И вырастут крылья (СИ) - Кадуцкая Татьяна Владимировна - Страница 19

И судя по всему, не только я. Вон как Зарецкий глазами засверкал! Ох-ох-ох! Что, не нравится?!

Я гордо задрала нос и с победным видом ушла в столовую.

Но стоило двери закрыться, мои плечи опустились. Давать отпор обидчикам и злопыхателям я могла, но удовольствия от этого не получала. Вообще я человек добрый и людей люблю! Понимаю, что звучит нескромно, но это правда! Даже своих родителей люблю, пусть и не очень уважаю. И брата люблю, несмотря на его насмешки и дурацкие советы. Ведь он – мой брат, моя родная кровь!

Но Фёдор Зарецкий… Да, он гениальный лекарь, но как человек – настоящая скотина. Зажравшаяся успехом скотина! Весь из себя такой ухоженный, лощёный, что невольно в нетрадиционной ориентации подозревать начинаешь! Одет с иголочки, и вещи не из ближайшего универмага. Модная стрижка, хорошая кожа. Кажется, на руках даже маникюр есть. На его фоне я выгляжу бедной сироткой в обносках с чужого плеча. Да ещё маг смотрит на меня, как на забавную зверушку. Ну, конечно! Кто он и кто я! Зарецкий в свои 35 уже магистр. И если я правильно подслушала, он уже замахнулся на звание архимага и пишет диссертацию. Но зачем же так выпячивать это? Да ещё и за мой счёт!

Обижать себя я не дам! Это то, чему меня учила бабушка с детства, с того самого дня, как пробудилась моя магия и стало понятно, что в нашем мире я не представляю ничего ценного. И пусть меня не уважают как магиню, но как человек я пресмыкаться не буду и другим не позволю унижать себя! Будь они хоть дважды архимагами!

За завтраком вела себя подчёркнуто вежливо: на вопросы Фёдора Зарецкого отвечала с неизменной улыбкой и полными предложениями. Игнор – не выход, это опять же опыт из детства. Пока ты обиженно молчишь и дуешься, тебя вываляют в грязи. Бабушка научила меня… хамить вежливо.

Глава 8

Но все мои обиды забылись следующим утром. Линнель проснулась и смогла сама открыть глаза. Тень больше не жрала её, не высасывала жизненную энергию. И организм малышки начал восстанавливаться. Не сам, конечно, ещё вчера лекари выписали укрепляющее зелье. И оно работало! А это значит, моя девочка скоро поправится! Разве не повод для хорошего настроения? По-моему, отличный повод! Да!..

– Не-е-ет!.. Опять ты?!!!

Совалось с губ, когда в холле увидела Фёдора Зарецкого. Тот просиял:

– Утро доброе, журавлик!

– Чему обязаны видеть ваше холёное лицо?

Лекарь и впрямь выглядел как модель: аккуратно уложенные волосы, идеально сидящий джемпер, из-за которого серые глаза приобрели приятный синий оттенок. А стрелки на брюках такие, что порезаться можно. И белоснежная улыбка – прямо ходячая реклама зубной пасты!.. Бесит!

– Решил порадовать тебя с утра прекрасным!

Держать вежливую маску становилось всё труднее.

– Это ты польстил себе!

Неподалёку уже стояли Найгас с Чандом и, широко улыбаясь, следили за нами. Как малые дети, честное слово! Эта бородатая зараза меня троллит по-чёрному, а они ржут!

– Лина на сеансе? – Зарецкий глянул на часы.

– Да, ещё десять минут.

– Отлично, как раз успею посмотреть её до обеда.

– А ты обедать с нами останешься?

– Вообще-то не планировал, но когда ты так просишь, я не могу отказаться!

Со стороны послышались сдавленные смешки оборотней. Весело им! А мне эти завтраки-обеды в компании Зарецкого уже поперёк горла стали! Ладно бы он молча ел, так нет же! Снова будет вязаться ко мне. И не выгонишь – дом-то не мой!

Через приоткрытую дверь заглянула в комнату, где проходил сеанс. Заметив меня, психотерапевт улыбнулась.

– Думаю, на сегодня достаточно. Мы хорошо поработали.

Я помахала дочери. Линочка сразу же протянула ко мне руки.

– Ты молодец! – шептала ей.

И это было правдой. Ведь я смогла выйти из комнаты и оставить её с другим человеком, пусть и ненадолго. Малышка обняла меня, но уже не в поисках защиты, а показывая, как соскучилась. О да! Обнимашки мы любили! Зарецкий в это время разговаривал с нашим лекарем. Они работали в одной клинике и хорошо знали друг друга.

Немного позже Фёдор посмотрел глаза Линнель и довольно улыбнулся. И я выдохнула, только теперь осознав, что всё это время сидела, затаив дыхание. А ещё меня удивила реакция Лины на мужчину: она не шла к нему, не давала коснуться себя, но позволяла находиться рядом. Наверное, после той ночи он заслужил некое доверие моей крошечки.

Маг всё-таки присоединился к нам за обедом, ещё и выставил всё так, как будто поддался моим уговорам. В первый момент я опешила, а потом испугалась, не Зарецкого, а лайдира. Оборотень не потерпит такого самоуправства в доме, тем более от человека!

– Враньё! – я виновато взглянула на альфу. – Он сам пришёл!

– Могла и промолчать! – не смутился Зарецкий.

Тандекар посмотрел на меня, потом задержал свой взгляд на лекаре и молча сел на своё место. Во время обеда он начал расспрашивать мага о делах, связанных с каким-то реабилитационным центром. Честно говоря, не очень поняла, о чём они. А вот то, что Зарецкий пришёл сюда по приглашению оборотня, догадалась быстро. Этот пи… – мысленно прикусила язык – нехороший человек чуть не выставил меня полной дурой! Зло посмотрела на мужчину, а он подмигнул в ответ!.. Задавлю гадёныша!

Но после обеда альфа позвал мага в кабинет, и месть пришлось отложить. А после того, как к ним присоединилась и Калина, эти мысли и вовсе выветрились из головы.

– У вас какие-то проблемы? – осторожно спросила я.

Кошка успокаивающе улыбнулась:

– Мы открываем реабилитационный центр для пострадавших от излучения. Сейчас идёт формирование штата. Учитывая, что лечить будут заклинаниями, нужны маги. А для нас это вопрос сложный, сама понимаешь. Федя помогает с поиском нужных людей – хороших лекарей, которые адекватно настроены по отношению к оборотням, и – что немаловажно – согласны жить в Степи.

– Много условий, – не удержалась я.

– В том-то и дело, – согласилась кошка и пошла в кабинет мужа.

Когда Линнель доверчиво прислонялась ко мне, я всегда млела от нежности. Наслаждалась приятной тяжестью её головки, теплом, особым запахом… Мы сидели на диване в гостиной и смотрели книгу.

– Дом… Дерево… – тихо называла я нарисованные предметы.

От странного ощущения в области затылка нервно передёрнула плечами. Не помогло. Чувство дискомфорта никуда не делось. Вскинула голову, и всё стало понятно: в дверях стоял Зарецкий, наблюдая за нами… за Линой… наверное.

Заметив мой взгляд, Фёдор подошёл ближе.

– Даша, а давай Линнель нашему языку научим?

– Мы учим.

– Я заклинание имею в виду, – пояснил мужчина. – Это же намного быстрее. Раз – и готово!

– Ты уже ей глаза вылечил! – не удержалась я и передразнила: – Раз и готово!

– Успокойся, девочка! – осёк Зарецкий, мгновенно сменив тон.

Честное слово, по спине мурашки побежали от его голоса. Видно я всерьёз задела этого циника. Ага, зацепила корону великого лекаря!.. Но шутить на эту тему больше не стала. Зарецкий тоже молчал, а вскоре вернулся в город.

А я… Что я? Как все женщины! Сначала взбрыкнула, потом подумала. Я знала, что Фёдор прав. И если бы это предложил кто-нибудь другой, а не он, рассыпалась бы в благодарностях и сразу же согласилась на помощь. Ведь общение с Линой у нас было своеобразное… убогое. Она молчала, а я говорила простыми фразами, помогая жестами, или звала Калину. Мы, конечно, учили энлайские слова, но процесс шёл медленно, тем более Линнель своим молчанием не помогала.

И я позвонила Воронцову. Он же тоже маг и наш инспектор! Пусть консультирует! Артём поддержал идею Зарецкого (в чём я, признаться, почти не сомневалась).

– Вообще, мысль хорошая. Разные языки – это барьер между вами. Если бы Линнель понимала именно тебя, было бы намного проще.

– Я немного побаиваюсь, – призналась мужчине.

– Чего? – не понял сразу Артём, но быстро сообразил, что я имею в виду. – Даша, то, что случилось тем вечером, досадное недоразумение. Если хочешь, наш косяк как Сторожей. Вас уже несколько раз перепроверили на наличие подселенцев. Так что не бойся!.. Сейчас отказываться от магии смешно! Это поможет и тебе, и девочке.