Запретный плод (СИ) - Драч Маша - Страница 49

Какой теперь толк в новомодном дизайне дома, что никогда не станет для меня родным? Он навечно будет мне служить напоминанием о том, как родители панически пытались отгородить меня от того человека, который по сути стал моим центром Вселенной.

Отец выгружал из багажника вещи, а мама созванивалась с грузоперевозочной компанией, которая должна доставить остальную часть вещей, типа: дивана, кресел и прочего.

С рюкзаком за спиной и с увесистым чемоданом в руках, я неспешно поднялась на второй этаж, где была моя новая комната. Она оказалась достаточно светлой и по-большему счету это связано с тем, что здесь имелось огромное окно с широким подоконником.

Я поставила свой чемодан в угол и сняла рюкзак. Бледно-зелёные обои с мелкими желтыми цветами меня жутко угнетали. Они выглядели так уныло, что о душевном покое в этих стенах просто не могло идти и речи. А, может быть, вся проблема таилась именно во мне самой. Я с негативом относилась абсолютно ко всему, что меня окружало. Такие люди, как я в большинстве случаев очень раздражают окружающих, но меня это практически не волновало.

Я подошла к окну и осторожно присела на подоконник. С неба начал срываться снег, устилая собой серый асфальт. Мама помогала папе с коробками и одновременно говорила по мобильнику. Два самых близких мне человека, которые делали всё, только бы я ни в чем не нуждалась. Но один краткий миг, всего лишь одна секунда перечеркнула все те годы, полные доверия и понимания. Это было просто ужасно. Почему жизнь бывает так несправедлива к человеку? Нужен не один год, чтобы добиться определенной цели и хватает лишь мгновения, чтобы эту цель превратить в прах.

Я принялась за распаковку своих вещей, чтобы хоть немного отвлечься от мрачных мыслей, которые в последнее время не покидают моей головы. Наверху чемодана лежала небольшая стеклянная рамка с фотографией, на которой я запечатлена с Эмили. Нам здесь лет по двенадцать и мы вместе отдыхали в летнем лагере.

Эмили была для меня тем человеком, который всегда напоминал мне о детстве. Из-за этого я никогда не смела даже подумать о ней в плохом ключе. И потом, как такое возможно, если она связывала меня с той беззаботной и светлой порой?

Наше прощание получилось дурацким и нелепым. Просто быстрые объятия, а затем, я сажусь в родительскую машину. Слишком скудно, особенно для тех, кто дружил так долго. Я всё еще испытывала вину и стыд перед ней. Из-за собственных проблем я сильно отдалилась от Эмили, и это лишь усугубляло ситуацию в целом.

Мой новый дом находился в пяти часах езды от прошлого и так часто, как хотелось бы, я с подругой видеться не смогу. А с началом второго семестра и вовсе время ускорится, а там и поступление не за горами. Вот так быстро вся твоя устоявшаяся жизнь в мгновение ока становится далеким прошлым.

Пока я разбирала свои вещи, то старалась думать о всем, чем угодно, только не о нем. Его больше нет в моей жизни и с этим нужно смириться как можно быстрей. Но получалось у меня это достаточно скверно. Перед глазами всё еще стоял его образ: растерянный взгляд, подрагивающие из-за нервов широкие плечи. Нет, нужно перестать о нем думать. Всё было сделано правильно, хоть и болезненно. Он в безопасности, а я… Я справлюсь так же, как это было однажды.

Я зависела от родителей и поэтому не могла делать всё, что мне вздумается. Как бы сильно я его не любила, но увы, реальность оказалась куда сильнее наших чувств.

Уже к вечеру, когда вся мебель была доставлена в наш дом, мы, наконец, могли поужинать. За последние время, это был первый раз, когда во мне проснулся зверский аппетит. Я с удовольствием съела мамину пасту, которую по праву можно назвать фирменным блюдом нашей семьи. Несмотря на то, что между нами всё еще витала немного напряженная атмосфера, я смогла абстрагироваться от этого, спокойно уплетая свой ужин.

Но с приходом ночи вся та тоска, что днем находилась под замком, медленно начала выползать наружу. Я крутилась в своей новой кровати, но никак не могла уснуть. Меня мучили всякие мысли, а матрас казался настолько жестким, что создавалось впечатление, будто я сплю на камне.

