Мама для мейн-куна (СИ) - Демидова Лидия - Страница 40

- Выпей компотика. Так жарко.

Я сделала глоток и сразу же ощутила приятный малиновый аромат.

 - Очень вкусно. Спасибо, - поблагодарила я хозяйку дома.

- Так о чем ты хотела со мной поговорить? – женщина внимательно уставилась на меня. Несмотря на то что ей было немало лет, ее голубые глаза не потеряли своей ясности. В них светилась житейская мудрость, некая усталость, а еще любопытство. Я интуитивно почувствовала, что мне не нужно лгать, и поэтому, вздохнув, тихо сказала:

- Я бы хотела поговорить об Ларии и Фавии.

- Об этих мерзавцах?! Да глаза бы мои их не видели, испортили жизнь девочке, довели до могилы. Зря ты ко мне пришла, хороших слов у меня для них нет. Уходи! – женщина поднялась. - Уходи!

- Вы же были няней Одри? Расскажите ее историю, пожалуйста - попросила я.

Старушка чуть прищурилась, некоторое время молча смотрела на меня, а потом ахнула:

- Неужели эти подлецы выбрали себе новую жертву?

- За мной ухаживают оба, - была вынуждена соврать я.- Но вот кого выбрать… Они меня смущают, что-то темнят, хитрят. А тут я случайно выяснила, что Одри должна была стать женой одного, а вышла вроде за второго. История непонятная. На мои вопросы каждый имеет свой ответ, и что-то концы с концами не сходятся. Поэтому я приехала к вам. Может, вы подскажите, что мне делать?

- Бежать деточка. Бежать от обоих, - женщина вновь опустилась в кресло. - Они погубят тебя, как и мою девочку.

- Расскажите, пожалуйста, историю Одри.

Старушка кивнула и, прикрыв глаза, начала рассказывать:

- Я работала в доме лорда с юношества. Хозяйка и хозяин были такими добрыми, честными, справедливыми… В браке они состояли давно, но вот наследниками так и не обзавелись. А потом уехали в путешествие и уже вернулись с очаровательной крохой. Поговаривали, что девочку усыновили, но точно это неизвестно никому. Хозяин любил малышку, как родную дочь. Одри росла красавицей. Многие знатные семьи, как принято, договариваются о браке детей заранее, и когда пришло первое приглашение, тут-то и выяснилось, что девочка уже обручена, да и не абы с кем, а с сыном правителя. Одри воспитывали как жену императора, с детства вбивая все необходимые навыки – уроки экономики и политики, математики и письма, этикета, музыки, танцев, рукоделия. Девочке буквально вздохнуть некогда было, хотя признаться, знания давались ей с трудом. Уж в кого она такая пошла…, ни усердия, ни усидчивости у нее особо не было. Одри могла часами вертеться у зеркала, примеряя наряды, но как дело доходило до наук, на глазах сразу появлялись слезы. Время шло, до свадьбы оставалось меньше года, когда моя девочка призналась отцу, что влюблена в сына важного чиновника, и попросила родителей разорвать помолвку. Ох и крика было… Но Одри уговорила родителей поговорить с Ларием, так звали ее жениха, и попросить отказаться от свадьбы. Хозяин уехал… А по возвращении сообщил, что Одри придется выйти замуж за наследника, и она должна немедленно переселиться во дворец. Наследник Ларий отказался разорвать помолвку. Мы вместе с Одри переехали в резиденцию правящей семьи. Я была обязана за ней приглядывать до свадебной церемонии. И однажды моя девочка мне рассказала, что младший наследник Фавий оказывает ей знаки внимания. Один брат не захотел отпустить и сломал ей жизнь, а другой – увез на край света и насильно женился… Больше свою девочку, я никогда не видела. Знаю, что Одри умерла во время родов, подарив мерзавцу наследника. Так что ничего хорошего от них не жди, девочка, и беги, беги как можно дальше.

- Спасибо, - поблагодарила я женщину. - Вы очень помогли, а сейчас мне пора. До свидания.

- Пусть твой путь будет светел, - послышалось вслед.

