Древняя душа (СИ) - Амеличева Елена - Страница 121

— Но тогда они…

— Они все равно их заберут. — Перебила Ангел. — Так пусть все вокруг хотя бы не будет усеяно трупами.

— Саяна, а ты не можешь вмешаться?

— Могу. Но тогда будет бойня. Доверься мне, пожалуйста.

— Отбой. — Нехотя буркнул в рацию мужчина. — Уводи людей.

— Идем, мы должны быть не здесь, — я кивнула своим. Мы обошли дом. — А вот и они. — Из дома выбежали парни и девушки. Некоторые были мне знакомы. — Дальше пойду одна. — Было сложно сказать это Горану, глядя прямо в глаза, что наполнялись болью и ужасом.

— Саяна!

— Ты обещал когда-то, что не помешаешь Ангелу, помнишь?

— С тобой все будет хорошо? — хрипло прошептал он, прижав меня к себе.

— Да. Немного взъерошат мои перышки, но не более.

— Злая!

— Все, отпусти. — Пришлось силой разжать стальное кольцо его рук. — Ковач, сидите на попе ровно, хорошо?

— Не привыкать.

Я улыбнулась и пошла навстречу оборотням. И кто сказал, что Ангел одна? С ней Свет!

Риэра

Небо казало свой темный лик, а я вспоминала о Цете. Ведь она будет волноваться из-за моего исчезновения вместе с Саром. Хотелось бы послать ей весточку, но как? Самой нельзя, а больше никого здесь не знаю, кроме Мулцибера. Хотя, кажется, кое-кто намерен это исправить. Я резко развернулась, одновременно достав из кармана платья кинжал айки. Острие уперлось в мужскую шею. Знакомое лицо, где-то уже видела его. Да и рыжие волосы вспоминаются.

— Красавица, не приставляй нож к горлу, если не готова его перерезать. — Он усмехнулся.

— Я готова.

— Зачем же так кардинально?

— А на что ты рассчитывал, проникнув ко мне в комнату, — оставалось лишь пожать плечами, — притом, закрытую изнутри?

— Дорогуша, я демон, замки для таких не преграда.

— Демон?

— Падший. Убить ты меня не сможешь, только платьице свое потрепанное кровью зальешь.

— Как-то не привыкла на слово верить незнакомцам.

— Красавица, мы уже встречались, подзабыла? — он ухмыльнулся. — У вашего этого, как вы его называете, святилища Богине.

— Храма, — поправила я, вспомнив. Да, когда Люцифер вышел из моего домика голым на улицу, среди ожидающих его был и этот рыжеволосый. И когда спасенный мной Падший скакуна приезжал дарить, кстати, тоже.

— Баал. Это мое имя. — Мужчина отвел кинжал от своего горла. — А ты Риэра? — он отошел на несколько шагов и оглядел меня — придирчиво, как коня на ярмарке.

— Нравится? — ехидно осведомилась я.

— Не в моем вкусе.

— Рада слышать.

— Но к тебе благоволит Люцифер.

— Он всего лишь благодарен мне за помощь.

— Хм. Может быть. Но все это, — Баал обвел рукой комнату, — ты же не думаешь, надеюсь, что это бесплатно?

— Не переживай, в должниках ходить не буду.

— Глупая смертная! — он расхохотался. — Единственное, что ты можешь предложить Люциферу, это ты сама!

— Спасибо, что просветил. Еще есть, что сказать? Нет? Тогда проваливай! — я закрыла за ним дверь и поняла, что дрожу — но не от ярости. Этот мерзавец прав. Что предложить взамен защиты девушке, у которой в карманах нет даже шелухи от семечек? И других вариантов тоже не имеется. Зато есть ребенок, который должен расти в безопасности!

Я села на кровать, где дрых Сар — как всегда, в позе звезды. Он умудрился разлечься по диагонали и занять всю двуспальную кровать. Мокрые после ванны белые волосы уже высохли. Малышу нужен дом, еда и покой. И если за это я должна заплатить собой, то так тому и быть!

Когда Мулцибер постучал в комнату и попросил меня спуститься, мои слезы уже кончились. Я была готова. Поэтому прошла в гостиную с высоко поднятой головой. Люцифер стоял у камина, отблески огня сплетали на его лице затейливую маску из теней. Этот мужчина был для меня загадкой. Вот только не знаю, хочу ли ее разгадать.

— Добро пожаловать в Пандемониум, Риэра, — сказал он, развернувшись. — Рад, что ты приняла мое предложение.

— Так сложились обстоятельства. — Врать не хотелось. — Мне некуда было больше идти, Люцифер. Я обзавелась такими могущественными врагами, что нам с Саром нигде не будет покоя.

— Здесь ты в безопасности. И благодарю тебя за честность.

— Это все, что у меня осталось. — Я подошла ближе. Он смотрел в мое лицо, но даже предположить не могу, о чем размышлял. Нет смысла отводить взгляд. Нужно сделать то, что необходимо. — Мне нечего предложить взамен на твою защиту. — Вспомнились слова Баала. — Только саму себя.

В нос ударил резкий запах атулий — любимых цветов матери, королевы Кассии. «Быть шлюхой — это как раз то, чего ты заслуживаешь!» — взорвался в голове ее едкий шепот. Я вздрогнула, но сдержала слезы, лишь стиснула зубы. Годы истязаний со стороны матери научили держать удар и надевать непроницаемую маску. Что ж, ты оказалась права, матушка, можешь торжествовать. Убийца твоего первенца получила по заслугам, как ты и мечтала, называя меня отродьем, мерзавкой, убийцей и много как еще.

— Кто так ненавидел тебя, Риэра? — прошептал Люцифер, подойдя так близко, что моего лица касалось его дыхание. — Я чувствую боль от этих ран в тебе. Они еще болят. Мать?

— Да.

— Предпочла винить тебя, иначе собственная вина уничтожила бы ее, — продолжил он, вглядываясь в мои глаза. — Как ты выжила в огне ее ненависти?

— Не полностью. Часть меня сгорела.

— А другая часть стала непобедимой. Научишь меня?

— Жить с невыносимой болью? — прошептала я, в свою очередь утопая в его прозрачно-голубых глазах.

— Да.

— Этому ты должен научиться сам.

— Вероятно. Что ж, тот обмен, что ты предлагаешь мне, тело взамен безопасности, женщины предлагают мужчинам испокон веков, во всех мирах. Так будет всегда. Но мне это не нужно. Ты останешься в Пандемониуме как гостья, заслуживающая уважения. Твои враги отныне мои враги. Тебе ни в чем не будет отказа, Риэра. Взамен я прошу лишь одно.

— И что же?

— Единственное, что у тебя осталось, — вернул он мне мои же слова, — честность. — Дождавшись ответного кивка, мужчина развернулся и ушел. Я осталась стоять, согретая теплом очага, еще не зная, что не смогу сдержать слово, данное Люциферу, и у этого будут последствия.

Люцифер

Физическое тело, непривычная убогая оболочка, закованная в тиски бесконечных ограничений, продолжало преподносить сюрпризы. Я помнил странную реакцию на ту девушку, что помогла выбраться из разлома в ночь Падения, но списывал ощущения на мужскую природу того существа, которым пришлось стать. А сегодня она, прямо глядя в мои глаза, предложила мне свое тело, и что-то внутри заставило отказаться, хотя жаждал согласиться.

Но… Балансирование на тонкой грани искушения привело к пониманию, что я хочу не только ее тело. Хочу всю Риэру. Нити вероятностей, перебираемые мной с момента Падения, неизбежно вели к ней, оплетали девушку плотным коконом, сплетали нас с ней в одну Судьбу. Судьбу с бесконечным множеством вариантов развития событий, но одно оставалось неизменным — мы с Риэрой были связаны навсегда. Я быстрыми шагами вышел из дома Мулцибера, потому что чувствовал — еще секунда и не удержусь, испробую вкус ее губ. А дальше последует ошибка. Потому что взяв тело женщины, не завладев еще ее душой, становишься рабом, а не хозяином. Откуда у смертной такая власть над Архангелом, пусть и падшим? Неужели все эти отголоски ее мыслей, что доносились до разума с ее ментального поля, заливающего болью, о магии рода Касик, благословении Богиней первой женщины, что передала этот дар дочерям, правда?

Я оборвал размышления, войдя в свою гостиную и увидев Баала. Именно его-то мне и хотелось встретить. Хотя сам демон, похоже, был удивлен моим появлением.

— Думал, ты задержишься, — он усмехнулся, — у Мулцибера.

Я налил себе вина, медленно насладился напитком и развернулся к нему.

— Ты сказал ей, что за мою благосклонность она должна расплатиться телом.

— Нажаловалась? — его лицо исказила ухмылка.

— Ни слова не сказала.

— Надо же!

— Не смей проявлять к ней неуважение! — я сжал его горло. — Риэра под моей защитой! Посмеешь навредить девушке, пожалеешь! И ты прекрасно осведомлен, Баал, что мне не свойственно шутить!