Колонисты (СИ) - Лей Влад - Страница 54

— Охренительно, — хмыкнул я, — а Гринбергу, естественно, ты скажешь, что это я перепродал.

— Есть такое, — улыбнулся Толяныч, — зато неустойку за просрочку резервации тебе платить не придется.

— Угу, — уныло кивнул я, — а Гринберг теперь волком на меня смотреть будет.

— Зато теперь есть команды, у которых тоже есть «НКВД». Можешь не бояться, что на тебя охоту объявят.

— Объявят, — влез Шендр, — теперь все команды, у кого будут «НКВД», станут целью маров. Разве что Гринберг прилетит через месяц и притащит новые комплекты.

— Короче говоря, — подвел итог Толяныч, — сторговался бы ты с Гринбергом или нет, разозлил бы ты его или нет — мары все равно начнут за вами охоту.

— Я счастлив, — буркнул я.

— Теперь вернемся к вопросу с колонизацией, — сказал Толяныч.

— А что к нему возвращаться? — поинтересовался Литвин. — Как я понимаю, дело уже решенное, и никак повлиять не результат мы не можем.

— Вообще-то, можем, — задумчиво сказал Толяныч, — насколько я знаю, прежде чем принимать окончательное решение, корпорация пришлет аудитора. И от его отчета зависит, что с нами будет дальше.

— Что, предлагаешь похитить его и запугать? — улыбнулся Литвин.

— Нет, предлагаю показать ему, как все обстоит на самом деле.

— Как? Он ведь наверняка будет толочься с полковником, с кучей охраны. Полковник ему будет подсовывать отчеты, что мы, мол, добываем мало шкур, плохо справляемся с задачей. Я ведь правильно понимаю текущую политику коменданта планеты?

— Правильно, — кивнул Толяныч, — но есть одно «но».

— Какое?

— Если аудитор узнает, что руда и куча шкур уходят в обход не только корпорации, но и гарнизона, это может кардинально изменить ситуацию.

— И как же?

— Аудитор наверняка сместит полковника с должности коменданта и назначит на его место нового.

— Там вроде в замах у Айдена майор какой-то. Так он ведь такой же. Капитан Демкин, вроде как, ничего, порядочный мужик. Но они и его «купили».

— Я не о них.

— А о ком?

— В подобных случаях, если военный комендант оказывается не компетентным и проблемы колонии сугубо экономические, то, как правило, именно аудитор занимает его место. Временно, пока не поправит дела.

— А захочет ли он? — засомневался я.

— Вот и надо его убедить, чтобы не сомневался! — ответил Толяныч.

— И как это сделать?

— Вот над этим и нужно подумать. Для начала аудитору нужно показать, сколько прибыли теряет корпорация только из-за того, что руду реализуют мары, в обход колонии и через контрабандистов.

— Ты предлагаешь взять аудитора и отвести к Шахтам? — хмыкнул я. — Так я еще сам там не бывал. А сами мары вряд ли согласятся провести экскурсию.

— Вот здесь думайте сами, как ему показать и как доказать, — ответил Толяныч, — я его смогу убедить, чтобы он хотя бы вас послушал.

— А с чего ему слушать тебя, кладовщика? — улыбнулся Литвин.

— Не кладовщика, а интенданта, — ответил за Толяныча Шендр, и, насколько я помню и понимаю иерархию в корпорациях, если на планете проблемы экономического плана, прилететь должен как раз какой-то чин из интендантской службы. А значит — непосредственный начальник Анатольевича.

— Так! Стоп, стоп! — замахал я руками. — Толяныч! Полковник Айден, получается, тебе не начальник?

— Неа! — снова вместо Толяныча ответил Шендр, а сам Толяныч лишь с улыбкой кивнул головой, подтверждая слова Шендра.

— Так… А ну-ка, Шендр, скажи-ка, — протянул я, — а кого господин временный комендант назначает на свое место и когда это происходит?

— Когда дела идут на лад, — моментально ответил Шендр, — а кого назначают — не знаю…

— Начальника интендантской службы, — сказал Толяныч, — если не будет других кандидатур.

— А начальник интендантской службы у нас… — начал я.

— Анатольевич! — ответил мне Шендр.

— Оп-па!

Толяныч спокойно смотрел на меня.

— Так вот в чем дело! Чего ж ты нам мозги парил, мол, «хочу тут остаться»?

— Почему парил? — удивился Толяныч. — Все так: хочу тут остаться.

