там продвигаются твои дела? — со странной интонацией поинтересовался за ужином отец.

— Просто замечательно! Ребята из кружка добились заметного успеха, они…

— Я вообще-то не про дела вашего кружка интересовался, — довольно холодно прервал меня отец, — как там поживает твоё задание на лето?

— Задание на лето? — удивленно потянул я.

— Ну да, то что вам задали на период летних каникул. Ты ведь в деревне не валял дурака, а занимался? — продолжил спрашивать с меня отец, — во всяком случае ты ведь и в сельской библиотеке бывал, а не только с девчёнками обжимался.

Похоже ему кто-то (хотя почему “кто-то”, наверняка, бабушка) доложил о моих приключениях в деревне. А вот о заданном на лето материале я, признаться, к своему стыду, совершенно забыл. На меня навалилась куча иных задач и проблем, что о нескольких абзацах текста в школьной тетрадке мне ни разу не довелось вспомнить.

— Я занимался некоторыми связанными с учебным процессом заданиями, — мне пришлось дипломатично уйти от прямого ответа.

— Ты ведь уже не ребёнок, — он хитро усмехнулся, — судя по количеству твоих подружек, так что я не буду контролировать каждый твой шаг, и поверю тебе на слово, но, — тут он посерьёзнел, — если ты меня обманываешь…

— Нет, нет, никаких проблем с заданием нет, — заверил я родителей. Но на самом деле некоторые проблемы всё же были. Если весь заданный для изучения материал я в принципе знал благодаря постоянному изучению доступной литературы (ну кроме художественных произведений, так как они не несли большой информационной нагрузки, а просто описывали частные случаи тех или иных социальных и личностных ситуаций — с такими решениями которые не применимы конкретно ко мне из-за иного социального, гендерного или исторического различия), то с выполнением других заданий было всё не так радужно.

Ночью я опять задействовал свой усилитель мозговых волн и стал мониторить нейрополе на предмет результатов моего вмешательства. Вся та деятельность по организации встреч нужных людей и обмена между ними идей была довольно успешна. Общее нейрополе буквально бурлило от выбросов ПЭ, тех кто был сильно взволнован и взбудоражен открывающимися возможностями.

Но помимо контроля нейропространства, я так же подключился к нескольким ребятам из своего класса (они не обладали какими-либо полезными или уникальными способностями и не ходили в радиокружок, так что для меня ранее были бесполезны), ранее к ним я не подключался и не вносил изменения в их нейросепок так что можно назвать их “контрольной группой”. Данное подключение мне было нужно, для того чтобы прояснить некоторые моменты.

Как я и предполагал (на основе анализа отношения других учеников к выданному заданию) никакими серьёзными санкциями невыполнение заданного урока не грозило. Многие ребята, или так же как я, выполнили его лишь частично, или вообще не выполнили ничего. И это представители контрольной группы.

Решив проверить как обстоят дела с теми кто попал под моё влияние и подвергся ментальной корректировке, я был довольно сильно удивлён. Внедрение принципов ответственного отношения к обществу и общественным интересам положительно сказалось на школьниках. Всё задание было выполнено, а у особо ответственных людей даже перевыполнено.

Так что будет совсем нехорошо, если я единственный из кружка (где я занял роль неформального лидера) окажусь с невыполненной работой. Поэтому мне надо за короткий срок проделать довольно большой объём работы. Хорошо хоть у меня есть возможность воспользоваться помощью с выполнением задания. Ведь несмотря на вновь открывшиеся обстоятельства, мои собственные планы никто не отменял. Да и если я буду выполнять работу вместе с Синицыной это прекрасная возможность совместить приятное с полезным.

На следующий день я прямо с утра отправился к своей подруге (ночью я быстро подключился к её нейропространству и убедился что никаких планов на день у неё нет). На этот раз у подъезда меня никто не встречал (всё-таки моё воздействие на престарелых людей оказалось достаточно действенным и они больше не проводили время в безделье, а занимались социально полезной деятельностью).

Дверь в квартиру открыла заспанная девушка в довольно фривольной одежде — беленькие трусики и едва запахнутый халатик, похоже девушка спала и я своим звонком её разбудил.

— Даня? — удивлённо произнесла она, плотнее запахивая халатик, — ты чего пришёл?

— Мне нужно тобой поговорить, — решительно произнёс я отодвигая девушку от двери и заходя внутрь, — родители у тебя уже ушли на работу?

— Да…, — настороженно ответила она.

— А брат где?

— Он на сутках, после того как…, ну ты в курсе, он устроился на работу в ВОХР и сейчас на сутках, вернётся только вечером, — она заметила мой взгляд рассматривающий её и мило покраснела.

— Ну мы так и будем в коридоре стоять, может к тебе в комнату пройдём?

— Ой! У меня там не прибрано, — смущенно пискнула девушка, — давай на кухне посидим.

— Ну пошли тогда.

На кухне, я, спросив разрешения, принялся готовить, девушка только встала и естественно не завтракала, так что прежде чем грузить своими проблемами, её следовало накормить. Для начала разогрел сковороду и, развернув хрустящую пергаментную упаковку, смазал её кусочком свежего, со слезой, сливочного масла. Пока масло с треском и шипением плавилось на сковороде, быстро сполоснул несколько мясистых томатов и нарезав их на кружочки бросил на горячую сковороду. Пока овощи, шипя, поджаривались, разбил в глубокую миску пяток яиц и залив их молоком из стеклянной бутылки, пальцем продавив фольгированную крышку, быстро взбил вилкой в однородную массу. Пока занимался этим, как раз помидорки зарумянились с одной стороны, так что подцепив их деревянной лопаткой перевернул на другую сторону и залил, предварительно добавив немного соли и перца, массой из миски. Омлет тут же начал шипеть и бурлить, так что закрыл сковороду крышкой. Пока на плите готовился омлет, положил на стол перед сидящей за столом девушкой салфетку, пару столовых приборов и тарелочку с нарезанным хлебом (хлеб нарезал треугольными ломтиками, достав буханку из деревянной хлебницы). Пока занимался сервировкой, омлет как раз приготовился, так что, выключив огонь, снял со сковороды крышку и выложил на плоскую тарелку, с забавным рисунком в виде бегающих поросят, исходящий ароматным паром омлет.