Свита Короля (ЛП) - Сакавич Нора - Страница 67

— Вы заключены под стражу.

— Я арестован?

— На данный момент – мы заключили вас под стражу из благих побуждений, рассчитывая на ваше безоговорочное сотрудничество. Если придётся прибегнуть к более радикальным методам, то, не сомневайтесь, мы сделаем это. Вы будете привлечены к ответственности по длинному списку уголовных правонарушений. Например, фальсификация документов, которые в ходе обыска были обнаружены в вашем кошельке. Также нас крайне интересует местоположение вашей матери, которая на данный момент числится пропавшей без вести. Другими словами, если ты вдруг захочешь повыпендриваться, так сказать, попытать себя в роли раннера, просто дай знать.

Натаниэль возмущённо выдохнул через нос:

— Мог бы провести параллель с экси. Ненавижу бейсбол.

— Прямо сейчас твои личные предпочтения беспокоят нас в последнюю очередь, — вмешался Таунс. — Нас интересует только правда.

— Меняю правду на правду, — предложил Натаниэль. — Прошлой ночью моя команда оказалась в центре беспорядков. Лисы, государственный университет Пальметто, — пояснил он, прекрасно понимая, что агенты давным-давно выяснили, в какой команде он играет, — кто-нибудь из них пострадал?

— Всего восемьдесят шесть человек обратились за помощью, трое из твоей команды, — поделился Браунинг. — Они получили медицинскую помощь и в ту же ночь были отпущены под домашнее наблюдение. Незначительные повреждения. Короче, повезло так повезло. Слышал, несколько дебоширов вообще загремели в реанимацию.

— Сразу после твоей госпитализации мы связались с тренером Ваймаком и вызвали его подопечных на допрос, — добавил Таунс. — Думаю, они скоро закончат. И когда мы их отпустим, они смогут спокойно вернуться в Южную Каролину.

Он не сказал «без тебя», но это отчётливо проскользнуло в его тоне.

— Твоя очередь, — подал голос Браунинг. — Где сейчас твоя мать?

Натаниэль рассказал им о попытке скрыться от отца в Сиэтле и о жестоком нападении, которого так и не удалось избежать. Рассказал о поджоге машины, о белоснежном побережье и о месте, где в итоге похоронил Её останки. Насколько же несправедливо, что она не прожила достаточно долго, чтобы лично увидеть, как умрёт Нил. Этим горестным размышлением он не стал делиться с агентами.

— Всё это время ты прятался в Сиэтле? — уточнил Браунинг, утомившись от лишних деталей.

— Нет, — признался Натаниэль, — Сиэтл стал последней остановкой перед Аризоной.

— Что происходило до Сиэтла?

— Я хочу увидеться с командой.

— Что происходило до Сиэтла? — настойчиво повторил Браунинг.

Натаниэль упрямо сжал губы, устремив взгляд в потолок. Браунинг терпел воцарившуюся тишину несколько долгих минут, после чего сам взял слово. Он в деталях изложил всё, что они могут предложить взамен на плодотворное сотрудничество: снятие всех обвинений, новую жизнь по программе защиты свидетелей, возможность отомстить всем коллегам и подчинённым отца. Поняв, что Натаниэля не заинтересовало настолько щедрое предложение, Браунинг перешёл к угрозам. Рассказал о статьях, по которым они могут привлечь его к ответственности, и на сколько лет они могут при желании закрыть его. Рассказал, что рано или поздно они и сами смогут докопаться до правды и выудить все неприятные подробности, которые он отказывается предоставить.

— Хочу увидеться с командой, — снова повторил Натаниэль, когда Браунинг взял передышку.

— Да будь же благоразумен, — вмешался Таунс, — не усложняй жизнь ни себе, ни нам.

— Думаете, это сложно? Только представьте, через что я уже прошёл. Справиться с вами будет несложно, — Натаниэль наклонил голову набок, вперившись в Таунса спокойным, холодным взглядом. — Но вот справитесь ли вы со мной?

— Это угроза в адрес федеральных агентов?

Натаниэль улыбнулся так широко, что ожоги защипало от боли.

— Что вы, я бы не посмел. Я имел в виду, справитесь ли вы с моей семьёй? Родители мертвы, но мой дядюшка по-прежнему в добром здравии. Он хорошо помнит меня. А ещё он хорошо помнит, что смог убить Мясника по наводке федеральных агентов. Кстати, с каких пор госслужащие сотрудничают с бандитами?

