История лисы-метаморфа (СИ) - Катрин Селина - Страница 7

Словам матери Чирра доверяла. Уже однажды она проявила любопытство и нарушила запрет матери, подойдя близко к жилью человека. Вот, к чему это всё привело. Теперь же она будет неукоснительно следовать словам матери. Вот только мужчина уж очень крепко прижимал свёрток к себе и явно беспокоился. Да и запах был от ребёнка неправильный какой-то.

– Прошу прощения, господин… – Рик замямлил, неся клетку перед собой.

– Что это у Вас в руках? – граф был удивлён и клеткой, и её содержимым. «Дикий лис в центре Хьюддерсфилда? Однако, интересная вы личность, господин Этан Эдванс» – подумал он про себя, но вслух добавил другое. – Это дикий лис? Почему такой грязный?

– Я как раз иду его мыть. Господин Этан приказал только что. Грязный потому что господин вчера перебрал с алкоголем… – брови Оливера вопросительно взметнулись вверх, Рик понял, что сказал что-то не то.

– Я хотел сказать, что господин Этан плохо себя чувствовал, – быстро попытался исправить ситуацию Рик, – и неаккуратно разбил несколько колб в своей лаборатории.

– А они совершенно случайно попали на животное? – уточнил Оливер с сарказмом.

Но Рик был наивным подростком, а потому сарказма не почувствовал и с облегчением ответил:

– Да, именно так всё и было.

– Ясно. А что делает лис в клетке в лаборатории лекаря? Этан Эванс ставит на нём опыты? – Оливер дальше решил продолжить задавать вопросы. Этого господина Этана он ещё не видел ни разу, но всё меньше и меньше горел желанием отдавать своего сына ему на лечение.

– Наверное, я точно не знаю, – Рик растерянно пожал плечами и спустился ещё на несколько ступеней.

– А как давно это животное у Этана?

– Да вот как уже третий месяц живёт в лаборатории господина, – честно ответил Рик, не считая это какой-то ценной информацией

– Дикое животное живёт в клетке уже три месяца, и его не выгуливают? Оно чем-то больно? – Оливер сверлил его взглядом. При последнем вопросе граф посмотрел на лиса, и вдруг ему почудилось, будто лис отрицательно мотнул головой.

– Нет, не думаю. Этан не упоминал, что оно чем-то больно. И да, его держат в клетке и не выпускают. Действительно странно, – Рик поставил клетку на пол и почесал за ухом. – Может господин лекарь подозревает, что у него бешенство или какая другая хворь?

«Если бы у лиса было бешенство или другая хворь, то он бы уже точно умер» – подумал про себя Оливер. И настолько жестокое обращение, как содержание дикого зверя в клетке на протяжении трех месяцев, казалось ему живодёрством. «Совершенно точно Этан Эдванс ставит на лисе какие-то опыты. И наверняка не самые гуманные».

Чирра понимала, что могла бы сейчас перевоплотиться в девушку и всё рассказать незнакомому мужчине с ребёнком, но это был огромный риск. Уже два раза она раскрывала свою суть оборотня перед мужчинами и два раза поплатилась за это. Именно поэтому она решила действовать в своей второй ипостаси.

В этот момент лис вдруг очень жалостливо завыл. Безумно печально, но красиво. Оливер ни разу не слышал, чтобы лисы выли, и был изрядно удивлён. От этого воя проснулся Доминик, открыл глазки и посмотрел вниз на клетку:

– Ух ты!!! Ли-и-ися! Хочу ли-и-исю! – и он улыбнулся, хотя на щеках был всё ещё жар.

Вот за одно то, что лис разбудил ребёнка, Оливер уже был готов купить его у лекаря и подарить ему свободу. Именно в этот момент дверь сверху снова открылась, и по лестнице спешно спустился мужчина в сером костюме, на ходу завязывая мокрые седые волосы в хвост:

– Прошу прощения, что заставил себя ждать, – он окинул взглядом наряд Оливера и сразу понял, что перед ним граф, – я лекарь Этан Эдванс, к Вашим услугам. Рик, что здесь устроил? А ну, клетку живо во двор и окати лиса водой, как мы договаривались.

