Ромм. Первый (СИ) - Горъ Василий - Страница 50

- Значит, мы можем пройти к ней в палату?

- Увы, нет… - «сокрушенно» вздохнула Ти’Маор: - Мы привели в сознание в стандартном жилом блоке!

- Женщина, находящаяся на пике физической формы, но лишенная доступа к ванной комнате, универсальному косметическому комплексу и терминалу системы доставки, опасна для окружающих! – хохотнула Олли. – А мы, вроде как, взяли на себя ответственность за ваши жизни…

- Кстати, идти к даме с пустыми руками дурной тон! – заявил я и многозначительно постучал пальцами по крышке стазис-контейнера, стоящего у стены шлюза. А когда Романов-старший повернулся ко мне, отключил устройство, откинул верхнюю грань и вытащил наружу огромнейший «веник»: - По уверениям посла Тэххера в Новомосковске, императрица Елизавета безумно любит темно-синюю «бархатную» сирень. Прекрасно понимая, что мужское понятие «темно-синий» включает в себя тысячи оттенков, любые два из которых могут вызвать у женщины диаметрально противоположные чувства, мы постарались сгладить тяжесть возможной ошибки размерами букета…

…Не успела Дивиара провести Романовых через шлюз, как Даннатэ скользнула ко мне и провела «болевой» на правое запястье. Изобразив всю последовательность движений очень медленно, очень четко, но предельно понятно. Догадавшись, чем вызвана столь нестандартная агрессия, я безропотно «отдал» руку, дождался ее фиксации между локтем и ребрами главврача и демонстративно постучал левой ладонью по собственному животу.

Увы, капитуляцию не приняли – Ти’Зегг отконвоировала меня до двери в зону релаксации персонала, втолкнула внутрь и бросила на растерзание своим подчиненным:

- Все, он ваш!

Девять красавиц в возрастном диапазоне от пятидесяти пяти и до ста двадцати с лишним лет, выглядевшие от силы на двадцать пять, радостно вереща, бросились в атаку и уронили меня на середину здоровенного дивана. Мгновением позже к ногам подъехал небольшой столик, заставленный всякими вкусностями, а все близлежащие окрестности оказались оккупированы возмущенными дамочками.

- Совесть есть. Нет времени. Практически совсем… - торопливо протараторил я и, почувствовав, что эта «мольба» никого не смягчила, был вынужден обозначить конкретные сроки: - Как только император ляжет на процедуру омоложения, уделю вам вечер!

- И половину ночи! – уточнила главврач.

- На каком-нибудь озере…

- …или на берегу залива Семи Ветров! – чуть ли не хором добавили остальные.

Я «затравленно» посмотрел на Олли и Доэль, деловито перекладывающих на одноразовые тарелки куски тортов и печеные, понял, что они не собираются меня спасать, и сдался:

- Ладно, вечер и середину ночи на берегу залива Семи Ветров.

- Как я понимаю, летим на «Веселом Роджере»? – мурлыкнула Ти’Зегг, нахально сев мне на колено и протянув бокал со свежевыжатым соком манго.

Эту женщину я уважал ничуть не меньше своих супруг – прилетев на Эррат на том же транспортнике, что и мой крейсер, она сходу проявила свой «злобный» нрав. Сначала зверски замучила меня, убедив внести ряд изменений в уже согласованный проект клиники, и довела до белого каления несчастного архитектора. Добившись желаемого, взвалила на свои плечи большую часть забот, связанных со строительством – замкнула на свой ТК сеть камер внутри «подземелья» и контролировала чуть ли не каждое действие строителей. А после того, как закончились отделочные работы, собственноручно подключила и проверила всю медтехнику. И с первого дня работы «Лаулетт» наравне с остальным персоналом заступала на суточные дежурства.

Кстати, персонал в клинику тоже подобрала она. Вернее, составила список специалистов, которые ей нужны, и вынудила Альери его принять. А когда вся эта толпа прибыла, очень быстро превратила ее в команду и заставила работать, как часы.

Впрочем, Богиней всегда занималась лично. В тот день, когда Лани решила завести ребенка и заявилась к ней, запретила отключать соответствующую функцию в ТК и три с лишним недели «жила» то в лаборатории, то в терминале МС-связи. После того, как параллельно с несколькими лучшими генетиками Тэххера пришла к выводу, что эта беременность Лани не повредит, а ребенок родится здоровым и жизнеспособным, разработала методику контроля за состоянием организма будущей матери. И с первого дня беременности держала мелкую под круглосуточным наблюдением.