Я выскочила за калитку и быстро направилась в сторону. Отойдя от дома на несколько шагов, прижалась плечом к какому-то забору и вздохнула. Все стало еще запутаннее. Ларий, Фавий и третий незнакомец, которого любила Одри. Видимо, понимая, что свадьбы с Ларием не избежать, решила насолить жениху и использовать для этого Фавия, «напев ему песенку» о любви и ребенке. Но и Ларию говорила о беременности. Интересно, а он действительно не захотел разорвать помолвку? Или отец Одри это выдумал, ведь родство с правящей семьей большая честь… А еще у меня возникло стойкое ощущение, что эта блудливая кошка, мать Доминика, вела свою игру, главная цель которой была отомстить всей императорской семье, внести раздор между братьями. И ведь у нее все получилось. Она давным-давно умерла, а Ларий и Фавий до сих пор воюют.

- Алена с тобой все в порядке? – ко мне подошел взволнованный Доминик.

- Да, идем.

- Что тебе удалось выяснить?

- Скоро все узнаешь, - я улыбнулась в ответ, подумав о том, что, наверное, правду в этой истории никто и никогда не узнает.

- Алена, может, ты все-таки расскажешь, что тебе удалось выяснить? – в который раз спросил Фавий. – Зачем ты нас мучаешь?

- Я же сказала, поговорим дома, - раздраженно ответила я. – Неужели трудно потерпеть? Разговор предстоит непростой. Что непонятного в моих словах?

- Алена, - Ларий протянул мне небольшой розовый цветочек, очень красивый и невероятно ароматный.

- Спасибо, - улыбнулась я, а потом с сожалением воскликнула. - Ой, я же свой букет забыла в таверне.

Обернувшись, поняла, что мы уже слишком далеко ушли от поселка и возвращаться обратно просто не была смысла. Я с сожалением вздохнула.

- Не думай об этом, - Ларий осторожно прикоснулся к моей руке. - Букет, скорее всего, уже увял. Не стоит расстраиваться по этому поводу.

- Все равно жалко, - вздохнула в ответ.

- Я подарю тебе миллион цветов, - Доминик взял меня под руку. - Честно-честно.

- Спасибо, мой хороший, - улыбнулась парнишке, а потом поинтересовалась. - А нам далеко еще иди?

Кабир обернулся, а затем окликнул своего «короля»:

- Фавий, поселок уже далеко. Можно открывать портал…

… Едва мы оказались в доме Лария, он сразу же пригласил нас в свой кабинет, ведь братьям не терпелось узнать, что же мне удалось выяснить. Алан и Кабир отправились по своим делам, потому что разговор об Одри глубоко семейное дело и не для посторонних ушей. А еще я попросила выйти Доминика, и это ему очень не понравилось.

- Почему?! – он был весьма возмущен, когда услышал мою просьбу. - Почему ты просишь меня выйти?

- Я потом тебе все расскажу, но сейчас хочу поговорить с Ларием и Фавием наедине, - спокойно озвучила свои намерения, посчитав, что Одри - мать Доминика, и даже если он ее не знал, в голове парня нужно сохранить положительный образ. Несмотря на то что это явно было не так.

- Дело касается моей матери, - Доминик демонстративно уселся в кресло и для пущей убедительности сложил руки на груди. - Я имею право все знать.

- Конечно, имеешь, - согласно кивнула. - И все узнаешь, но не сейчас. Выйди, пожалуйста.

- Нет! – Доминик уперся и стало понятно, что одной мне с ним не справиться.

- Сын, - вмешался Фавий. - Выйди!

- Нет!

- Я сказал выйди! - Фавий повысил голос. - Алена расскажет тебе все позже.

- Доминик, - Ларий старался говорить с ним помягче. - Ты еще очень молод, и не понимаешь, что иногда надо прислушиваться к взрослым, которые тебе желают только лишь добра.

- Я не ребенок! – завопил Доминик и вылетел из кабинета, напоследок так грохнув дверью, что картина на стене покачнулась, а потом и вовсе упала на пол.

- Ну вот в кого он такой? - застонал Фавий. - Разбалованный несносный мальчишка. Не ребенок он… А кто?! Кто? Скажите…

- Так ты его сам и разбаловал, - заметил Ларий и укоризненно покачал головой. - Не смог дать парню достойного воспитания.

- Это мой сын, и я сам буду решать, как его воспитывать, - завелся Фавий с пол-оборота.

- А я вот уверен, что это мой сын, - огрызнулся Ларий.

Понимая, что сейчас опять начнется бесконечный утомительный спор, с силой ударила ладонью по столу и рявкнула: