Древняя душа (СИ) - Амеличева Елена - Страница 173

— Принимаю уговор! — айка взяла камень и крепко сжала. — Сохраню, пока не вернешься за ним. Клянусь!

— Спасибо. — Я пошла дальше.

Путь был долгим, но усталость меня не настигла. Это радует, ведь если высшие силы помогают, значит, делаю все правильно. А вот и та гора, внутри которой лава. В нее меня кинула Шаина. Я начала подниматься на склон. Люциофуги — как тот, что спас меня в тот день, появлялись один за другим и молча следовали за мной — до самого верха.

Я замерла на краю, глядя внутрь, на пышущую жаром лаву. Даже Люцифер боится ее. Око Господа. Поэтому я и выбрала это место. Разноцветный камень выскользнул из руки. Мой взгляд провожал его, пока он не скрылся в лаве.

— Геенна огненная придет за всеми Падшими, — прошептал стоявший рядом люциофуг. — Ее объятий не миновать и Отступнику!

— Да будет так. — Сорвалось с моих губ. Не скоро, но так и будет.

Остался последний камень. И я уже знаю, кому отдать его.

Мулцибер сидел у какой-то неприметной двери с наружной стены дворца.

— Что… — начала я, но он поднял голову, и все стало понятно.

— Они убили их, Риэра, — прорыдал мужчина. — Мою красавицу Эльви и нашу крошку! Я опоздал!

— Мне жаль, — все, что у меня было, крепкие дружеские объятия. Но даже это демоны отняли у нас.

— Риэра туда пошла, мы видели! — раздался крик из сада. Следом послышался топот.

— Они ищут тебя, — Мулцибер встал, — Люцифер рвет и мечет. Ты что-то взяла у него.

— Камни, которые нужны ему для покорения Оси бытия. — Не без удовольствия призналась я.

— Ри, он же убьет тебя!

— Камни уже спрятаны, — да, в голосе сквозило злорадство, и что? Имею полное право!

— Пойдем, тебя саму надо спрятать, — Мулцибер отворил ту самую неприметную дверцу и затолкал меня внутрь.

— Что за подземелье? — осведомилась я, когда он снял со стены чадящий факел.

— Там внизу, под Пандемониумом, живет Мать демонов. Та самая, которая наплодила ужасных пауков. — Мужчина потянул меня за руку. — Идем.

— Ты серьезно? — я затормозила. — А можно куда-то в другое место, без мерзких мутантов?

— Они не тронут меня. — Мулцибер вздохнул. — Значит, и тебя. Зато уж там точно никто искать не будет!

— Тоже верно. — Я начала спускаться следом за ним по лестнице, что убегала вниз.

Ступеньки закончились, когда уже голова кружилась. Как же тут холодно!

«Риэра!»

— Ты слышал?

— Что?

— Кто-то звал меня.

— Показалось. — Демон пожал плечами. — Мне теперь постоянно слышится зов Эльви. — Он всхлипнул. — И плач нашей дочурки. Без них мне незачем жить.

— Есть. — Я обняла его. — Живи ради того, чтобы быть рядом, когда Люцифер заплатит за все.

— Ты права. Хочу это увидеть!

«Риэра!»

— А вот теперь и я слышал. — Мулцибер отстранился. — Ри, это голос Люцифера! Видимо, нас все-таки видели!

— Уходи!

— Нет уж!

— Ты не понял, — я вложила в его ладонь последний камень, желтый. — Сбереги его. Найди Гаяна и Сара, скажи им, что я люблю их сильнее всего на свете! Пусть подождут меня, но если не приду к восходу темной луны, пусть бегут! Умоляю, Мулцибер! Это важнее всего! Нельзя рисковать нами обоими! Им нужна я, а не ты! Поэтому тебе удастся ускользнуть незамеченным!

— Хорошо. — Он отдал мне факел и сжал ладонь с камнем. Мы обнялись. — Удачи тебе!

Демон растворился в темноте. Я осталась совсем одна. Да еще рядом где-то пауки-мутанты с мамочкой! Как же хочется снова оказаться в объятиях Гаяна, прижаться к его груди! Но сейчас важнее другое. Надо спрятаться. — Далеко уйти не могла, — раздалось из-за угла. — Вы в те коридоры, мы пойдем прямо.

Голоса и шаги стихли. Я выбралась из укрытия за огромным валуном и поспешила схватить факел, который спрятала в угол и заложила камнями. Едва тлеет, Богиня-мать! Останусь в темноте, никогда не выберусь отсюда! Нет, разгорелся.

