Свита Короля (ЛП) - Сакавич Нора - Страница 25

В следующий раз, когда мяч полетел к ним, Дэн нырнула в сторону, мельком обвила соперницу и легонько подтолкнула в нужном направлении, опрокинув Её на пол. Чтобы усилить эффект, Вайлдс решила добавить к обидному падению капельку издевательства, спокойно протянув упавшей руку. Через секунду они уже вцепились друг другу в лица. Судьи вышли на поле, вероятно для того, чтобы выдать Дэн красную карточку за опасную игру, когда Лонгхорн залепила Вайлдс по губам. Дэн моментально вскинула руки, отказываясь продолжать конфликт. Она уже получила то, что хотела. Им обеим выдали по жёлтой карточке и игру продолжили с нейтральной позиции.

Эта недодрака стала каким-то поворотным моментом, после которого общая ожесточённость игры заметно возросла. Когда пришло время перерыва, Нил был выжат как лимон, но в упор отказывался замечать протесты уставшего тела. Эндрю выполнил просьбу Ваймака и пропустил всего два мяча. В свою очередь Лисы успели забить целых четыре. Нил проследовал за остальными в раздевалку, встретив по пути тренера, вяло отбивавшегося от репортёров, и ходил по комнате до тех пор, пока ногам наконец не вернулась частичная чувствительность. Эбби заставила его пройти быстрый медосмотр, утащив за собой в свободную комнату. А Джостен просто не нашёл сил отбиться, потому что ещё даже дыхание толком не выровнял.

Во втором тайме Лонгхорны пошли ва-банк, получив две красных и пять жёлтых карточек. Их грязный, почти уличный стиль здорово изматывал Лисов, но те умели давать сдачи. Одна жёлтая карточка не представляла особой угрозы, но вот две подряд значили дисквалификацию до конца матча, а заменить было абсолютно некем. Лисы бились не на жизнь, а насмерть, крайне осмотрительно нарушая правила и зарабатывая очки на пенальти от ошибок соперников. И в конце концов оно того стоило, потому что итоговый счёт оказался семь к шести в пользу Пальметто.

Когда Лисы покинули поле, Рене направилась в сторону Рико. Она никогда не была зачинщицей ссор и конфликтов, поэтому Нил остановился, молча провожая Её взглядом. Рико не принял предложенную руку, а вот Жан пожал. И их рукопожатие длилось чуть дольше, чем следовало, но Нил не успел разобрать, по чьей вине.

Джостен вспомнил странноватую реакцию Мор на Осеннем банкете, его ищущий взгляд и несколько неловкое представление себя. Именно это воспоминание ускользнуло от Нила в Реддинге, когда он просматривал накопившиеся сообщения. Жан свыкся с жестокостью Рико и Тетсуи, потому что кроме Воронов у Мор никого не было. Не имея никакой мотивации и причин, чтобы жить и бороться, он покорно склонил голову, сосредоточившись на собственном выживании. А Рене стала первым лучиком света в его тёмном царстве.

— Она ему нравится, — без тени сомнения поделился Нил.

Кевин стоял рядом, тоже наблюдая за ними.

— Это не важно. Из этого ничего не выйдет.

Рене рассказывала Нилу, что Воронам запрещалось встречаться с кем бы то ни было. Тетсуи не хотел, чтобы его игроков отвлекали всякие мелочи. Рене знала это и всё равно подошла к ним. Возможно, Джостен преувеличивал хитроумность Её плана, но сейчас он не хотел упускать ни единого шанса на победу.

— Может и не выйдет, — согласился Нил, — но это может сыграть нам на руку. У тебя сохранился его номер? Дай его Рене, и посмотрим, что изменится до финала.

Они заранее договорились, что на растерзание журналистам пойдут Дэн и Кевин. Нил был рад возможности спихнуть с себя это бремя и спокойно присоединиться к остальным Лисам, громко ликующим в раздевалке, но ему попросту не дали этого сделать. Едва он успел отойти от скамьи, вслед донеслось:

— Нил, это правда, что вас уже пригласили ко двору?

Умным поступком было бы просто пройти мимо, притворившись, что вопрос заглушило шумом толпы, но Нил остановился как вкопанный. Он смотрел перед собой, взвешивая возможные варианты развития событий и вспоминая причины, почему ему не следует отвечать. И всё-таки развернулся. Присутствие Рико означало, что Кевин под надёжной защитой Миниярда, но после такого наглого вопроса Эндрю смотрел не на Кевина, а на него. Джостен дёрнул подбородком в немом вопросе, и Эндрю так же молча предложил ему поступать, как душе угодно.

