И вырастут крылья (СИ) - Кадуцкая Татьяна Владимировна - Страница 32

В оговоренное время Артём привёл меня в театр. Было волнительно и от такого количества известных людей и нелюдей вокруг, и от чужих взглядов – восторженных на Воронцове и любопытных на мне. Артём не стал задерживаться и сразу пошёл в ложу. Я с опаской смотрела на пустые кресла рядом.

– Не бойся. Больше никого не будет, – успокоил маг.

– Почему?

– Я выкупил все места, чтобы нас не отвлекали.

Улыбнулась мужчине, хотя почувствовала лёгкую неловкость. Но всё прошло, стоило зазвучать музыке.

Мы сидели рядом, держались за руки и смотрели представление. Артём комментировал некоторые моменты, но больше молчал. Если вначале меня поразили декорации, наряды артистов, то немного погодя я увлеклась действом, с интересом следя за перипетиями героев. Понимала, что это игра, но всё равно вздрагивала и сжимала кулаки на самых эмоциональных моментах. А ещё живая музыка!.. Что может сравниться с ней?! У меня сердце колотилось как сумасшедшее!

Когда мы аплодировали артистам, Артём склонился ко мне.

– Тебе понравилось?

– Очень! – я не лукавила и взахлёб делилась своими впечатлениями.

Маг усадил меня в кресло, с улыбкой слушал восхищённые возгласы. И смотрел, пронзительно и мягко, изучающе и восторженно… Было ощущение, что он любуется. Но первая неловкость давно прошла, и я наслаждалась вниманием своего мужчины, не сомневаясь в его чувствах и искренности. Я, как бабочка, расправила крылья, поверив в собственную привлекательность!

Наконец, Артём поднялся и повёл меня к выходу. В фойе уже было пусто.

– Мы увлеклись обсуждениями, – хмыкнула я.

Мужчина согласно кивнул:

– Зато не попали в толпу, – и вдруг сообщил: – Я заказал нам ужин с доставкой на дом. Ты не против?

Что я могла ответить? Это подразумевалось с самого начала.

– Нет.

Через несколько минут я оказалась у Артёма дома. Пока хозяин убирал нашу верхнюю одежду в шкаф, успела осмотреться. Красиво, по-мужски аскетично. Вроде всё просто, но это простота дорогая. Ничего лишнего, дизайнеры даже стены убрали, объединив пространство в большую студию. Я легко нашла обеденную зону: на столе уже горели свечи, а под серебристыми баранчиками ждал обещанный ужин.

– Как тебе здесь? – поинтересовался хозяин квартиры.

– Красиво.

– Проходи, будь как дома!

Мужчина повёл меня к столу, лаская пальцами запястье. А у меня мурашки побежали по коже. Казалось, даже воздух вокруг изменился, и в нём витали флюиды… не знаю чего, но хотелось целоваться!

Я присела на стул, понимая, что Артём после работы и возможно не успел нормально поесть, торопясь на встречу. Хотя увидев блюда, сглотнула слюну: на столе было всё, что я люблю. Такое внимание подкупало! Мужчина даже о музыке подумал: я с первых аккордов узнала любимую группу.

– Потанцуй со мной! – Артём протянул руку.

И я послушно вложила свою ладонь, зачарованная блеском его глаз. В объятиях моего Ворона было уютно и тепло. Слушала слова песни, чувствуя, как они проникают в мою душу, наполняясь особым смыслом.

Я хочу, чтобы ты

Не скрывала своих чувств рядом со мной.

Я хочу, чтобы ты

Позволила огню освободить тебя.

Ты – воздух, которым я дышу.

Из-за тебя я стою на коленях и пою…

И когда Артём потянулся ко мне, я не отпрянула и не смутилась. Я ждала этого, хотела.

– Дашенька, какая же ты нежная, сладкая! Моя девочка! Моё сокровище! Люблю тебя!

Сердце оборвалось от его признания!

– И я люблю… – выдохнула в ответ.

Нас больше ничего не сдерживало. Поцелуи разбудили дремлющую страсть. В какой-то момент я заметила в глазах Артёма золотые завитки магии Огня. А у меня голубые… Мысли сбились, когда мужчина прижал меня к себе. Стало горячо. Его огонь словно перетекал в меня, снося все запреты и смущение. Когда платье упало на пол, я вздохнула почти с облегчением. Сама раздевала мужчину, сходя с ума от его силы и уверенности.

Как мы дошли до спальни, не помню. Холод простыни на секунду обжёг спину. Я думала, кончу от одних прикосновений и поцелуев. Но когда Артём, наконец…

– Да!!!

Как же хорошо! Даже лёгкая боль – хорошо! Мы идеально подходили друг другу.

– Бл..! – забывшись, хрипел мужчина. – Какая ты узкая! Охр. ненно!

