И вырастут крылья (СИ) - Кадуцкая Татьяна Владимировна - Страница 24

– Как хорошо!

Дыхание сбилось. Голос дрожал. Но…

– Как же хорошо!

Артём, не отрываясь, смотрел на меня, и в его глазах я видела такое же счастливое ошеломление. Значит, не только мне крышу сорвало! Хотелось верить!

Одним словом, я влюбилась! Вот так незаметно, то болтая по гилайону, то пища от радости, когда приносили цветы, вляпалась в Воронцова по самые уши! Как школьница! Он очаровал меня своим обаянием и воспитанностью. К тому же, общаясь довольно часто, я не заметила проявлений снобизма и мании величия. Тёма вёл себя так, как будто это я волшебница с запредельным уровнем магии, а он обычный человек. Влюблённый мужчина! Воронцов приходил ко мне с такой же растерянной улыбкой и блестящими глазами. Я нравилась ему. Я видела желание в его глазах и понимала, что Артём сдерживает себя, не торопится, чтобы не спугнуть меня и не обидеть. Он приходил каждую свободную минутку, иногда сразу после ночных рейдов, уставший, с тёмными кругами под глазами. Обнимал меня, утыкаясь лицом в волосы, тихо расспрашивал о делах, о самочувствии и быстро уходил. А я радовалась, потому что понимала: он хотел меня видеть. И это было по-настоящему. Даже Тандекар смирился с частыми визитами Сторожа, хмурился, скрипел зубами, но терпел (спасибо Калине, всё-таки эта маленькая кошка творила настоящие чудеса со своим тигром).

Лишь спустя две недели я в полной мере осознала, что произошло. Что позволила безобидному, ничего незначащему флирту перерасти в нечто большее. Поняла, что жду наших встреч, что хочу позвонить Артёму и узнать, как дела, убедиться, что с ним всё хорошо. Что Воронцов стремительно из массы просто знакомых превратился в самого близкого человека. После Линнель. Хотя я не стала бы сравнивать эти две привязанности в своей жизни: они абсолютно разные, но одинаково дороги мне. А как только я осознала, что серьёзно влюбилась в мужчину, накатила смутная тревога и страх.

Артём как раз позвал меня на второе свидание. Я не смогла отказать. Он ждал у ворот. Старался не заходить в дом альфы без надобности. На улице было холодно, конец осени. Я видела, как мужчина жмётся под порывами ветра, и заторопилась. Почти бежала к нему.

Воронцов подхватил меня.

– Осторожнее! – лёгкий поцелуй в висок. – Привет, Дашенька!

– Привет! Я соскучилась! Вот и спешила!

Он поправил мой сбившийся шарф и тихо засмеялся. Я насторожилась.

– Чему ты улыбаешься?.. Я смешная?

Артём качнул головой.

– Ты удивительная!

Он подхватил меня в объятия, прижимая к себе. Сейчас поцелует! И я замерла в предвкушении, но сверху донёсся разочарованный вздох.

– Пойдём. Здесь слишком много зрителей.

Запоздало вспомнила о ханах и согласно кивнула.

В ресторане столик был заказан заранее, и нас сразу повели к нему. Я ловила любопытные взгляды других посетителей, но, к счастью, никто не подходил и не приставал с разговорами. Артём уверенно сделал заказ, а я смотрела на него и впервые жалела, что он из тех самых Воронцовых. Как-то дёргала мысль, что я не совсем подхожу наследнику магического рода. Артём заметил моё подавленное настроение.

– Тебе не нравится здесь?

– Нравится.

– По тебе не скажешь.

– Тём, всё хорошо!

– Точно?.. – он подозрительно глянул на меня. – Ты какая-то тихая, как будто замышляешь что-то.

Я постаралась отбросить гнетущие мысли и пошутила:

– Бунт в вашем Управлении!.. – и подмигнула Воронцову. – Ты со мной?

– Причина бунта?

– Ваш шеф не смотрит «Маги против ведьм» (популярный молодёжный сериал в некоторых королевствах Гебы – Прим. авт.)! Он не знает, кто такой Эрг! Это же кощунство!

Артём припомнил давнишние события в Управлении и засмеялся. А я почему-то смутилась.

– Извини, я веду себя глупо.

– Глупо? Вовсе нет, – мужчина затряс головой. – Ты потрясающа в своей наивности!

– В каком смысле? – заволновалась я.

– В хорошем, Даша, – маг облокотился на стол и, положив подбородок на сцепленные пальцы, пояснил: – Сначала думал, что мне это кажется. Что я хочу увидеться с тобой по работе. Но теперь понимаю, дело в другом. С тобой хорошо, легко. К тебе тянет.

– Я рада этому. Потому что мне тоже хорошо с тобой.

Опустила глаза, не выдержав его взгляд. Артём склонил голову, обеспокоенно поглядывая на меня.

– Даша?..

Я заёрзала. Что мне сказать или спросить? «Ты настроен серьёзно или играешь со мной?» И что он мне на это ответит? … Но я ведь вижу, как Тёма смотрит на меня! Если бы это был просто каприз, разве рисковал бы он лезть в логово тигра, зная, что Виджей не в восторге?! Разве тратил бы своё время?! Разве приходил бы, валясь с ног от усталости?!.

– Даша?.. Дашенька?.. – Артём взял меня за руку. – Что с тобой?.. Я чем-то обидел тебя?

И такой страх в глазах! Настоящий! Неподдельный!

Тиски, сжимающие моё сердце, разжались, и я сделала глубокий вдох.

– Нет, не обидел…

Воронцов не отпускал мою ладонь.

– Даша, ты мне очень нравишься. Мне всё больше не хватает твоего взгляда, голоса. Поэтому я превышаю свои полномочия и прихожу к вам при каждом удобном случае.

Настроение подскочило вверх до максимальной отметки.

– …И неудобном тоже! – хитро глянула на мужчину. – Лайдир недавно интересовался: может ему охрану вообще убрать, если уж маги ходят в поместье как к себе домой?

Воронцов улыбнулся в ответ.

– Пусть остаётся для солидности! Она мне не мешает!

А жизнь-то налаживается! И я, и Лина чувствовали себя намного лучше. Девочка хорошо понимала язык, но не говорила. Я по глазам видела, что дочка реагирует на мои слова, и если я упоминала кого-то, тут же находила его взглядом. Улыбалась, если я говорила что-то смешное или приятное для неё. Но моей девочке по-прежнему было тяжело общаться с людьми. Психотерапевт регулярно занималась с ней, хотя я не видела больших изменений, но… Может, так и должно быть? Может, изменения происходили глубоко внутри, где была самая страшная рана… Иногда Линнель подходила к Деви, особенно когда та рисовала, сидела на корточках рядом, наблюдала и через какое-то время возвращалась ко мне. Калина – единственная, к кому Линнель шла сама. Но день за днём дочка привыкала к людям (я пока не пыталась объяснять ей разницу между нами и оборотнями). И когда в дом лайдира пришла Малати Чанд, подружка Деви, Лина отошла от меня, наблюдая за игрой девочек. Потом присела рядом, что-то рисуя в своём альбоме. Калина обняла меня:

– Видишь?.. Линочка – умница! Ей нужно время, чтобы забыть прошлое, и ты нужна – её мама!

А что я? Я уже не представляла своей жизни без дочки! Мне кажется, те кошмары, которые я видела во сне, а Лина наяву, сроднили нас. Мы словно проникли друг в друга, смешались на клеточном уровне. А может, в Гранях что-то происходит с душами? Не знаю, но я по-настоящему ощущала Линнель своей и обижалась, когда мне напоминали, что она приёмная. Горело внутри, жгло! Как будто моё отобрать хотели!.. Я не думала о том, что и как будет дальше. Справлюсь ли я? Конечно, справлюсь! Потому что по-другому не может быть… Я надышаться на дочку не могла. Каждая искорка радости Лины вдвойне возвращалась ко мне! Каждая её улыбка – как желаннейший подарок! Вы не представляете, каково это: ждать улыбку ребёнка, возрождать его веру в добро, в людей! Знать, что, возможно, ты – единственный, кто держит этого человечка наплаву, не даёт окончательно погрузиться в глубины подсознания, спасаясь от жестокой реальности… Убила бы ту сволочь! Прости меня, богиня Ладушка, за такие кровожадные мысли, но хотелось мести! Знаю, что Марина отомстила, но мне было мало… Как-то в разговоре с Никитой (он же некромант) спросила, что будет с душой того мужчины, и ответ меня разочаровал.

– То есть Марине – нет, а ему – да?!

Никита пожал плечами и продолжил:

– Но если уже было перерождение, то душа останется в Гранях навсегда как Тень… Вечно голодная, не знающая покоя!.. И не имея даже призрачной надежды вернуться на свет.

В общем, ответ меня не устроил, но, возможно, я не знаю всех ужасов Граней. Должна же быть справедливость, хоть где-то?!.