Что ж, преследователи оставили мне один путь — вниз по лестнице. Подозреваю, она ведет как раз к Матери демонов. Меньше всего на свете хочу туда идти, но надо где-то пересидеть, пока демоны не решат, что возлюбленной Люцифера тут нет и не отправятся на поиски в другие места. Тогда можно будет выбраться из проклятого подземелья и поспешить к Гаяну и Сару.

От мысли о моих мальчиках внутри потеплело. На губах заиграла улыбка. Что с нами дальше будет? Найдем ли мы пристанище у Владык воды или обречены скитаться по свету, скрываясь от Люцифера? Пусть будет, как будет, главное — вместе.

А ведь еще предстоит сказать любимому о сыне, который у меня под сердцем. Как он примет это известие? Полюбит ли ребенка от другого мужчины? Впрочем, Эринния сказала, что дитя не увидит лун. Родится ли он вообще? Несмотря ни на что, хотела бы, чтобы малыш выжил — в моем сердце уже горит любовь к нему.

Задумавшись, я не заметила, как сошла с лестницы в пещеру. Вдалеке мерцал голубоватый свет. Под ногами было что-то липкое. От опущенного вниз факела россыпью бросились прочь паучата. Я вскрикнула и отскочила в сторону, поскользнулась, упала и покатилась вниз.

Что это? Я огляделась. Светло — благодаря голубоватому свету. Непонятно, оттуда он идет. Неважно. Вроде, ничего не поломала. Лежу на спине на чем-то упругом, ходящем ходуном и таком липком, что с места не сдвинуться. Богиня-мать, я угодила прямиком в паутину! Пришлось зажать рот рукой, чтобы вопль ужаса не улетел под своды пещеры.

Понимая, что нельзя шевелиться, я замерла — ведь пауки обнаруживают, что в их ловко расставленные сети угодила жертва как раз тогда, когда та начинает трепыхаться, заставляя паутину посылать сигналы хозяину. Но тело била такая крупная дрожь, что по серебристым нитям пошла волна вибрации. И вскоре сеть заходила ходуном — на нее выполз огромный черный паук.

Глава 25 Смирение (продолжение)

Неужели вот так все закончится? Мне суждено стать кормом этого чудовища? Не Деметрий, не Люцифер, а простой паук прикончит меня, серьезно? Но хотя бы камни надежно спрятаны! И это не мутант с человеческим торсом. Может, он…

Нет, монстр приближается! Не хочу на него смотреть, хочу вспомнить любимое лицо, но не могу отвести глаз от приближающейся смерти.

— Держись! — крик заставил меня вздрогнуть. Разум принял желаемое за действительное? На самом деле вижу его или это морок? — Сейчас вытащу тебя, любимая!

— Нет, Гаян! — закричала я, но было уже поздно — он прыгнул на паутину. И не прилип намертво. На ногах какие-то накладки. Это из-за них? Неважно! — Уходи, он убьет тебя!

— Все будет хорошо, — скользя, балансируя на нитях, ответил сероглазый, направившись ко мне.

— Уходи, там паук! А мне ты уже не поможешь!

— Все будет хорошо, — прошептал он, подойдя. — Думай о другом. Помнишь, как ты пришла в мою спальню и буквально силой взяла меня?

Как это было давно! Нежность пробилась сквозь страх. Как бы ни убегала, от любви не скрыться — она живет в моем сердце, она всегда со мной.

— Сейчас, — Гаян что-то достал из мешка за спиной. — Только ими можно разрезать эту паутину.

— Откуда?.. — изумленно выдохнула я, глядя на паучьи жвала в его руках.

— Потом расскажу, — сверкнув улыбкой, он начал резать серебристые нити. Они лопались одна за другой, как струны у того инструмента, на котором Эльви учила играть Мулцибера. Вот уже руки свободны, можно обнять моего спасителя. — Еще немного, — Гаян принялся вызволять ноги.

В этот момент паук, замерший от нашей наглости, дернул за какую-то нить, вся сеть заходила ходуном, и… Не удержавшись на ногах, любимый упал. Вытянувшись, я успела поймать одну его руку, острое жвало в ней рассекло кожу, но вторая попала прямиком на паутину, и та приклеила ее к себе. Как и меня, вновь упавшую на спину.

Мужчина снова начал резать липкие нити, оглядываясь на приближающегося короткими перебежками монстра. Нет, не успеть.

— Освободи себя! — прошептала я. — Пожалуйста! Моя участь уже решена. Не паук, так Люцифер — все равно не жить! А ты успеешь уйти и позаботишься о Саре!