Пошлые словечки придавали какую-то пикантность и особую эротичность. Артём оказался болтуном в постели. В первые секунды было непривычно: мой бывший парень занимался сексом молча. А тут!..

– Покажи, какая ты мокрая!

***

– Мне нравится, как ты сжимаешь меня!

***

– Повернись! Хочу видеть, как ты кончаешь!..

Может быть, кому-то это покажется шокирующим и диким, но мне не было стыдно! Только не с Тёмой!

Йолль. Я люблю этот праздник. Он милый, домашний, с подарками и вкусным, сытным застольем, когда воздух пропитан ароматами запеченного мяса и пряного глинтвейна. День зимнего солнцестояния – это день рождения нового года. И каждый человек верит, что он будет лучшего предыдущего. Верила и я. Уходящий год забрал мою бабушку, но подарил мне дочь, новых друзей и любовь.

В этот день обычно все спали долго, ведь предстояла гулять почти всю ночь. Но меня разбудили рано: позвонили родители. Разговор не клеился, мы сухо поздравили друг друга и всё. Появилось ощущение, что мама с папой отбывали повинность. А может, мне только так казалось, учитывая наши отношения. С братом я говорила дольше. Он, по всей видимости, уже с обеда начал праздновать и пребывал в прекрасном расположении духа. Узнав, с кем я буду встречать Йолль, Влад оживился:

– Сестричка, клювом не щёлкай! Ты слышала, что Клейтона Эглингтона прочат на место главы Авитского ковена магов?

Я закатила глаза: мой старший братец неисправим.

Пока Тандекары как главная пара прайда были на церемонии в Иринге, мы готовили стол. В доме царила непередаваемая праздничная атмосфера. Все радовались, улыбались друг другу. Мила поручала девочкам мелкую работу, чтобы и они почувствовала себя причастными к торжеству.

А потом все вместе встречали гостей. В этот раз в доме альфы собралась большая компания. Были не только оборотни, но и маги. Узнав об этом, я растерялась. Конечно, Виджей Тандекар должен поддерживать хорошие отношения с другими расами, без этого в современном мире никак, но чтобы впустить в свой дом!.. Всё прояснила Калина.

– Это чтобы тебе было комфортнее. Ты грустила. Ведь ни Артём, ни Ирина не смогли прийти к нам.

– Да мне и с вами очень комфортно!

Я не льстила кошке и действительно считала их с Виджеем своими близкими друзьями, почти семьёй. А грустила из-за Тёмы. Конечно, мне хотелось встретить Йолль с любимым мужчиной, но он обязан был сопровождать отца. Я с пониманием относилась к этому, и компания оборотней меня абсолютно устраивала. Зачем нам такие гости?.. Посмотрела на нарядного Зарецкого и фыркнула: куда же мы без Феди? А ещё пришёл Клейтон Эглингтон с невысокой, болезненно худой магиней Земли. Они были очень похожи, я решила, что это родственники.

– Мередит – невеста Клейтона, – просветила меня оборотница.

– Она неважно выглядит, – заметила я. – Бледная… как моль.

Калина пожала плечами.

– Там какая-то тёмная история была, но я не в курсе.

Пришло время садиться за стол. Я немного задержалась с Линой, а когда подошла, растерянно замерла. Свободные места были рядом с Зарецким и Эглингтоном. Это что, заговор? Я стрельнула глазами в сторону Калины, но хозяйки рядом не оказалось. Сидеть рядом с Федей мне не хотелось, учитывая наши непонятные отношения. И я, не подумав как следует, в каком-то порыве, села рядом с магом Земли. Только когда в столовую вошли Калина и Мередит, вспомнила о невесте-моли и поняла, что сплоховала. Магиня сначала непонимающе посмотрела на меня, потом улыбнулась Эглингтону и словно так и надо, заняла место рядом с Федей.

Первая неловкость прошла, и все занялись ужином. А мне кусок в горло не лез. Зарецкий сидел напротив, и я постоянно чувствовала его пронизывающие взгляды. Праматерь моя Лада! Всё-таки Ира права, я ему нравлюсь. Никогда не понимала женщин, радующихся многочисленным поклонникам. Меня напрягала необходимость выбирать и отказывать кому-то, тем самым причиняя боль. Наверное, поэтому я сегодня избрала тактику слепца: не замечала Федю, направив всё своё внимание и очарование на Клейтона Эглингтона. Никаких внезапно вспыхнувших чувств к магу Земли у меня не было. И я не обманывалась располагающей улыбкой мужчины. Если Зарецкого с его язвительным характером можно было сравнить с зазубренным клинком, то Эглингтон был как кошачья лапка: на первый взгляд мягкий, покладистый, но если зацепишь, тут же почувствуешь острые когти.