Если бы не ты (СИ) - Гордеева Алиса - Страница 47

- Но ты выбрала толстяка, - продолжал наступление Тимур.-  Мы не друзья , Ксюша.  И это твой выбор.

- Хватит! - почти закричала я. Его поведение пугало меня, его слова задевали за живое. Но бросить в лицо, что мне было больно слышать все это, у меня не хватило смелости. Поэтому я зацепилась за глупую деталь. - Хватит уже унижать всех вокруг! Меня ты ненавидишь, понятно! Но что ты Реми вечно оскорбляешь, за что?

- Поверь, я уже давно не испытываю к тебе ничего подобного. Но, если честно,  когда я ненавидел тебя, мне было гораздо проще! - проигнорировал мой вопрос Тимур, не отводя своих черных глаз от моих.

- Да мне плевать, проще тебе или сложнее! Это не дает тебе право никого оскорблять!

-  Он толстый. Это просто констатация факта. Ты худая. Он толстый. Чем я его оскорбил? - в недоумении посмотрел на меня Тимур. Он, правда, не понимал, на что я так реагировала.  - Скажи мне лучше, что ты за него вечно впрягаешься?  Оберегаешь, заботишься... Любишь его?

- Это только ты бросаешься на обертку! А мне без разницы, как выглядит человек! Главное же не в этом! Я бы очень хотела полюбить Реми, - и сейчас я не врала, вот только сердце выбрало другого человека.

Тимур подошел слишком близко. Кожей я ощущала тепло, исходящее от парня, чувствовала, как мое личное пространство заполняется его. Но я все еще могла отойти, могла увеличить дистанцию между нами. Только я не отступила.  Взяв меня за плечи, Тимур  наклонился ко мне и прошептал :

- И что же тебе мешает полюбить его?

- Тебя это не касается! Мы даже не друзья, как ты сам заметил, - от его близости голос дрожал, но я всячески заставляла себя собраться.

- Не друзья, - тихим, пробирающим до мурашек,  низким голосом сказал на ухо Тимур, обжигая горячим воздухом мое лицо. - Пусть в друзьях остается твой Реми. Мне нужно совсем другое.

Его ладони соскользнули вверх, на мою шею и  затылок. Одной рукой он зарылся в мои волосы, заставляя непослушные пряди выбиться из хвоста. Большим пальцем второй руки он водил по моему лицу вдоль линии подбородка.

- Открой глаза, Ксюша! Открой и посмотри на меня!- от переизбытка ощущений я не сразу сообразила, что стояла с закрытыми глазами.- Скажи мне, что он и пальцем к тебе не притронулся!

О ком он вообще сейчас говорил? О Реми? Но разве ему было не все равно? Пересилив себя, я открыла глаза и встретилась с обжигающим взглядом Тимура. Он ждал моего ответа, искал его в моих глазах. Все слова разом испарились из моей головы. Так близко. Так приятно. Черт! Он говорил мне обидные вещи, но стоило ему приблизиться, прикоснуться, как я моментально теряла себя. Что со мной? Я должна была вырываться, бить его, оскорблять в ответ. Вместо этого я просто стояла и каждой клеточкой своего тела впитывала его прикосновения. Я чокнутая! Идиотка!

Мне нужно было отодвинуть парня от себя, сказать, что его не касается моя личная жизнь, соврать, в конце концов, что с Реми у нас все серьезно. Но все, что я смогла, это лишь отрицательно помотать головой. И этого ответа Тимуру хватило.  Его губы моментально нашли мои. Жадно, но нежно и бережно! И снова, вместо того, чтобы оттолкнуть его, я подалась навстречу. Пусть на мгновение, но мне захотелось раствориться в его ласке. И даже тот факт, что где-то Тимура ждала его любимая девушка, которую он, возможно, целовал всего полчаса назад, меня не отрезвлял.

Разве могла я предположить еще две недели назад, что сама буду тянуться к нему за новыми и новыми прикосновениями? Я даже представить не могла насколько сладкими и невероятно манящими они могут быть.  Его руки, такие мощные и сильные с виду, так трепетно и нежно касались моего лица, шеи, зарывались в волосы, которые уже давно перестали быть аккуратно забранными в хвост. Его теплые и мягкие губы невесомо скользили по моим, то углубляя наш поцелуй, то , отстраняясь, вселяя опасение, что что скоро все закончится.  И в эти моменты я, теряя остатки своей гордости, тянулась к нему сама.  С каждой секундой это наваждение усиливалось, поцелуй становился все более жарким и волнующим. Руки Тимура уже сжимали мои плечи, спину и вновь поднимались выше. Это безумие сводило меня с ума. Набравшись смелости, я все же позволила себе коснуться его. Одной рукой неуверенно провела по его щеке. Такая колючая и горячая, она стала для меня магнитом, от которого невозможно было оторваться. Второй рукой я ухватилась за его  плечо, чтобы окончательно не потерять равновесие.

