Туманный горизонт (СИ) - Матвиенко Егор - Страница 28

— Так чего ж мы тут торчим? — бодро спросил Бык, довольно потирая набитый живот.

— Значит, вы согласны стать моими защитниками в этом путешествии? — с надеждой поинтересовалась девушка.

— А то! Я и один тебя защищу, не напрягайся на этот счёт.

Спортсмен растянулся в широкой героической ухмылке.

— Всё равно у нас нет другого способа понять, что тут творится, — заключил Умник.

«Понять».

Смешно, но как раз этого-то ему и не хочется. Так сильно не хочется, что хоть волком вой. Чем больше открывается правды, тем меньше желания копаться в этом дальше.

Умника упорно преследует необъяснимое мрачное предчувствие, что полученные в будущем ответы могут его, мягко говоря, расстроить. Разум будто сопротивляется стремлению распутать все узлы этой огромной тайны.

Но если пустить всё на самотёк, они рано или поздно погибнут здесь. Даже Бык со всей его мощью. Может ли Умник считать, что этим он возлагает на себя некий долг?

Наверное, ему просто удобно так думать. Если своей воли к открытиям у него нет, то у других её более чем достаточно. Остаётся лишь воспользоваться их потребностями, прикрываясь обязанностью помогать им.

Да и отбиваться от коллектива как-то грустно. И небезопасно.

— Тогда прошу вас встать, господа, — мягко повелела принцесса.

Когда все вышли из-за стола, она хлопнула в ладоши. Стол со стульями окутало сияние, распавшееся на несколько ярких комочков, которые быстро вылетели из помещения через всё те же двери и дыру в стене.

«Прямо как тогда», — вновь припомнил Умник синюю материю, исчезнувшую таким же образом.

— Будьте любезны немного подождать, — учтиво обратилась девушка. — Необходимо заглянуть в башню и приготовиться к путешествию.

— Слушай, а ванну ты не можешь наколдовать? — поинтересовался Бык, с недовольной гримасой принюхиваясь к себе.

«Кушать ему это не помешало», — удручённо отметил Умник.

— Вернитесь в коридор, через который пришли сюда, — ответила принцесса, указывая рукой в сторону выхода. — Ванна будет ждать вас там. А теперь, с вашего позволения…

Она пошлёпала босыми ступнями по каменному полу в сторону двери.

— Не против, если мы будем звать тебя «Фея»? — глядя ей вслед, спросил Умник.

— «Фея»? — с удивлением оглянулась принцесса. — Феей была моя крёстная. Но зачем?

— Принцесса или волшебница — слишком длинно. Нам всем пока лучше обойтись короткими и запоминающимися прозвищами.

— М-м, — задумчиво промычала девушка и затем улыбнулась. — Я не против.

Она бодро зашагала к выходу.

— Мог бы и не только ей нормальную кликуху придумать, — буркнул под нос Бык.

— Хочешь быть феей? — спросил Умник.

— Заткнись…

Глава 13. Обретение

«Я умею гнуть асфальт. Умею, но не могу. Не могу, когда хочу. Когда не хочу, тоже не могу, но не всегда».

Первый тяжко вздохнул, теребя пальцами край клетчатой рубашки и меланхолично тыча носком кеда в сухую землю.

— Раз-два! Раз-два! Раз-два! — раздались нарастающие по громкости команды Деда. — Живо салаги! Раз-два!

— Идут! — Огонёк ткнул Первого локтем в бок.

Юноша тоскливо глянул влево. Из тумана поочерёдно вынырнули пушистые существа. Двигаясь по широкой заасфальтированной тропе в два ряда, они синхронно подпрыгивают в такт командам неумолкающего Деда, что бодро семенит следом.

Военный остановился перед Первым и Огоньком, ритмично дыша. Постепенно замедляя шаги на месте, он дал отмашку белым зверькам.

— Ещё два круга. И чтоб держали строй! — крикнул он вслед упрыгавшим вперёд подопечным.

Существа в унисон откликнулись резким отрывистым ворчанием. Видимо, это переводится как: «Так точно!».

— Чего выскочили? — поинтересовался Дед. — В марш-бросок, что ль, захотелось?

— Марш кого? — не понял рыжий.

— Проехали, — отмахнулся военный. — Зачем пожаловали?

— Первому надо проветриться, а то совсем скис, — объяснил Огонёк.

— Я не скис, — вяло огрызнулся юноша. — Просто решил прогуляться и всё обдумать. А ты следом увязался.

— А что, прикажешь торчать там одному? — надулся мальчишка.

— Так чего голову повесил-то? — спросил Дед, уперев кулаки в бока.

— Не то, чтобы повесил. Просто… — Первый вздохнул и поскрёб ногтями затылок. — Мы с Умником как-то поспорили о том, нужно ли нам возвращать воспоминания. Я с ним не согласился тогда — он всё утверждал, что без памяти даже лучше, да и мало ли по какой причине она пропала. А теперь начали пробуждаться мои способности. Я уже убедился в том, что владел ими раньше, надо только вспомнить. Но будет ли правильно мне их возвращать?

Огонёк с Дедом переглянулись. По их озадаченным взглядам Первый понял, что глубинный смысл они не постигли.

— Я хочу сказать — если память потеряна, то, может, это было зачем-то нужно? Мои первые воспоминания начинаются с момента, как я очнулся в больничной койке. Значит, я был болен. А может, меня упекли туда как раз из-за этих самых способностей? Может, это ненормально? Кто из вас владеет чем-то похожим? Деда слушают эти существа, но он просто умеет командовать. Огонёк ощущает мои способности, ну и что? Просто восприятие хорошее. Умник и Воин тоже не умели ничего подобного.

— Ты больше не хочешь изучать свои способности? — спросил рыжий.

— Хочу, но… не хочу. Не знаю! Меня это раздражает. Я как эти штаны, — Первый указал рукой на свою разорванную до колена штанину. — Пока они были целыми, я вечно наступал на них пятками, потому что слишком длинные. Постоянно был шанс упасть. Он и сейчас есть, но в два раза меньше. С одной-то штаниной…

Первый на пару секунд замолк, уйдя в себя, но тут же встрепенулся и продолжил:

— Вот эта штанина теперь драная. Она наверняка хотела бы снова стать целой, прямо как другая. Оно и понятно, целая штанина красивее, ей так лучше, она так полноценная. Но в таком виде она опасна для меня. Поэтому я спрашиваю — так ли нужно быть целой штани… Так ли нужно восстанавливать всю память? Что я получу? Почувствую себя полноценным? Или смогу воевать с чудовищами? А может, они только поэтому за мной и охотятся?

Он замолчал, уставившись на собеседников. Огонёк и Дед ответили растерянными взглядами.

— Ну, как бы… — пробубнил рыжий. — А что мешает подогнуть штаны?

Повисла неловкая тишина. Первый медленно опустил взгляд на ноги. Разочарованно фыркнув, он резко склонился и подогнул целую штанину. Похоже, его преисполненный душевной отдачи пример в очередной раз оказался неудачным.

«Подогнуть штаны. Гениально!» — сгорая со стыда и вспоминая все связанные с этим невзгоды, подумал юноша.

— Ты сомневаешься, — произнёс Дед.

— Это ведь плохо, да? — поник Первый.

— Это нормально.

— Тогда почему я чувствую себя таким жалким и глупым? Лучше бы у меня не было никаких сомнений! Тогда я бы точно знал, как надо поступить. Ведь ясно же, что способности нужны, что они могут помочь нам всем. Но одна мысль о том, что вместо этого они могут причинить вред, перекрывает все попытки сосредоточиться.

Дед усмехнулся.

— Так ты хочешь, чтобы правильное решение пришло к тебе само? Чтобы не существовало сомнений и не приходилось решать никакие вопросы? — с иронией поинтересовался он. — Сомнения — важная часть твоего пути, они учат делать выбор. У кого их нет, тот либо туп, либо слишком труслив для того, чтобы увидеть картину целиком. Главное — научиться преодолевать сомнения, а не позволять им решать за тебя.

— Но они меня останавливают!

— Они заставляют тебя задуматься о последствиях твоих действий. Это один из самых сложных вопросов. Грош тебе цена, если не думаешь об этом. Но ты прав — сомнения давят на самые слабые точки.

— И что мне делать?

— Принять решение. Но только не забывай, что ты мужчина. Поэтому любое решение поставит тебя перед ответственностью, от которой нельзя сбегать.

— То есть, я в любом случае должен принять на себя какой-то груз?