Злоба (ЛП) - Гвинн Джон - Страница 135

Но Хуненов нигде не было видно. Нигде никакого движения.

Раздался резкий взрыв рог из-за его спины. Алкион, стоявший на голову, плечи и грудь выше самых высоких людей вокруг него, махнул рукой, давая знак остановиться здесь, и отряд медленно остановился на верхнем уровне склона.

Нижний склон перед ними представлял собой бурлящую массу движения тех, кто шел впереди колонны, напоминая Верадису муравьев, которых он видел в лесу близ Джеролина. Как давно, что, казалось. Первые ряды плескались через ручей. Верадис разглядела громоздкую фигуру Брастера, а перед ним-Гадрая. Затем первый из Гадраев приблизился к разрушенной Стене и начал карабкаться по упавшему камню.

Какой-то звук нарушил напряжение, которое он почувствовал, когда откуда-то из-за них донесся высокий, пронзительный звук горна, прозрачный, призрачный звук. Затем что-то похожее на дым или туман хлынуло из Черных Врат в скале. Она быстро распространилась вокруг пирамид, прижалась к земле и потекла к рушащейся стене и воинам.

Многие уже были внутри стены, и те, кто стоял в первых рядах, остановились, увидев приближающийся туман. Туман бесшумно окутал неподвижных воинов, поглотил их и скрыл из виду, заполнив все пространство между откосом и стеной.

На долгие мгновения вся лощина погрузилась в жуткую тишину. Потом начались крики.

Верадис сделал шаг вперед, но вынужден был остановиться. За спиной он услышал низкий голос Алкиона, сливающийся с голосом Калида, становящийся все громче, поющий слова, которых он не понимал.

Ветерок коснулся его лица там, где его не было, быстро набирая силу, порывами теребя волосы, торчащие из-под железного шлема. Теперь вокруг него кружился ветер. Казалось, она собиралась перед его боевым отрядом, хватая листья и папоротники на земле, а затем внезапно понеслась вниз по склону, завывая, взбивая белую пену на ручье перед стеной, когда она пронеслась мимо и врезалась, как физическое существо, в стену и туман внутри.

Туман, сразу же окруживший стену, просто испарился, но очень скоро влияние ветра ослабло, как будто он наткнулся на барьер. Голоса Алкиона и Калида становились все громче, пока ветер, который они послали в лощину, снова не начал пробиваться сквозь туман, хотя и медленно. Туман рассеялся, медленно растворился, открывая взору собратьев-воинов внутри стены. Казалось, они каким-то образом остановились. Верадис напрягла зрение и разглядела размахивающие руками мужчины, услышала ужас в криках, а затем поняла, что происходит.

Люди погружались в землю, целые роты уже были поглощены-отмеченные только железными шлемами или клочком волос, щитом, цепкой рукой. Земля превратилась в болото, в удушливую, проваливающуюся яму.

- Элион, помоги нам, - прошептал Бос.

Верадис протолкался обратно к Алкиону и Калиду, люди расступились перед ним.

Алкион и Калид стояли с поднятыми руками, их голоса переплелись, они были покрыты потом, их мускулы дрожали.

- Здесь есть нечто большее, чем туман, - прокричала Верадис, перекрывая пение и крики снизу. - Смотри, воины проваливаются в самую землю.’

- Голос Калида дрогнул, запнулся, и он сделал шаг вперед, Верадис поддержал его.

- Ближе, - прохрипел Вин Талун. ‘Мы должны подойти поближе.’

Верадис кивнул и вернулся к своему отряду, ведя их вниз по склону. За несколько десятков шагов до того, как земля выровнялась, он остановился и услышал, как голос Калидуса изменился, чужие слова зазвучали в новом ритме.

Теперь Верадис не мог видеть Халдис, но он все еще мог видеть путь за стеной, где крики были самыми громкими. Люди все еще тонули, некоторые отчаянно размахивали руками и падали на колени, бедра и грудь. Многие были мертвы, их рты были полны черной земли, в то время как другие прижимались к засасывающей земле щитами или пытались выкопать себя мечом или копьем.

Песня Алкиона и Калида стала громче, туман почти рассеялся, оставаясь лишь тонкими завитками.