Что интересно, при таком «маньячном» отношении к работе Дана не забывала и о себе. Утро каждого свободного дня начинала с полуторачасовой тренировки в бассейне, причем гоняла не только себя, но и мужа с фаворитом. После завтрака укладывалась в УТК и по пять-шесть часов «грызла гранит наук», прямо или косвенно связанных с ее профессиональной деятельностью. Всю вторую половину дня тратила на стрельбу и рукопашный бой, а по вечерам в компании любимых мужчин отрывалась в развлекательных клубах или ресторанах.

Короче говоря, Даннатэ я «слышал» всегда и везде. А еще никогда не мешал ей развлекаться «за мой счет», так как знал, что «легкий флирт» в ее исполнении – всего лишь способ повеселиться. Вот и сейчас я приобнял Ти’Зегг за талию, взял протянутую емкость и потянулся губами к аккуратному розовому ушку:

- Даночка, радость моя, а разве на айрбайках не веселее?

Главврач задумчиво прикоснулась пальчиком к чертовски сексуальной нижней губе и нехотя признала мою правоту. Как принято у женщин, «в свою пользу»:

- Веселее. Значит, на «Роджере» ты нас покатаешь как-нибудь потом. Ладно?

Я пообещал и это. Потом пригубил сока и был вынужден обратить внимание на всю ту выпечку, которая стояла на столе. И не просто обратить – Даннатэ, пересевшая с правого колена на левое, заявила, что девочки старались, а значит, я обязан перепробовать все то, что они приготовили!

Попытку намекнуть на ограниченную емкость желудка коллектив врачей-садистов использовал против меня. Предложив на выбор пару-тройку процедур, способных помочь с этой досадной неприятностью. Воевать на этом поле я счел самоубийством, поэтому сдался еще раз – отрезал небольшой кусочек от ближайшего тортика, попробовал и сделал анонимному автору тэххерский комплимент:

- Жаль, что я не могу убрать «зеркало», чтобы вы могли почувствовать, насколько мне вкусно!

- Ничего, мы следим за твоими зрачками, анализируем мелкую моторику и не отрываем взглядов от показаний медицинского сканера, картинка с которого в постоянном режиме висит на наших ТК! – «обрадовала» одна из девиц, чье имя я, каюсь, даже не слышал.

Я пожал плечами:

- Мне бояться нечего – вы просто не умеете что-либо делать плохо или недостаточно хорошо…

Эта фраза была не комплиментом, а констатацией факта. Или, если угодно, предсказанием, которое сразу же и сбылось – все, до чего дотягивались мои руки, начиная с пирожков и заканчивая тортами, было приготовлено более чем профессионально. Да, вкус некоторых кулинарных шедевров был непривычен, но не более: они таяли во рту, вызывая одновременно и гастрономическое, и эстетическое удовольствие. Вот я и отрывался, как мог, до тех пор, пока на лице Ти’Зегг не заиграла ехидная улыбка:

- Девчонки, а вы уже заказали айрбайки? А то до вечеринки на берегу залива Семи Ветров осталось всего несколько часов!!!

Я вопросительно выгнул бровь и получил короткий, но предельно информативный ответ:

- Романовы определись со своими планами и лягут на омоложение сразу после того, как поговорят с тобой. Так что жди вызова Александра и готовься к бессонной ночи…

…К половине восьмого вечера берег нашего озера начал превращаться в тусовку любителей экстремального спорта. Полтора десятка мощных спортивных айрбайков и штук шесть не менее мощных флаеров носились над водной гладью, оставляя за собой характерные «усы», а те сотрудники «Лаулетт», которые предпочитали комфорт, собрались вокруг четырех восьмиместных «Консулов» и вдумчиво дегустировали вино.

Полюбовавшись на это безобразие эдак с четверть часа, Лани отлипла от окна и заявила, что мы можем отправляться. А Ари, слонявшаяся по спальне мелких с упаковкой свежевыжатого сока наперевес, повелительно махнула рукой в сторону входной двери. Логика деления на улетающих и остающихся была понятна без всяких слов, поэтому мы переглянулись, вздохнули и поплелись к лифту.