Эксклюзивно для Его Величества (СИ) - Кадуцкая Татьяна Владимировна - Страница 47

А через неделю меня ждал ещё один сюрприз. И я пока не знала, как на него реагировать: злиться, обижаться или радоваться? После того ночного происшествия и моего задержания Михал Пантин, как оказалось, написал на меня докладную и свалил на Родину, причитая:

— У меня семья! Маленькие дети! Я не могу так рисковать!

Прислонившись к стене, я наблюдала за его суетливыми сборами и пыталась понять: при чём тут дети?.. Но, в общем-то, не уговаривала Пантина остаться. Мне не нравилась его жизненная позиция и отношение к делу, и сейчас я надеялась, что из большого мира пришлют кого-то адекватного. А явился… мой сводный брат. Увидев Томаса Хейли на пороге своего номера, я растерялась.

— Ты что здесь делаешь?

— Буду с тобой работать, — парень широко улыбнулся, бросая сумку в угол. Там что-то опасно дзынкнуло, но Томас даже ухом не повёл. — Ну что? Давай обнимемся?

Я на всякий случай заглянула ему за спину, ожидая увидеть маму или отчима, но никого не было. Недоверчиво глянула на хихикающего Тома.

— Как тебя отпустили в Азурию?

— Я теперь работаю в «MB-vexa». Услышал, что тебе нужен оператор и вызвался добровольцем.

— И тебя пустили?

— А больше желающих не было. Отец не в восторге, конечно. Но я умею убеждать.

— Зачем?

— Приключений хочу! — легко пояснил сводный брат. — А с тобой они по-любому будут!

Вечером ожидаемо позвонили Хейли. Томас как раз сидел у меня в номере. Я отошла к окну, чтобы не мешать разговору, но всё равно слышала каждое слово. Дрожащий от слёз голос матери (обычно на мужчин действовал безотказно) и наставительную проповедь Брайана Хейли. Том спокойно всё выслушал и заявил:

— Дорогие мама и папа, я давно совершеннолетний и сам буду решать, как мне жить и работать. А попробуете давить, пошлю ещё дальше, чем то место, где я сейчас нахожусь!

И сбросил вызов.

— Грубо! — я скрестила руки на груди и повернулась к парню.

— Вырастили эгоиста, пусть мучаются, — отмахнулся братец. — Нечего было меня баловать в детстве.

— А ты бы не баловался.

Том белозубо улыбнулся.

— Я что, дурак? Отказываться от радостей жизни?!

— Повезёт же кому-то отхватить такое счастье! — сокрушённо вздохнула я.

Томас замахал руками.

— Огради, Триединый!

Я, посмеиваясь, наблюдала за парнем. В каком-то смысле я узнавала в сводном брате себя семилетней давности: молодая выпускница университета со смелыми мечтами и безграничной верой в себя и в окружающих людей. Впрочем, на то она и юность… Повзрослеть Томас всегда успеет. И вместо радужного спектра будет видеть только серые оттенки.

На удивление, мы с Томом легко сработались. Уже на следующий день я почувствовала разницу с Пантиным. Сводный брат понимал меня с одного взгляда и предугадывал многие мои пожелания. Наверное, двадцать лет жизни под одной крышей не прошли бесследно, когда и меня, и его воспитывали в одинаковой среде, в окружении одних и тех же личностей и восхищаясь одними и теми же мастерами. Мне нравилось, что Том идёт в ногу со временем. Помимо обычной профессиональной камеры, которыми пользовалось большинство телеоператоров, у Хейли была суперсовременная магокамера, размером с крупное яблоко, которая приводила меня в благоговейный трепет. Она парила в воздухе рядом с хозяином, а тот контролировал изображение на дисплее.

— Это абсолютно новая модель, — гордо объяснял мне Томас, — с автоматической коррекцией ориентации изображения. Есть несколько режимов записи. Она подходит даже для съёмок под водой!

А я тем временем представила, сколько может стоить это операторское счастье. Но уточнять не стала: испугалась, что количество нулей на ценнике разбудит во мне вредного гнома и напрочь убьёт всё восхищение.

— …Я могу задать программу реагирования на голоса, и камера сама будет поворачиваться к говорящему, — заливался соловьём Хейли. — Мне останется только корректировать изображение. Даже не обязательно стоять рядом! Камера сама выберет оптимальное расстояние.

— А ты не боишься, что в скором времени и ты не понадобишься? Умная магокамера всё будет делать сама.

— Нет, — уверенно ответил сводный брат. — Без человеческой сообразительности и смекалки в нашей профессии никак не обойтись.

Мне импонировало отношение Тома к профессии и к жизни. Возможно, в силу возраста он тоже рвался вперёд, хотел удивить, поразить, выделиться из толпы. К тому же Хейли легко сходился с людьми, как и я когда-то. За две недели он успел перезнакомиться со многими молодыми парнями и девушками и даже побывал на свидании. Местные быстро попадали под обаяние Тома и охотно общались с ним в барах и клубах, приглашали на отдых на островах… Пока не узнавали, чем он занимается. Как только парень называл место работы, всё благодушие новых знакомых испарялось. И это оказалось неприятным сюрпризом не только для Хейли, но и для меня.

— Что значит «предупреждены» насчёт журналистов, особенно из большого мира? — я нахмурилась, когда Томас рассказал мне об этом. — Здесь одна я такая! Остальные, считай, местные!

— А ты догадайся с трёх раз!.. Прикрываясь корпоративной этикой, работникам не рекомендуют откровенничать с посторонними. Люди держаться за хорошую работу и помалкивают, сама понимаешь, — сводный брат задумался. — Но о чём они помалкивают?

Я рассказала ему о Заслоне и о куклах. Хейли заинтересовался.

— Думаешь, ведьмы в курсе?

— Уверена. Подозреваю, они и убедили магов держать всё в секрете от аврейских властей.

— То есть?

— Нами Рантов — наместник, а по сути, король Азурии. Здесь он — власть и сила. Но как только всплывут проблемы с Заслоном, Рантов полетит с должности. Если ведьмы грамотно предложили ему решение проблемы… например, ведьминский полог на границе и патрули…

— И если это помогло, — продолжил мою мысль Томас, — он мог и согласиться.

— Что же они все скрывают? — гадала я. — И ведь это какое-то дерьмо. Не борьба за власть! Не борьба за территорию!

Хейли растерянно пожал плечами.

— Не знаю. Ребята разное болтают. Говорят, где-то там, на севере Забытых земель, есть древний каменный лабиринт, построенный ещё до Переселения.

— Сказки! — отмахнулась я. — За такое количество лет разрушаются даже камни.

— Кто знает!.. А ещё говорят, многие маги и обычные люди покидают Азурию и возвращаются на большой континент.

Тут я могла только согласно кивнуть и добавить:

— Зато ведьмы и вампиры зачастили сюда.

Томас задумался:

— За тобой присматривают, Софка. Так что пока не лезь на рожон. Тем более недавно была Лита и шабаш. Ведьмы особенно сильны, и их здесь много. А я попробую разузнать что-нибудь. Не обижайся, но хвастаться известной сестрой пока не буду.

В общем, в лице Тома я обрела надёжного союзника. И знала: если придётся, он пойдёт со мной к Заслону и даже за него. Меня только раздражали постоянные звонки Эмилин Хейли. Она звонила сыну по несколько раз на день, контролируя каждый шаг. И тем самым давала мне прекрасный повод потроллить сводного братца.

— Зубки почистил?.. Шапочку надел?..

Парень ругался сквозь зубы, грубил матери и бросал трубку, вызывая ещё больший смех.

Когда Эмилин Хейли позвонила мне и попросила:

— Софи, присмотри за Томми, пожалуйста! Я так за него волнуюсь!

Я не выдержала, вскипела.

— Хочешь — пришли ему гувернёра! А я в няньки не нанималась!

Томас, без зазрения совести подслушивающий наш разговор, довольно хмыкнул и показал большой палец. А вот мне стало не до шуток. Отбросив гилайон, я достала сигареты и вышла на балкон. Смотрела на морской пейзаж и не замечала его красоты. Немного погодя почувствовала движение рядом.

— Софка, не парься! — сводный брат пристроился сбоку. — Вот такая наша мама клуша-наседка. Трясётся над своими цыплятами.

Меня передёрнуло.

— Я заметила.

— Ты не так поняла! Я не только о себе говорил! — переполошился Том, заглядывая мне в глаза. — Тебя она тоже любит.