— В должности коменданта планеты, — хмыкнул я.

— Рыба ищет, где глубже, человек — где лучше, — философски ответил Толяныч и добавил, — тебя-то это чем не устраивает?

— Да… — я растерялся от подобного вопроса.

— С комендантом за ручку будешь ходить, здороваться, уважаемый человек. Чем плохо? — продолжил Толяныч.

— Всем хорошо, — вздохнул я, — вот только мы делим шкуру неубитого медведя.

— В каком смысле? — не понял Толяныч.

— До прилета твоего аудитора еще дожить надо, — ответил я, — на нас, вроде как, мары собираются охоту открыть. Не забыл?

— Ну, еще не факт… — протянул Литвин.

— Не будь наивным, — тут же обломил его Шендр, — максимум, у нас есть месяц, и то, только потому, что Гринбергу срочно нужны шкуры. Дальше ему нет смысла переплачивать полковнику. Зачем это делать, если бить волков и сушить шкуры в «НКВД» могут и мары?

— А как они научатся им пользоваться? — вспомнил я. — Я навык владения «НКВД» купил у системы. У них к ней доступ закрыт.

— Тот же Гринберг притащит, — пожал плечами Шендр, — а вообще, вариантов масса. К примеру, можно захватить колониста, умеющего пользоваться «НКВД», запугать его и заставить обрабатывать шкуры. Или еще проще — просто «взять его на работу».

— Это как?

— Как пример — каждый день по сотке, — продолжил свою мысль Шендр, — ты бы согласился? Я бы, наверное, да. А что, безопасно, сухо и мухи не кусают. Раз в неделю с караваном «кошельков» сходить к Речному, сдать пяток шкур, получить «полезность» и все. Не жизнь, малина! Не надо, как мы, бегать по лесам, по полям, стрелять волков, бояться, что в любой момент тебе эти твари башку отгрызут.

— Может, ты и прав, — согласился я, — короче, вопрос выживания до прилета аудитора становится самым актуальным.

— Я могу подбросить вам вещичек, — сказал Толяныч, — вот только…

— Чего, денег у нас нет? — спросил я.

— Скорее опыта, — ответил Толяныч, — да и шмот этот вам будет не особо удобен…

— Это какой? — полюбопытствовал Шендр.

— Комплект штатный для гарнизонных бойцов.

— Он слишком тяжелый, — отрицательно покачал головой Шендр, — мы в нем долго не побегаем.

— Вот, в том то и проблема, — согласился Толяныч, — вам сейчас нужно опыта поднабраться. А там, глядишь, вариант подкину, где нормальную экипировку достать.

— И где же?

— Про муравейник слышали?

— Нет, — покачал головой Шендр.

— Нет, — поддержал его Литвин.

— Я знаю, где он находится, — ответил я, чем заслужил уважительные взгляды Шендра, Литвина и самого Толяныча.

— Ты что, уже и туда дошел? — удивленно спросил он.

— Я ж говорю, знаю, где находится, — ответил я, — но дойти до него еще не успел.

— Ну что же, если знаешь, где это — уже хорошо, — кивнул Толяныч, — объясню для остальных: если идти на запад по дороге, вы выйдете к Шахтам. Так вот, по пути, слева, можно увидеть большое озеро…

— Ага! Там были! — перебил его Литвин.

— Прекрасно, — сказал Толяныч, — вот муравейник находится к западу от озера.

— И что там? — поинтересовался Шендр.

— А по названию не догадываешься? — ухмыльнулся Толяныч.

— Догадываюсь, — ответил Шендр, — и эти догадки мне совершенно не нравятся…

— Правильно, что не нравятся, — согласился Толяныч, — муравейником это место называется потому, что там водятся здоровенные насекомые. Мне довелось увидеть только нечто, напоминавшее муравья. Что там еще есть — без понятия.

— Заинтриговал, — хмыкнул я, — теперь объясни, на кой ляд нам туда лезть?

— А на тот, — ответил Толяныч, — что хитин этих насекомых очень прочный, а если его хорошенько разогреть, то еще и гибкий.

— И?

— Мы сейчас говорили о том, что мары могут начать охотиться за колонистами третьей волны и за вами, в частности.

— Ну?

— Ваш товарищ, — кивок в сторону Шендра, — уже объяснил, почему то, что у меня есть, вам не подходит. — Я вам предлагаю отправиться в муравейник, завалить несколько тварей и снять с них панцири. Притащите в город, и сделаем вам нормальную броню.