Свита Короля (ЛП) - Сакавич Нора - Страница 22

Они быстро прошли регистрацию и паспортный контроль, а затем направились по терминалу в поисках своего выхода. Гейт находился практически в самом конце коридора, за уборным и дюжиной беспошлинных магазинов. Кафе, расположенное на полпути, манило запахом свежего кофе и ароматной выпечки, что сильно отвлекало. Ваймак удерживал их в узде своими классическими методами: крепким словом и несерьёзными угрозами.

Лисички прибыли раньше и к тому моменту уже рассредоточились у выхода на посадку. Нил посмотрел на табло: «Атланта – 1:20». Значит, авиакомпания не собиралась задерживать рейс в связи с погодными условиями. Джостен поверил в это только потому, что их самолёт уже стоял на полосе.

Получив от Ваймака разрешение, Лисы рассыпались во все стороны: половина пошла полюбоваться пейзажем из панорамных окон, другая покидала ручную кладь на все свободные места. Нилу потребовалось не больше мгновения, чтобы заметить, что Эндрю так и не сдвинулся с места. Нил просто смотрел на него, а сам Миниярд смотрел куда-то за окно. Проследив за его взглядом, Нил увидел самолёт, заходящий на посадку под опасным углом.

Другие были уже достаточно далеко и не смогли бы подслушать их разговор, поэтому Нил спросил:

— Когда ты упомянул, что боишься высоты, ты ведь пошутил, верно? — он выждал минуту, наивно рассчитывая на ответ, и, не получив его, попытался начать разговор снова. — Эндрю, это не может быть правдой. Что тогда ты делал на крыше?

Миниярд ответил не сразу, но то, как он склонил голову набок, показывало, что он думает об этом. Нил не был уверен, подбирал ли тот правильные слова или просто придумывал, что именно хотел выдать в качестве ответа. В конце концов Эндрю поднял руку к шее и в одно движение нащупал у себя пульс. Обнаружив вену, он приложил палец Нила по соседству. Сердцебиение учащённое. Очевидно, проблема была в обстановке.

— Чувствовал, — наконец нарушил молчание Миниярд.

— Пытаешься вспомнить чувство страха или то, каково это чувствовать вообще? — уточнил Нил, но Эндрю не ответил. Джостен попробовал зайти с другой стороны. — Если тебе будет легче, ежегодно падает менее двадцати самолётов, и это не всегда из-за погоды. Иногда ошибаются пилоты. В любом случае, это быстрая смерть, я уверен.

Рука Эндрю замерла.

— Как его звали? — Он посмотрел на Нила, но тот непонимающе нахмурился в ответ, поэтому Миниярд уточнил: — Твой отец. Как его звали?

Этот вопрос едва не выбил почву из-под ног. Нил не хотел отвечать, не хотел, чтобы его имя повисло в воздухе между ними, но в их игре настала очередь Эндрю. Он не мог отказаться. Нил попытался немного успокоиться: Эндрю не стал бы поднимать болезненную тему, если бы Нил не начал провоцировать его. Успокоиться получалось не особо. Нил обернулся в сторону Лисов, удостоверившись, что все они по-прежнему вне зоны слышимости, и всё равно неосознанно шагнул ближе.

— Нил, — наконец выдавил Джостен, — его зовут Нил.

— Ты не очень похож на Нила.

— Это и не моё имя, — согласился Нил, сглотнув стоящий в горле ком. — Я Натаниэль.

Эндрю задержал на нём взгляд, а затем, не сказав больше ни слова, развернулся и направился к окнам, где остальные смотрели на вылетающие и прилетающие самолёты. Нил отшатнулся, нуждаясь в глотке свежего воздуха, чтобы собраться с мыслями и избавиться от холода, снова поселившегося где-то глубоко внутри. Боковым зрением он заметил Ники, который энергично и радостно замахал руками, предлагая присоединиться. Едва Нил подошёл достаточно близко, Хэммик ненавязчиво приобнял его за плечи.

— К слову о любимчиках, — начал Ники. — Ты в курсе, что после возвращения он сказал мне от силы слов десять, не больше? Я бы даже приревновал, если бы не боялся помереть в столь молодом возрасте. В любом случае, у нас до посадки ещё полно времени. Хочешь пойти с нами за кофе?

В итоге половина команды и несколько Лисичек отправились за кофе. Ники уверял, что они отлично всё успевают, однако никто не учёл, с какой скоростью может двигаться, а точнее стоять очередь. Когда они вернулись к Гейту со свежим кофе, посадка уже началась.