— Понятия не имею, о чём ты, — не меняясь в лице, холодно отозвался Браунинг. И Натаниэль ни на секунду не поверил его каменной маске.

— Ой, ну да похер, — отмахнулся он. — Вздремну, пожалуй.

Возражений не последовало, поэтому Натаниэль прикрыл глаза, погрузившись в лёгкую дрёму. Он проснулся спустя неопределённое время, когда в палату зашла медсестра для стандартного осмотра. Многочисленные болеутоляющие словно перестали действовать, пока она тщательно промывала и заново обрабатывала его порезы и ожоги. Натаниэль сжал зубы до тихого скрежета, борясь с кричащим желанием оттолкнуть Её подальше от себя. Осмотрев швы, медсестра удовлетворённо кивнула и пообещала, что вскоре к нему подойдёт доктор. Уходя, она плотно прикрыла за собой дверь.

То ли от накатившей боли, то ли от нервов в целом заснуть ещё раз у него просто не получилось. Натаниэль медленно сжал и разжал пальцы, проверяя общую подвижность. Лола не ставила целью покалечить его, она пыталась доставить как можно больше боли. Возможно, она побоялась, что слишком много оплавленной кожи забьёт пружину накаливания прикуривателя и в итоге это обломает ей всё оставшееся веселье. Судя по напряжённым взглядам медперсонала, его лицу повезло значительно меньше, чем рукам, но он пока не был готов встретиться со своим отражением. От одной мысли о нанесённых увечьях сначала накатывал гнев, а потом приходила болезненная тошнота.

И пока ему не стало дурно, Натаниэль перевёл взгляд на федеральных агентов:

— Хочу увидеться с командой.

— А я хочу кофе, — меланхолично отозвался Браунинг, переводя взгляд на напарника. — Посидите вдвоём?

Таунс кивнул. Нащупав бумажник в кармане, Браунинг вышел в коридор. Натаниэль несколько раз подёргал рукой, проверяя надёжность наручников, чтобы посмотреть на реакцию Таунса. Агент оказался совсем не впечатлён подобной попыткой бунтарского побега и в ту же секунду вернулся к работе, снова сосредоточившись на документах. Они просидели в тишине вплоть до возвращения Браунинга. Заняв своё место у больничной койки, Браунинг спокойно допил свой кофе, а затем потянулся к одной из стопок бумаг Таунса. Спустя час он предпринял ещё одну попытку разговорить Натаниэля.

— Не передумал насчёт сотрудничества?

— Ну, я всё ещё не вижу свою команду, поэтому нет, — отозвался Натаниэль. Браунинг только отмахнулся. Натаниэль снова потянул за наручники. — Послушайте, я решил остаться с этими людьми, отлично понимая, что не смогу провести с ними много времени. Я выбрал их вопреки личной безопасности. Дайте мне с ними увидеться, и я отвечу на все ваши вопросы.

— Тебе только кажется, что ты хочешь с ними увидеться, — подал голос Таунс. — Подумай о том, что они совсем недавно узнали, кто ты и что ты на самом деле. Даю руку на отсечение, что после этого они вообще не захотят с тобой разговаривать.

Натаниэль открыл было рот, молча закрыл его и отвернулся в сторону. Лисы знали о нём только те неопределённые детали, которые удалось выбить Аарону. Но предполагать, что его семья была странной, и столкнуться с реальным положением дел – принципиально разные вещи. Возможно, по дороге в Нью-Йорк Кевин успел рассказать им об общих интересах Веснински и Морияма. И теперь они отлично понимают, какой опасности он подверг всех их, просто-напросто подписав контракт с Ваймаком.

Он обещал, что его семья не принесёт им проблем. Но из-за него они были ранены и теперь лишатся возможности участвовать в чемпионате. Возможно, они ненавидят его. Возможно, они боятся его. И вообще, скорее всего, они никогда этого не простят. Но Натаниэль не мог оставить всё вот так. Он ведь даже не успел толком попрощаться. Значит, он сделает это сегодня, пока федералы не успели запереть его за решёткой на добрую половину жизни.

— На самом деле, — продолжил Таунс, — они, должно быть, уже выехали домой. Допрос прошёл быстро, и после этого мы их сразу отпустили.