Нил расстегнул застёжки шлема и направился к терпеливой тройке репортёров. По пути Миниярд на ходу перехватил его шлем и передал Рене, направляющейся в раздевалку. Джостен стянул перчатки и остановился рядом с Кевином.

— Извините, — вежливо отозвался Нил. — Вы не могли бы повторить вопрос?

— Поговаривают, что вас пригласили в Свиту, — репортёр протянула к нему микрофон. Она буквально не отрывала взгляд от повязки на скуле. — Как-нибудь прокомментируете?

Когда люди начали задавать вопросы по поводу татуировок Рико и Кевина, Морияма не стал ходить вокруг да около. Он сразу расставил всё на свои места: он лучший нападающий, и он хотел, чтобы все это знали. Когда Жан предстал перед публикой с чернильной тройкой на лице, расклад немного изменился. Предполагалось, что Рико вручную отбирает лучших игроков для будущей национальной сборной Америки. Он называл Её Королевской Свитой, и, несмотря на то, что никаких официальных подтверждений не было, а само название казалось слишком заносчивым и пафосным, талант и заслуги Рико предавали этой идее некоторое правдоподобие.

— Ой. Вы, наверное, об этом.

Он аккуратно стянул повязку, позволяя журналистам увидеть татуировку во всей красе. Одна из репортёров нетерпеливо подтолкнула своего оператора, чтобы тот взял крупный план, и Нил послушно повернул голову для лучшего ракурса. Джостен открыто улыбался и совсем не пытался скрыть свою обновку. А журналисты оказались слишком тупыми или, возможно, слишком жадными до сенсаций, чтобы заметить в этом выражении скрытую угрозу. Кевин был не таким слепым, поэтому тут же прошипел на сдавленном французском:

— Не провоцируй его.

Неожиданное желание придушить Кевина прямо здесь оказалось настолько же сильным, насколько мимолётным. Нил даже не обернулся в его сторону, решив сейчас не тратить время на Дэя, а обратился напрямую к репортёрам:

— Действительно впечатляюще, не правда ли? Думаю, это первый раз, когда Рико допустил ошибку. Он всегда казался мне туповатым для того, чтобы уметь признавать собственные ошибки.

— Вы считаете, что он допустил ошибку, пригласив вас?

— Вы думаете, что не заслуживаете этого места?

Нил изобразил искреннее удивление в ответ на их замешательство.

— Я думаю, что это он не заслуживает нас, — Джостен взмахнул рукой, обозначая себя с Кевином. — Но, в общем, не в этом суть.

— Что вы имеете в виду?

— Слушайте, давайте честно, — предложил Нил. — Я знаю, что Рико хорош. Все это знают. Имя его дядюшки проложит ему путь в светлое будущее, а сами Вороны демонстрируют блестящие показатели. Но как человека Рико тяжело уважать. Я только в декабре понял, что, на самом деле, он обычный эгоцентричный маньяк, который настолько отчаянно жаждет славы и признания, что отказывается признавать потенциал в ком-либо ещё. И, конечно же, он считал меня обычным мальчиком из Мухосранска, который ничего не знает, ничего не умеет и даже права на мнение у меня быть не может. Но в это Рождество мы решили пойти друг другу навстречу. Рико пригласил меня потренироваться с Воронами на каникулах, чтобы я сам мог оценить разрыв между командами. И вот чем всё закончилось, — Нил ткнул пальцем на свою татуировку. — Он признал, что ошибался во мне, а я пообещал, что обязательно оправдаю его ожидания на свой счёт. Мы не будем друзьями и абсолютно точно никогда уже друг другу не понравимся, но мы будем работать рядом до тех пор, пока есть такая необходимость.

— Говорили, вы собираетесь перейти в сборную Эдгара Алана?

— Да, это обсуждалось во время моего визита, — подтвердил Нил. — Но мы оба знаем, что этого не произойдёт. Играя с Воронами, я никогда не добьюсь желаемого. Кроме того, я едва вытерпел их две недели. Представить не могу, как бы играл с ними все четыре года. Просто отвратительные человеческие создания.