Древняя душа (СИ) - Амеличева Елена - Страница 80

Несуразный богомол атаковал первым, так умело управляясь со своими длинными конечностями, что во мне екнуло сочувствие к Драгану. Но, как оказалось, зря — мощный, высокий санклит играючи уклонялся от его атак, мгновенно переходя в нападение. «Градус» схватки рос, мужчины двигались все быстрее, я едва успевала следить за их выпадами, настолько поглощенная происходящим, что мое собственное тело вздрагивало каждый раз, когда Ковачу все же удавалось задеть Горана. Мы будто двигались вместе с супругом, деля ощущения пополам.

Мужчина тоже, похоже, заметил что-то странное и остановился. Тяжелое дыхание, мокрые пряди, горящий взгляд. Как же он хорош! Я закусила нижнюю губу, сжав подоконник. По телу огненными мурашками пробежались вчерашние ощущения, когда супруг прижимал меня к кровати и целовал, заставляя желать его каждым миллиметром полыхающей кожи.

Драган замер, не сводя с моего лица взгляда. Шальная улыбка расцвела на его губах — которые так хотелось вновь почувствовать на вкус! Еще вчера днем меня плавила обида на него, а теперь не могу даже воскресить в памяти те ощущения, все сметает лавина нежности и страсти! Будь он сейчас рядом!..

— Иди уже, — Нико рассмеялся, — все равно думаешь не о тренировке! Ох уж эти бабы! — богомол поманил к себе блондина. — Спиридон, ты следующий.

Но эта схватка меня не интересовала. Я отошла от окна, поправила одеяльце на малышах, которых вчера уложила спать в колыбельку, и прислушалась к шагам в коридоре. Это он. Стук в дверь. Немного повредничаем, помолчим, не все ему надо мной издеваться! Повторный стук.

— Да.

— Доброе утро, Саяна. — Санклит вошел в комнату.

Еще какое доброе!

— Отлично выглядишь! — близко подходить не стал, но я и отсюда учуять могу — успел заскочить в душ. Представляю, с какой скоростью Горан мылся, чтобы так быстро прийти! С губ сорвался смешок. — Хорошее настроение? — он осторожно подошел ближе и меня окутал его парфюм — надежные древесные нотки, властные мазки мускуса и чувственный шлейф с горчинкой — аромат такой же, как и сам Драган.

— Ага! — я кивнула, утопая в глазах, в которых чертенята отрывались по полной, и тоже сделала шаг вперед. Мужчина облизнул пересохшие губы и убрал руки за спину. Это тебе не поможет, дорогой! Нравится дразнить жену, да? Отлично, давай поиграем в «я не такой, я жду трамвая!» Посмотрим, сколько ты выдержишь!

— Ты завтракала? — голос Горана был хриплым.

— Нет. Так голодна — со вчерашнего вечера, кто бы знал! — промурлыкала я, бессовестно строя глазки. — Покормишь?

— Разумеется. — Он стиснул зубы, заходили желваки.

— Тогда бери колыбель и идем. — Было несложно пройти так близко, чтобы задеть его. От меня не укрылось, как мужчина жадно втянул воздух. Ох уж эти их дворянские заморочки, понятия о чести и прочее! Мазохизм сплошной! — Так ты идешь? — уточнила я, обернувшись у двери.

— Иду. — Прорычал он и двинулся ко мне, бормоча под нос, — Господь, дай сил!

Говорят, кухня — женская сцена. Что ж, наша уютная кухня с деревянной мебелью и белыми каменными столешницами помогла мне начать спектакль. Как приличная девочка, я уселась за стол, и с удовольствием начала кушать кашку с изюмом — медленно, ложечку за ложечкой отравляя ее в рот. Горан, сидевший напротив, стоически за этим наблюдал. Кружка кофе, который он пил, стучала время от времени о его зубы.

Но этого бессовестной супруге оказалось мало. Я попросила фруктов и закатила глаза, застонав, когда сочная вишня лопнула во рту терпко-сладким вкусом. Следом пошел виноград, а потом и клубника. Побледневший Драган поставил чашку на стол и снова стиснул зубы. Его стойкость уже начала меня обижать! Ну уж нет! Тогда повысим градус!

Я встала и медленно подошла к нему. Он оглянулся на дверь, но сбегать было поздно — супруга уже стояла между его широко разведенных коленей.