Они встали в очередь, и Нил неосознанно перевёл взгляд на Эндрю, ожидая увидеть проявления нервозности или скрытого беспокойства. Возможно, Миниярд заметил внимание к себе, потому что на борт самолёта он поднялся с крайне скучающим выражением лица. Подобное представление продолжалось ровно до тех пор, пока они не расселись по местам, а стюардессы не начали проводить предполётный инструктаж. Единственной вещью, которую Эндрю взял с собой на борт, была обычная шариковая ручка. Пока сотрудники рассказывали, как пользоваться кислородными масками, Миниярд неторопливо крутил Её в пальцах. Кевин, сидящий между ними, даже не замечал этого. Наверное, Дэй просто успел привыкнуть к вечной неусидчивости Эндрю и теперь не обращал на неё никакого внимания. Нил знал о скрытых причинах происходящего только потому, что Миниярд сам рассказал ему правду о своём страхе.

Джостен перевёл взгляд за окно, но плотная пелена дождя полностью отрезала от внешнего мира. Огни аэропорта и посадочной полосы превратились в неразборчивые, смазанные пятна. Едва стюардесса сделала последний обход, Нил опустил створку иллюминатора. Он уже давно не испытывал волнения на взлёте и неожиданно представил, какие чувства должен испытать человек, который никогда до этого раньше не летал. Наконец самолёт тронулся по полосе, не удержавшись, Нил снова кинул взгляд в сторону Миниярда.

Когда шасси оторвались от земли, его выражение лица даже не дрогнуло, но ручка в руках мгновенно застыла, а в плечах появилось едва заметное напряжение. Они набрали высоту, и Миниярд отмер. Вероятно, он заметил те взгляды, которые Нил периодически посылал в его сторону, но виду не подал, сосредоточив всё внимание на спинке впереди стоящего кресла.

В Атланте у них появилось достаточно свободного времени, поэтому, как только Ваймак перепроверил, что выход на посадку не изменился, он дал Лисам час и отпустил их шататься по аэропорту на все четыре стороны. Братья решили устроить обход местных магазинов. Пока Аарон выбирал себе книгу, Ники успел сгрести еду с половины прилавков. Эндрю куда-то пропал, но Нил достаточно быстро нашёл его около стеклянной витрины с маленькими хрустальными фигурками. Странно, что именно это привлекло внимание Миниярда, однако Нил не успел толком обдумать данный факт. Кевин и Ники едва не сцепились, потому что Дэй попытался сложить его еду обратно на полки.

— Ну это же не только мне, — запротестовал Хэммик, вырываясь из хватки Кевина и стараясь ничего не выронить из рук. — Это только на дорожку.

— Никому это перед игрой не нужно, — не сдавался Дэй. — Если ты голодный, съешь злаковый батончик или намешай себе протеин.

— Вообще-то, если ты не в курсе, арахисовая паста – богатый источник протеина, — извернулся Ники. — Отпусти меня или я расскажу Эндрю, что ты забраковал весь шоколад. Сказал же, пусти. Это не тебе решать. Ай! Ты что, правда ударил меня?

— Я вас не знаю, — развернувшись, отозвался Аарон.

— Предатель, — крикнул ему вслед Хэммик.

— Кевин, пусти его, — наконец вмешался Нил. — Оно того не стоит.

— Если защита будет вялой и медлительной, мы все пострадаем, — отрезал Дэй.

— Ой, да ладно, — протянул Ники. — Сколько у нас часов до подачи? Я успею это переварить. Если не веришь, можешь даже прийти посмотреть, как я посру. Не думал, конечно, что ты из этих, но… Ха! — ликующе вскрикнул Хэммик, когда Кевин наконец отцепился от него. Ники торжествующе улыбнулся, не обращая внимания на взгляды персонала в свою сторону. — Я мастер убеждения.

— Или самообмана, — подметил Нил.

Брови Ники удивлённо взметнулись вверх.

— О боже мой, ты только что пытался пошутить? И что, больно было? Нет, серьёзно, — продолжил Хэммик, когда Нил уже повернулся, чтобы уйти, — откуда такое хорошее настроение?

Развернувшись, Джостен снова заметил Миниярда. Под ярким верхним светом в его руках сверкнула маленькая хрустальная фигурка, которую он как раз передавал кассиру. Издалека Её форму определить было сложно, но Нила это уже не интересовало. Его мысли моментально метнулись к знакомой полке, уставленной множеством стеклянных животных в строго определённом порядке. Удивление смешалось со странным чувством внутреннего облегчения и породило внутри ощущение непонятного удовлетворения. Нил не понимал, чем Бетси успела покорить сердце Эндрю, но всё это сейчас не имело ни малейшего значения. Он правильно сделал, что поверил в Добсон. Вероятно, у неё получится примирить братьев и команда наконец начнёт играть как единое целое. У Воронов не останется ни единого шанса, когда они вновь встретятся на поле.