Включив светильник на прикроватной тумбочке, я села и плотно укуталась в одеяло. Уснуть на новом месте, оказалось не такое уж и простое дело. Именно сейчас, сидя в полной тишине и полумраке, я почувствовала себя одинокой и совсем беззащитной. Мимо воли сжимаю в руках маленький фиолетовый камушек, что на тонкой серебряной цепочке висел у меня на шее. Это был подарок Адриана на прошлое Рождество. Мне не хватило сил выбросить его, теперь я постоянно ношу этот кулон.

Не сумев вовремя взять себя в руки, я горько заплакала. Мне было очень жаль, что всё сложилось именно таким образом. Но еще хуже было от того, что я ничего не могу сделать. Это была одна из самых длинных ночей, которую я когда-либо могла застать в своей жизни. Я думала о прошлом и будущем. Вспоминала какие-то отдельные моменты, от чего плакала еще сильней. Всё это было слишком мучительно.

В конце концов, пришло пасмурное утро. Сегодня с отцом я должна была поехать в новую школу и встретиться с директором, чтобы обсудить некоторые формальности и взять в библиотеке нужные для учебы мне книги.

Мама уже активно занималась уборкой гостиной, а отец пил кофе и читал утреннею газету. Он уже был собран и судя по всему ждал только меня.

— Доброе утро, — тихо произношу я, на ходу завязывая волосы в хвост.

— Доброе, — отвечает отец и поглядывает на свои наручные часы. — Мелинда, нам стоит поторопиться.

— Я готова.

— Отлично, значит сейчас и выезжаем, — папа допивает свой кофе и складывает газету вдвое.

— Мелидна, ты главное не волнуйся, — заявляет мама. — Это очень хорошая школа, — она говорила так, будто это действительно меня волнует.

Я лишь кивнула и пошла обуваться.

Школа оказалась самой обыкновенной. Отец припарковался на автостоянке, и несколько секунд мы сидели молча.

— Мелидна, всё, что мы делаем — это исключительно для твоего блага, — после этих слов папа поспешил выйти на улицу.

Я это прекрасно понимала, только вот его «благо» и моё, разительно отличались в понимание этого слова.

Идя по длинному коридору, я осматривалась вокруг и понимала, что моя школа мне нравилась значительно больше. Даже Ребекка вызывала во мне больше радости, чем всё это учреждение.

Директор нас встретил с добродушной улыбкой. Он был весьма плотным человеком с густыми черными усами. Строгий костюм шоколадного цвета прекрасно подходил к карим глазам мужчины. На вид ему было не больше сорока пяти лет.

— Мистер Рокс, — папа пожал руку директора. — Это и есть моя дочь.

— Мелинда, — представилась я.

— Очень рад знакомству. Мой младший сын тоже учится в этой школе. Джаред, выйди к нам.

Из подсобки показался высокий и немного худощавый парень с взлохмаченными темными волосами.

— Па, что еще? — недовольно спросил парень.

— Мелинда — новенькая в твоем классе, будь добр помоги ей найти библиотеку.

Джаред внимательно посмотрел на меня. Он был похож чем-то на своего отца, только взгляд более цепкий что ли.

— Ну пойдем, — парень лениво направился к двери.

— Встретимся у машины, — бросил мне напоследок отец.

— Значит, новенькая? — спросил меня Джаред, когда мы шли по пустому школьному коридору.

— Да, — я кивнула.

— А с чего ты это решила перебраться в другую школу? Тут совсем чуть-чуть осталось учиться.

— Так получилось, — робко ответила я.

— Та ты не волнуйся, у нас нормальный класс, никто не обидит.

— Я и не боюсь, просто сложно свыкнуться с переменами.

Мы поднялись на третий этаж, прошли еще один коридор и вошли в библиотеку. Она была огромной и в ней приятно пахло книгами.

— Насчет перемен, я с тобой согласен, — продолжил наш разговор Джаред. — Сам поменял не одну школу, — он прошел к тому месту, где обычно сидят библиотекари, но никого там не оказалось. — Похоже, мы здесь одни, — парень осмотрелся вокруг. — Нашел, — он подошел к одному из столов и взял в руки внушительных размеров стопку книг. — Всё это теперь временно принадлежит тебе, — заявил Джаред.