Моя воля (СИ) - Нэльте Нидейла - Страница 92

— Когда у вас начали умирать первые люди — стали появляться первые проводники.

— Не понимаю, — нахмурилась Сафира.

— Наполненные энергией Эквило, свободно проводящие её. С зачатками сознания. Легко поддающиеся ритуалам. Лиары научились превращать их в драк-коней, используя остаточную энергию деструктивных элементов. А дривы — придавать человекоподобную форму. Но они иные сущности. Уже давно самостоятельные.

— Ох, — выдохнула девушка. Всё это не укладывалось в голове.

Кузнец замолчал, давая ей обдумать.

— Зачем в Нибалурре собираются проводники?

— Их зовут.

— Кто?

— Эквило.

— Для чего?

— Ослабить дривов. Зов снимает оковы обрядов. Наконец в Нибалурре появилась та, кто может с ними взаимодействовать.

— А Талим? — встрепенулась Сафира. — Где он?

— Его отряд слишком обгорел в раскалённой Пустоши. Я смог подобрать их, но для этого пришлось изолировать, вывести за пределы миров. От тебя зависит, вернётся ли он обратно.

— Что мне сделать? — с готовностью отозвалась предводительница. Там, с той стороны невидимой, но ощутимой препоны стали проявляться очертания предыдущего предводителя. Сафира подалась вперёд, врезавшись лбом в твёрдую преграду.

— Помочь.

— А ты кто? — посмотрела Сафира на кузнеца.

— Воплощение, — откликнулся тот. — Мне нужно выйти отсюда…

— Как?

— Отдай ненужное… — произнёс голос, показавшийся предводительнице смутно знакомым.

— Где Малит? — вскинулся Талим, кузнец бросил на него суровый взгляд. Действительно, Малит! Не успела Сафира подумать, как пещера исчезла. На лице её хозяина предводительнице привиделось сожаление.

Двухцветная девушка подняла голову, всматриваясь, вслушиваясь, словно чувствуя, что за ней наблюдают. Сафира не могла понять, как это получается — видимо, все те способности, которые пришли к предводительнице лиаров, вылились в такую вот неожиданную возможность.

Два цвета! У Малит просто появился второй цвет! И она умеет устанавливать контакт с проводниками — теми сущностями, из которых потом создают драк-коней. Или людей. При помощи обрядов.

Значит, когда Предел замкнули, связь с Эквило тоже оборвалась. Предводительница попыталась мысленно поискать Карата. Но почему-то взгляд выхватывал только Малит и окружающие её странные сущности различной степени прозрачности. И там, среди них, показался длинноволосый.

— Карат, — шепнула Сафира, пронзённая внезапной догадкой. Длинноволосый поднял лицо, всматриваясь словно в глаза. — Тебя пытались загнать в Пустошь? А ты почему-то не мог там существовать? Или не хотел? — Сафира вдруг вспомнила, что до меча кузнеца дотрагиваться тоже не мог.

— Энергия обрядов и подпитка чужими силами делают их невосприимчивыми к чистой энергии Эквило, — прошелестел едва слышно далёкий голос кузнеца. Сафира огляделась, но по-прежнему не видела никого, кроме Малит и полупрозрачных.

Как же она смогла здесь выжить? Сафира с удивлением обнаружила, что та находится в одном из храмов. Под защитой артефакта, так, что ли? Какая же непростая выходит комбинация. Кто её разыграл? Дривы? Или сам Эквило? Сафире всё больше казалось, что он и есть та сила, которая ведёт её. Которая была заперта в их мире, не имела выхода, но непрестанно искала связь со своим прообразом.

Пока предводительница размышляла — не заметила, что Малит уже не одна. До чего странно тут воспринимается время, будто скачет постоянно! Фрагменты словно и вовсе вылетают, как во сне…

Паника в очередной раз готова была обуять девушку, если бы не ещё один знакомый, почти родной голос.

— …понятия не имею, обе фитарели исчезли, едва мы попали в этот мир.

“Ивьяр! Ох, он тоже здесь!” — на глаза навернулись слёзы. Потом рядом показалась трёхцветная голова Тельры — синий с искрами, чёрный, рыжий.

— Но мы их ощущаем. То есть они не пропали окончательно, просто вызвать не получается, — добавила предводительница Кобальтового Рога.

— Видимо, по условиям нашего пространства. Возможно, получится, когда вернётесь в П… Рога, — откликнулся Лунар. На сердце снова навалились ревность и отчаянье. Лунар учил её! А может, и не только?!

По телу скользнула сладкая дрожь воспоминания — разве кто-то отказался бы от такого мужчины? Сейчас Сафире казалось, никто. А тем более нормальная женщина, без таких проблем, как у предводительницы лиаров! А тем более, если он за неё заступался, никому в обиду не давал! А самому ему зачем было сдерживаться?!

Лунар вдруг поморщился, почему-то провёл рукой по сердцу — Сафире почудилось, её собственное сейчас выскочит не только из груди, но и из осколка, в котором заперто.

Теперь он там, с Тельрой — вместо того, чтобы спешить сюда, к Сафире!

— Вы тоже оказались в том жутком мире? Блуждающая Препона? — передёрнулась Малит. Ивьяр кивнул:

— Да. А ты как попала в Блуждающую? Ты же вообще из Рога выходить не должна!

— Почему не должна? Мы с отрядом собирали ммм… сущности, из которых создаём драк-коней. Я так понимаю, это уже не секрет.

— Не время для секретов, — буркнул Лунар. Сафира фыркнула сквозь слёзы. Кто бы говорил. — Что с твоей фитарелью?

— Не знаю. Я отдала её Талиму. Для сохранности. Где он?

— Боюсь, на этот вопрос пока ответа нет. Что случилось дальше?

— С той стороны меня подобрал жуткий человек, заточил в таком страшном мете, что хотелось выть. А потом пришёл… ох, странный, такой похожий по своей внутренней сути на драк-коня… Сказал, на некоторое время спрячет, пока разберётся, что к чему. Но я снова провалилась куда-то… и очутилась здесь. Прямо в храме.

— А мы много дней прятались в лесу. Наверное, я должен поблагодарить… — обратился Ивьяр уже к Лунару. — Хотя мы и попытались сопротивляться, когда ваши воины нас обнаружили. Если бы не сказали о Сафире… как она?

Лунар помрачнел, сердце предводительницы снова сжалось. Картинка пошла волнами, исчезая. Наверное, в глубине души девушке не хотелось видеть, что жизнь проходит без неё, мимо неё…

Случайно брошенный взгляд в окно — там, за пределами её осколка. Сафира совершенно не чувствовала времени, не представляла, сколько его прошло, какой сейчас день. Было безумно страшно выяснить, здесь, в этом странном состоянии, где все потребности тела отсутствуют, а тактильные ощущения даже будто начинают забываться, растворяться в памяти, что уже мог пройти не один день… месяц… год…

Предводительница сдержала порыв опять заглянуть к тому, о ком не могла не думать. Ведь тут, в Пределе, её друзья, сестрёнка, а она всё продолжает жить где-то там, снаружи. Как же она планировала вернуться, разрубить все связи? Это же всё равно, что себя пополам.

Сафира прикрыла глаза, осторожно пытаясь нащупать ниточку, соединяющую её с родным Рогом.

Детское личико на миг нахмурилось, девочка поднялась, всмотрелась куда-то перед собой.

— Сафира! — вдруг закричала. — Она скоро придёт! Я знаю!

— Тише, тише, моя хорошая, — подоспела одна из нянюшек, и предводительница поспешила исчезнуть.

Слёзы навернулись на глаза. Сестрёнка что-то почувствовала, только не знает, что Сафира больше не вернётся. Никогда. Мысли снова и снова возвращались в удивительный мир Нибалурра, к тому самому, единственному мужчине.

Куда же исчезли фитарели? Девушка с ужасом заметалась по изменённому, замкнутому пространству, внутри которого находилась. Почти сразу ощутила отклик — из того центра в организме, через который проходит связь с фитарелями, и отсюда же, изнутри зеркального осколка. Все фитарели остались здесь. И они всё ещё слушались её, по крайней мере, пока она находится тут. Вот только ни своей, ни Лунаровой так и не нашла.

Предводительница пересчитала, каким-то особым чутьём отмечая каждую, определяя, чьи они. Задержалась над фитарелью Кадима. Вздохнула, попыталась установить связь.

Что-то далёкое отозвалось, и девушка решила не экспериментировать. Страх сползался отовсюду, тянул щупальца, и разогнать его не удавалось. Ужас осознания навалился, вышибая остатки здравых мыслей и самоконтроля. Навсегда! Заперта здесь! Никогда не обнимет Тафиру, не прикоснётся к Лунару!