Туманный горизонт (СИ) - Матвиенко Егор - Страница 51

— Короче, гони сюда камень, — мрачно произнёс Бык, протянув руку.

Умник озадаченно посмотрел на раскрытую ладонь и поинтересовался:

— Зачем?

«Он хочет отобрать артефакт».

— За мясом! — огрызнулся спортсмен. — Или уже забыл уговор? Камень будет у меня, пока не отдадим его Фее.

«Осколок для него бесполезен. Но он всё равно хочет его отнять».

Лицо Умника плавно растянулось в блаженной улыбке. Взгляд карих глаз помутнел, словно мужчина в один миг опьянел. Он сунул руку в карман и вытащил обломок аквамарина.

— Значит, хочешь оставить его у себя? — заторможено промямлил Умник.

— Он и так пробыл у тебя слишком долго. А толку всё равно ноль.

«Зачем ему артефакт, которым он не умеет пользоваться? А если на нас нападут?»

Умник поднял замутнённый взгляд вверх и улыбнулся ещё шире, вновь обретая безумный вид. Он потеребил в руке осколок, держа его возле груди.

Бык подошёл к нему с протянутой рукой, хмуро вглядываясь в его глуповатую физиономию.

— Ёп!.. — вскрикнул здоровяк, наткнувшись на полупрозрачный барьер. — Слышь! Поржать удумал?

Может и не удумал, но вышло именно это. Умник тихо засмеялся, затем раскрыл рот и расхохотался в голос, не отрывая шального взора от туманной выси.

Он расставил руки в стороны и взвыл:

— Воу-у! Сейчас взлечу!

— Ты совсем пришибленный?! — заорал Бык, стуча кулаком по барьеру.

Умник вздрогнул. Улыбка мигом исчезла с его лица, и он вперил в здоровяка ошалелый взгляд, выпучив глаза так, что те едва не вылезли из орбит.

— Ты чего? — испуганно спросил мужчина.

— Кончай крышехо́дить! — вышел из себя спортсмен, яростно пнув барьер. — Убери стену.

Умник окинул растерянным взглядом прозрачную преграду и промямлил:

— Это не я.

— Захлопни пасть! — прорычал Бык. — Или отдаёшь камень, или я вышибу его вместе с твоими тухлыми мозгами!

Несмотря на нежелание отвечать на такую невежливую просьбу, Умник, всё же, решил прислушаться к спортсмену.

Что-то жуткое промелькнуло в этой новой эйфории. Анализируя пережитое, мужчина осознал, что в этот раз испытал нечто совсем уж нереальное — он словно вышел за пределы собственного тела. Но кто-то же в это время отвечал здоровяку на его выпады?

Умник сконцентрировался и снял барьер. Он посмотрел в глаза обозлённому Быку и раскрыл ладонь, явив злосчастный осколок. Аквамарин ярко сверкнул, словно в отчаянной попытке что-то донести до своего носителя.

— Эти люди! Зачем они меня держат?! — раздался болезненный крик Огонька.

Бык и Умник одновременно обернулись в сторону рыжего.

Мальчишка задрыгал ногами, схватившись за голову. В слезящихся зелёных глазах отразилось исступление и дикая боль. Огонёк болезненно простонал и сделал рывок, чтобы встать, но снова рухнул на спину и начал извиваться на земле.

— Первый… Первый! Да где же ты?! — дурным голосом взвыл он. — Они издеваются надо мной! Неужели ты не видишь? Сволочи! Гады! Что я вам сделал?!

Сжав челюсти до скрипа в зубах, Бык отвернулся от агонизирующего пацана и с ненавистью уставился на Умника. Резко шагнув навстречу мужчине, он схватил его за кисть удерживающей артефакт руки и дёрнул к себе.

Брюнет, неотрывно следивший за мучениями рыжего, от неожиданности рухнул на колени. Он поднял ошарашенный взгляд на рассвирепевшего спортсмена.

— Что… — пролепетал Умник.

— Не хочешь по-хорошему, будет как со всеми! — рявкнул здоровяк.

Он вывернул мужчине руку, да так, что тот вскрикнул и выронил осколок. Умник согнулся, нависнув над полом с болезненной гримасой. Сдавленно постанывая, он раскрыл глаза и увидел обломок аквамарина, лежащий у его коленей.

Стиснув зубы, мужчина протянул дрожащую руку к камню и сомкнул на нём пальцы. В это же момент Бык отпустил Умника и с руганью расставил руки в стороны, оказавшись зажатым спереди и сзади.

Мужчина прислонил к груди гудящую от боли кисть и поднял недружелюбный взгляд на здоровяка, застрявшего меж двух прозрачных барьеров.

— Ну всё, падаль! — рыкнул спортсмен. — Довыдрючивался! Я тебе…

Бык дёрнул руками в попытке вылезти из мистических тисков.

Внезапно ловушка исчезла, и потерявший опору, здоровяк грохнулся лицом на пол. Едва он начал подниматься, как сверху рухнул новый барьер, с грохотом впечатав его в землю. Затем жёсткий прессинг повторился, загнав спортсмена ещё глубже.

Бык дико взревел и вскочил на ноги, подняв целую россыпь кусков земли. Но не успел он шевельнуться, как его плотно прижало со всех сторон и подняло на метр вверх. Вскрикнув от боли, защемлённый здоровяк наткнулся взглядом на стоящего внизу Умника.

Их глаза встретились, и спортсмен замер. Во взгляде спутника чётко проступило хладнокровное намерение — убить. Даже если никогда не видел такого взгляда, встретившись с ним однажды, сразу поймёшь его значение.

— Ублюдок! — натужно прокряхтел Бык.

— Как же ты достал, — с презрением процедил сквозь плотно сжатые зубы Умник. — Злобное тупое животное. Корчишь из себя героя, выделываешься перед девчонкой, распускаешь лапы на всех вокруг.

Стенки барьеров сжались плотнее. Бык сдавленно вскрикнул, его лицо исказилось гримасой боли.

— А на деле — гора мышц и мозг с горошину, — продолжил мужчина. — Ищешь, сам не знаешь что, ставишь других под угрозу своей тупостью и их же после этого обвиняешь.

Умник зашагал в сторону обрыва и отстранённо взглянул в фиолетовую бездну. Прозрачная тюрьма с трепыхающимся узником придвинулась следом.

— Может, зашвырнуть тебя в пропасть? — кровожадно ухмыльнулся он. — Даже ты, со всей своей дурью, вряд ли выползешь оттуда. И я больше не увижу твою злую рожу.

Сзади раздался хрип, в котором не прозвучало даже намёка на человеческий голос.

— Я понял… Первый, ты бросил меня!

С глаз Умника сошла кровожадная пелена. Он оглянулся и увидел, как Огонёк бешено скребёт себя ногтями по щекам.

— Я был тебе обузой, и ты отдал меня этим садистам! Да, Первый?! — утробно прорычал мальчишка каким-то низким и совершенно чужим голосом.

Умник испуганно вздрогнул, увидев извивающегося рыжего. Глаза пацана выпучены настолько сильно, что он стал похож на задыхающуюся рыбу. Огонёк побледнел и широко раскрыл рот, хрипя, как загнанный медведь.

И тут случилось непоправимое — мальчишка впился в свою щеку ногтями и рывком дёрнул руки вниз, сдирая кожу. Брызги крови залили искажённое безумием лицо ребёнка. Один палец с чавканьем погрузился в разодранную щёку по самую фалангу.

Замерев в ужасе, Умник забыл про Быка. Стенки прозрачной темницы исчезли, и здоровяк рухнул наземь. Он поднялся на вытянутых руках и тоже уставился на осатаневшего ребёнка.

— Стой! Прекрати! — крикнул Умник, бросившись к Огоньку.

Он подбежал к мальчишке и схватил его за руки, не давая терзать уже ободранное лицо.

— Ненавижу. Ненавижу! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! — хрипло завизжал рыжий, отчаянно брыкаясь и вырываясь из чужой хватки. — Первый! Пе-е-ервы-ый!!!

Он выдернул одну руку и вцепился себе в горло, разодрав кожу до крови и едва не оттяпав кусок плоти.

— Кончай, пацан! — прокричал подбежавший Бык, схватив дико визжащего ребёнка за локоть.

— Я… я… горячо! Жжёт! — болезненно взвыл Огонёк. — Не могу! Не могу!

Он оглушительно заорал, сорвав голос. Затем из горла мальчишки вырвался клекочущий мерзкий хрип, визг, вой, дикие перепады резких гортанных звуков — от тончайшего писка, до безумного животного рёва!

А потом изувеченный Огонёк замер и безвольно повис на руках Быка и Умника.

Но не успели они опомниться, как пацан неестественно выгнулся и прижал колени к груди. Отпружинив ногами, он ударил своих пленителей подошвами обуви. Оба отлетели назад, рухнув на спины.

Огонёк забился в новом приступе, издавая оглушительные нечеловеческие вопли.

В этот момент начались жуткие трансформации. Ноги рыжего с хрустом вогнулись коленями внутрь, а руки вытянулись, став на пол метра длиннее. Голова пацана раздулась, увеличившись почти вдвое, волосы повыпадали целыми клоками, глаза закатились и неестественно вылезли из орбит, кожа начала с треском облазить, словно объятая огнём.