— Безумно вкусные! — мои пальчики с зажатой вишней приблизились к его рту. — Попробуй! — вишенка скользнула внутрь его рта. Мягкие губы замерли на моих пальцах куда дольше, чем требовалось. Стон Горана заставил застонать и меня. — Вкусно, да? — прошептала я, уже практически прижимаясь к нему.

— О, да, — эхом отозвался санклит, вынув изо рта косточку и положив ее на стол. Горячие ладони легли на мою спину. Вулкан, а не мужчина!

— Попробуй клубнику! — ароматная ягода отправилась в его рот. Не выдержав, он перехватил мою руку и поцеловал сначала запястье, а потом каждый пальчик, заставив задрожать от желания.

— Рада, что тебе понравилось. — Я выскользнула и отошла от него. Он встал и направился следом за мной. — Драган, если твои глаза будут так гореть, огнетушитель возьму! — предупредила я.

— Не поможет! — фыркнул он, сделав еще шаг ко мне.

— Попробуем? — отступаем назад. Ой, уже некуда — столешница холодит попу, которая нашла, похоже, себе приключения!

— Бессовестная! — мужчина прижался ко мне всем телом, дав почувствовать свое желание. — За что так мучишь мужа? — стальное кольцо питоном медленно сдавило талию. — Ведь остатки разума растерял уже! Так по тебе соскучился, злая моя!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Соскучился? — руки обвили его шею.

— Даааа, — выдохнул санклит, поцеловав в висок.

— Сильно?

— Безумно! — он обжег дыханием шею. — Как ты пахнешь, это… Лучше всех духов! — губы слегка прикоснулись к коже. — С ума сводишь! — мужчина спустился ниже, лаская поцелуями ключицу, встал на колени и уткнулся лицом в мой живот, застонав. — Останови меня, любимая! Умоляю! — простонал он. — Саяна, останови!

— А если не хочу тебя останавливать? — едва слышно прошептала я.

— Прошу прощения, — пришел на помощь мужской голос.

Мы с Гораном посмотрели на Нико, что замер в дверях.

— Вы меня, конечно, проклянете, — он усмехнулся. — Но к Саяне пришли.

— Кто? — все еще прижимая к себе Драгана, стоявшего на коленях, я попыталась сосредоточиться.

— Данила Хан.

— Что ему нужно? — Горан напрягся.

— Он хочет поговорить с Саяной. — Ковач вздохнул, но договорил. — И он привел Алекса.

— Что?! — прорычал мой санклит, в одно движение рывком поднявшись на ноги. — Он совсем ополоумел?! И ты пустил эту тварь в наш дом?!

— Вчера ты говорил, что это мой дом, — уточнила я.

— Твой, но… — Горан вновь притянул меня к себе. — Саяна, Алекс столько зла тебе причинил!

— Нам, — вновь пустилась в детали я. — Но Данила пришел ко мне, так что позволь нам поговорить. Вернее, твое разрешение вовсе не требуется.

— Знаю, логичная моя. — Супруг помрачнел. — Но разреши хотя бы Орлова отсюда вышвырнуть к черту!

— У черта он уже был! — сами собой проговорили губы. — О чем это я сейчас, только что?

— Только ты знаешь, — Драган нахмурился.

— Если бы. — Я покачала головой. — Идем.

Данила — если не ошибаюсь, глава Охотников, широко улыбнулся, когда я подошла к нему, скучающему в вестибюле. Большие серые глаза засияли, а пухлые губы сложились в такую улыбку, что мне невольно вспомнились размышления на тему, что же у нас все-таки было. Надо будет кого-нибудь спросить. Но не Горана. Он, сжимающий колыбель, и так сдавленно рычал, глядя на незваного гостя.

— Здравствуй, Саяна, — Хан мельком кивнул моему супругу. — Драган.

— Хан. — Последовал ответный кивок.

— Прости, что пришлось тебя потревожить. Но это на самом деле очень важно и не терпит отлагательств.

— Настолько важно, что ты притащил к Саяне Орлова?! — ядовито уточнил Горан.

— Увы, да.

Я покосилась на мужа. Он хмурился и, похоже, был всерьез обеспокоен. Кажется, Ангел знает меньше всех присутствующих. Ох уж эти мужчины с их вечными попытками защитить своих женщин! Когда они поймут, что слабый пол им частенько может фору дать? Мы сильные, хоть хитрим и не показываем этого.

— Алекс отказывался говорить, пока не увидится с тобой. — Пояснил Данила.

— Я готова с ним увидеться.

— Не уйду, — процедил Драган, когда мой взгляд остановился на нем. — И не проси!