- Что же ты со мной делаешь, а?- прерывисто прошептал мне в губы Тимур и прижался еще сильнее своим мощным и горячим телом к моему. - Нам лучше остановиться!

Его слова полностью расходились с делом. Его губы с новой силой принялись терзать мои, а руки, с жаром и неистовой силой сжимающие меня в объятиях,  казалось, уже затронули все, что только можно.

- Так нельзя! Нам нельзя!- шептал он бессвязно. И эти его слова, как ведро холодной воды, резко остудили меня. Изо всех сил я начала вырываться из паутины его рук, а из глаз непроизвольно хлынули слезы.

- Отпусти! Отпусти! - почти закричала я. В эту секунду я осознала всю подлость его поступка и свою неимоверную глупость. - Господи, как ты можешь? Любишь одну, а целуешь меня! Черниговский, есть ли в тебе хоть что-то человеческое?

Но Тимур не выпускал меня, не давал и на пару сантиметров отойти от него. Он уткнулся носом в мои взъерошенные волосы и нежно гладил по голове.

- Моя, моя, моя, - шептал он еле слышно.

- Вчера ты это же шептал ей?

- Черт, да о ком ты все время говоришь?- на миг Тимур ослабил свою хватку и заглянул мне в лицо. Кончиками пальцев он начал вытирать мои слезы и гладить меня по лицу.

- Сбруева. Она сказала, что ты любишь ее и вы теперь живете вместе. Разве так честно? Так нельзя! Отпусти меня!- мое возмущение с новой силой начало разрастаться внутри , грозясь вот-вот вылиться наружу.

- Это она тебе сказала?- спросил растерянно Тимур.

- Не мне, своей подруге, я просто услышала.

- А она точно про меня говорила? - с усмешкой произнес он, вновь придвигаясь ко мне все ближе и ближе.

-  А про кого еще? Ты же ее парень! - взбрыкнула в ответ.

-  Моя глупая девочка! Мы еще в клубе с ней расстались, до нашей с тобой ночи откровений. Поэтому, честно, я не знаю, кто ее сейчас любит. Да мне и не особо интересно. Веришь?- его губы бархатистыми прикосновениями начали изучать мое заплаканное лицо, нежную кожу шеи и ключиц.

- Верю! - последнее, что успела ему сказать, прежде чем вновь погрузиться в омут его бесконечных ласк.

Дорогие мои читатели!

Я искренне благодарна Вам,  что каждый день Вы находите время на мою историю! Для меня это самая первая проба пера. Именно поэтому буду признательна обратной связи,  Вашей критике и замечаниям, чтобы в будущем все учесть.

51. Тишина

- У тебя в холодильнике мышь повесилась, а я голодный. И, поверь, если сейчас же не поем, то накинусь на тебя и укушу, - голос Тимура с кухни был едва различим.

Такая странная акустика была в квартире. Даже, если бы я ему сейчас громко ответила, он все равно ничего не услышал бы. А значит пришла пора вставать из теплой кроватки. А так не хотелось! Полночи с Тимуром мы не могли оторваться друг от друга: целовались, говорили, снова целовались и опять говорили. Темы для разговора находились сами собой. Единственное, что мы не стали обсуждать, так  это вражду  отцов. Мы решили, что это табу для наших отношений. Чтобы они не поделили в свое время, это не имело ни малейшего права мешать нам наслаждаться друг другом. Уже под утро мы переместились в маленькую комнату, на диван, и в обнимку заснули.

- А я предупреждала, что ничего нет, - тихонько, на носочках, я подошла к Тимуру сзади и обняла одной рукой за спину, проводя другой вдоль его татуировки от шеи до запястья. – Красивая! Она что-то означает?

- Я нашел рисунок с этим узором у сестры после трагедии. Это единственное, что осталось у меня от нее, - голосом полным боли ответил Черниговский. Своим вопросом я заставила его вспомнить то, о чем , я уверена, он пытался забыть.