Что – то привлекло внимание Верадис-какое-то движение у ручья, в нем кружилась вода. Что бы это ни было, оно приближалось, след от его прохождения затоплял берега позади него, густая осока и тростник расступались перед ним.

‘Ты видишь это?- сказал он Бос, указывая пальцем. Прежде чем воин успел ответить, что-то появилось из воды, серебристо-серая голова, поднимающаяся на толстом, как у рептилии, туловище.

- Змей’ - крикнул Верадис.

Он соскользнул на берег, большими петлями извиваясь из потока, и с пугающей скоростью двинулся вверх по склону. К ним.

Он идет за Калидом и Алкионом, понял Верадис. Он выкрикнул команду, и его отряд натянулся, образовав стену на склоне. Позади себя он услышал, как Джехар, как один, обнажил мечи-металлический раскат грома.

‘Не нравится мне это, - пробормотал Бос рядом с ним.

"Мне тоже", - подумал Верадис, хотя и промолчал.

Змей остановился перед их стеной щитов, тело свернулось под ним, прежде чем оно встало на дыбы, описав дугу над стеной. Он был огромен, одна только голова его была больше человеческого роста, а огромные кривые клыки длиннее меча. Щиты разлетелись вдребезги, когда он врезался в стену, а те, что были до него, разлетелись во взрыве крови и костей.

Стена щитов распалась, люди разбежались во все стороны. Верадис погналась за зверем, Бос последовал за ним, и Верадис полоснул по телу зверя. Его лезвие впилось, хотя и неглубоко, и что-то вязкое и желеобразное сочилось из пореза. Но его удар не замедлил змея. Теперь он обрывался на склон за стеной щитов, пространство травы и папоротника перед свободно сгрудившимся Джехаром. Позади них Калид и Алкион продолжали свою песню, все еще не обращая внимания на змея. На этот раз существо не остановилось, а просто врезалось в одетых в темное воинов. Вместо того чтобы приготовиться встретить его, они расступились, впустили его в свою гущу, а затем закружились вокруг него, как Черные воды, поднимая и опуская мечи.

Змей был наконец ранен, Черная кровь сочилась из тысячи порезов. Он взревел в вызове и набросился на воина, поймав его челюстями, разбрызгивая кровь. Но мечи продолжали рубить его, и зверь, содрогнувшись, рухнул на землю, дернулся и затих. По мере того как вокруг становилось все тише, крики Халдис донеслись до Верадиса. Могильное поле все еще было болотом, воины задыхались в темной земле, но когда он оглянулся на Калида и Алкиона, то почувствовал, что их песня изменилась.

Пока Верадис наблюдал, он почувствовал, как дрожь прошла у него под ногами, а затем увидел, что земля в стене сдвинулась. Она начала затвердевать, и люди были в состоянии сопротивляться их спуску в землю, в то время как другие были в состоянии вытащить или выкопать себя из последних сил. Многие были мертвы, заключенные в вечные объятия под сокрушительной землей.

Калид и Алкион упали на колени, когда Верадис приблизился, хватая ртом воздух огромными судорожными глотками.

‘Ты сделал это, - выдохнул Верадис.

‘Пока, - прохрипел Калидус, перекатываясь на бок.

Внезапно из-за стены донесся рев. Верадис обернулся и увидела, что холмы оживают. Он моргнул и увидел прыгающих гигантов. То очарование, что скрывало их, было сорвано, и теперь они бесновались среди людей, которые еще не оправились от столкновения с опускающейся землей. Их новая угроза приняла форму огромных воинов, закованных в черную кожу и железо, с огромными двузубыми топорами или сокрушительными боевыми молотами.

Хаос вспыхнул вновь.

Сотни людей погибли в удушающей земле, но многие из людей Брастера и Ромара остались в живых, хотя Верадис никогда не видел такого количества гигантов, собравшихся вместе. Трудно было понять, что происходит на поле боя. Люди все еще были сбиты с толку туманом и колеблющейся землей, и гиганты воспользовались этим в полной мере, сражаясь со смертью с захватывающей дух свирепостью. Куда бы Верадис ни посмотрел, он видел бледнолицых хуненов, летавших вокруг них с топорами и боевыми молотами, воинов Альянса, пытающихся перестроиться.

Алкион все еще стоял на коленях, хотя теперь его дыхание стало менее затрудненным.