Ретро-Детектив-4. Компиляция. Книги 1-10 (СИ) - Персиков Георгий - Страница 194

– Разрешите, ваше высокородие? – подал голос Кунцевич.

– Говорите.

– Мне очень понравился метод господина Дубкова, при помощи которого он сегодня получил сведения о местонахождении банды. Надобно их споить, а потом и забрать.

– Поясните?

Через полчаса активного обсуждения предложенного Мечиславом Николаевичем плана начальник спросил у собравшихся:

– Охотники [113] есть?

Поучаствовать в операции рвались все. Шереметевский отобрал троих самых сильных и прибавил к ним инициатора вылазки.

Оконфузившийся в начале совещания агент поднял, как в школе, руку:

– Меня, меня возьмите!

Леонид Алексеевич с сомнением оглядел его щуплую фигуру:

– Вас?

– Вы не смотрите на мою субтильность. Я состою в секции английского бокса при атлетическом обществе, и господин тренер меня очень хвалит.

– Тренер? Вами занимается тренер? Вот отчего вы все про лошадок вспоминали!

Все опять заржали. Бедный юноша чуть не плакал [114].

– Ну хорошо, хорошо, ступайте и вы, – поспешил успокоить его начальник. – Как фамилия?

– Левиков, ваше высокородие!

Вечером следующего дня в портерную господина Почечуева ввалилась полупьяная компания рабочих и заказала две дюжины пива.

Пролетарии сели за угловой столик и стали пировать.

У самого буфета расположилась другая компания, тоже состоявшая из пятерых мужчин. Обе группы изредка бросали друг на друга взгляды.

– Наши, – сказал Кунцевич, незаметно кивая на рыжего мужика, восседавшего по правую руку от огромных размеров детины с густой черной бородой. – А рядом с ним, похоже, лишачок.

– Чур, каторжный мой! – сказал Левиков.

Кунцевич пожал плечами – твой так твой, хочешь погеройствовать – ради Бога.

В это время надзиратель Абакумов, покрутив по сторонам головой, достал початую бутылку и налил водку в только что опустошенный стакан из-под пива[115].

– Давай-ка и нам, Санек. – Надзиратели стали двигать к нему посуду.

От компании беглых отделился вертлявый молодой человек в нагольном полушубке и подошел к переодетым полицейским:

– Не угостите ли соседей, почтенные? – спросил он, крутя в руках железную вилку.

Абакумов посмотрел на него осоловевшими глазами:

– Угостить-то можно, у нас этого добра хватает. Только и вы нас угостите – купите закусок – яичек там, букербродов, а то буфетчик уже на нас волком смотрит.

– Об чем разговор, монеты есть! – заулыбался вертлявый, обнажив полупустой рот. – Мы бы и сами водки купили, кабы ею здесь торговали, а на улицу выползать неохота – вьюга поднялась.

– Вот что, – предложил Кунцевич, – давайте столы сдвинем да в одной компании сядем!

Предложение было принято. Когда новые приятели выпили по первой, бородач уставился на Кунцевича и спросил:

– А вы кто, робята?

– Мы с Лешкой, – Мечислав Николаевич кивнул на Левикова, – наборщиками в типографии, а остальные у Сан-Гали трудятся.

– У Сан-Гали? На Лиговке? А за каким вас сюда-то занесло?

– На кладбище были, приятеля помянули. Год сегодня, как схоронили. А вы откуда?

Бородатый усмехнулся:

– Мы тоже рабочие… Наливай, что ли!

Через полчаса все бандиты, за исключением чернобородого, были абсолютно пьяными. Хоть главарь от собутыльников и не отставал – знай только успевал опрокидывать в свой огромный рот очередной стакан, но при этом не пьянел совершенно.

Вертлявый, подперев рукой щеку и облокотившись на стол, затянул:

Неожиданно для всех песню подхватил Левиков:

– Молодец! – сказал вертлявый. – Ты где эту песню выучил?

– Так… Дружок петь любил, я и запомнил слова.

– Хороший у тебя друг!

Еще через полчаса водка кончилась.

– Господа! – Левиков поднялся. – Я предлагаю продолжить наш банкет у меня. У меня дома хранится четверть. Правда, я припас ее к именинам, но, – Левиков махнул рукой, – еще наживу. Гулять так гулять, господа!

– Хорошее предложение, – сказал Кунцевич. – До твоего дома отсюда недалече. Земляков захватим? Вы как, ребята?

Ребят уговаривать не пришлось.

Сыщики и каторжные гурьбой вывалились из портерной. На улице бушевала метель, видно было на две-три сажени, не больше. Из снежной мглы показались извозчичьи санки. В них тут же залезли бородатый и еще один бандит [116].

– Погодь! – крикнул Левиков. – Вы куда собрались-то? Вы что, знаете где мой дом?

Блатные переглянулись:

– Так ты адрес «ваньке» скажи, – предложил лишак.

– «Ванька» мои хоромы без меня не найдет. Я в проулке живу рядом с Химическим, как туда проехать, на месте показывать надо. Еще и метель началась. Давай я с одним из вас сяду, чтобы дорогу показать, а вы, остальные, с моими ребятами садитесь.

Левиков залез в санки. Рядом уселся бородатый, и они тут же исчезли в снежной карусели.

– Пойдем в сторону Забалканского, – предложил Абакумов, – а то тут мы больше извозчиков не найдем.

Компания поплелась к проспекту. Но опасения сыскного надзирателя не оправдались – через несколько минут извозчика подрядила очередная парочка, потом – еще одна, и наконец на улице остались Кунцевич и вертлявый. Они проходили в это время мимо мелочной лавки.

– Ты говорил, у тебя деньги есть? – спросил сыскной надзиратель.

– А что? – вертлявый немного напрягся.

– Да у Лехи дома-то небось кроме водки жрать нечего. Давай в лавку зайдем, колбаски купим, ситного.

– Об чем разговор! – Вертлявый первым толкнул дверь.

Через несколько минут он вышел нагруженный свертками. Руки у бандита теперь оказались занятыми, и Кунцевич сразу почувствовал себя гораздо увереннее.

– А вот и «ванька»! – показал он на стоявшие на углу санки. – Садись.

– Куда прикажете? – спросил возница.

– На Химический.

– Тридцать копеек!

– Двугривенного тебе хватит, – начал торговаться сыскной надзиратель.

– В эдакую-то метель? Не, господин хороший, мене чем за пятиалтынный с гривенником не поеду.

– Ладно, только вези веселей.

– У меня кобыла стоящая, вмиг долетим! – сказал «ванька» и помахал кнутом.

Лошадь и вправду с места пошла неплохой рысцой.

затянул вертлявый.

«Это хорошо, – подумал Мечислав Николаевич, – сейчас на проспект выедем, нас городовой непременно должен остановить за нарушение порядка, а уж вдвоем мы этого мазурика вмиг схомутаем».

Но на Забалканском ни одного полицейского видно не было – попрятались от метели.

Бандит в это время петь прекратил, его голова склонилась вниз, и вскоре он засопел – вертлявого укачало.

Кунцевич ткнул «ваньку» в спину, а когда тот обернулся, прижав палец к губам, показал ему свою полицейскую карточку:

– Давай-ка в участок! – сказал он шепотом.

В это время они уже подъехали к Обводному. Извозчик повернул направо, и они помчались на Глазовскую, и вскоре санки остановились у ворот Третьего участка Александро-Невской части. Бандит проснулся только тогда, когда городовые выволакивали его из санок.

В целом операция прошла успешно, практически без потерь. Не повезло одному Левикову. Сопровождаемый им лишак, оказывается, только казался трезвым и вскоре тоже уснул в санях. Алексей обрадовался и, вместо того чтобы доставить бородатого до первого полицейского участка, как это было предусмотрено планом, решил отвезти его в сыскное. Когда сани остановились на Офицерской, 28, каторжный открыл глаза, узнал знакомый дом и среагировал мгновенно – так звезданул Лешке своим кулачищем, что своротил ему челюсть. Хорошо, что везший их извозчик был переодетым сыскным агентом – он засвистел в свисток и бросился на громилу сверху. Подбежали городовые, парочка куривших у крыльца надзирателей, впятером силача скрутили.