Чирра поморщилась. От Этана пахло свежим мылом и перегаром одновременно. Кажется, граф тоже уловил этот запах.

Рик вжал голову в плечи и дернулся исполнять приказ хозяина дома, но Оливер остановил его:

– Постойте. Я приехал за лечением ребёнка, но этот лис очень понравился моему сыну. Я хочу купить его.

– Это же дикое животное, что Вы будете с ним делать? – Этан сглотнул, понимая, что рискует потерять метаморфа, только придумав план, как её заставить принять облик девушки.

– У меня большие собственные угодья. Не волнуйтесь за судьбу лиса, у меня ему будет точно лучше, чем у Вас в клетке.

– Это временное решение, я всего лишь держу его на карантине, чтобы убедиться, что он здоров, – Этан пытался настоять на своём.

– Временное? Три месяца? – бровь Оливера саркастически поднялась наверх. «Слишком поспешное и неумелое враньё, надо точно выкупать лиса», решил он. – И чем же, по-вашему, он болеет?

– Э-э-э-э… – лекарь бросил разгневанный взгляд на Рика. «И откуда же граф узнал, что животное у меня уже три месяца?» говорил этот взгляд.

Пока Этан Эванс не придумал ещё какое-либо глупое оправдание, Дюссо Тейлор сделал предложение:

– Двадцать золотых за грязного дикого лиса.

– Но постойте, он мне дорог, он не продаётся, – лекарь сделал несколько шагов к клетке и положил руку на неё, показывая, что не продаст животное ни за какие деньги. И вот тут он совершил гигантскую ошибку. Слишком привыкший к тому, что Чирра всё время лежит без сознания и не сопротивляется побоям кочергой, Этан Эдванс не подумал о когтях и клыках пленницы.

Чирра молниеносно сориентировалась в ситуации и вонзилась клыками в руку лекаря со всей силы. Металлический вкус крови, смешанный с радостью отмщения за себя, затопил все рецепторы на языке. Истошный крик Этана слышали, наверное, во всём квартале. Он орал от боли, а Чирра только сильнее и сильнее сжимала пасть вокруг указательного и среднего пальцев руки лекаря. Ей казалось, что время остановилось. Она была счастлива дотянуться до этого садиста и воздать ему по заслугам. В животном мире всегда так – «глаз за глаз, зуб за зуб». А животное начало в ней било также сильно, как и человеческое. Он её пытал, бил и планировал мучительное убийство. «Вот тебе, урод», – мысленно добавила она и перехватила пастью пальцы ещё глубже, чтобы первые фаланги пальцев лекаря попали на моляры. Резцами и клыками она уже разодрала тонкую человеческую кожу в кровь, теперь же она добивалась того, чтобы отгрызть пальцы мужчине. Внезапно что-то хрустнуло, щёлкнуло, и лекарь осел на пол, как тюфяк. Чирра победоносно выплюнула откушенные пальцы прямо на дно клетки.

– Дорог, говорите, этот лис Вам? – удивительно, но граф и пальцем не пошевелил, пока Чирра воздавала лекарю по заслугам. «Что же надо было сделать со зверем, чтобы он так возненавидел человека?» – мысленно добавил Оливер.

– А-а-а-а-а, – продолжал орать Этан, он судорожно искал в кармане платок, нашёл какой-то кусок ткани и скорее стал обматывать кровоточащую руку.

– Вот вам двадцать пять золотых за лиса. Это более чем щедрое предложение, – Оливер кинул мешок с деньгами на диван Этана, – молодой человек, клетку с животным ко мне в карету, пожалуйста.

Глава 5. Банный день

Когда ехали в карете, Доминик во все глаза смотрел на лиса. У него всё так же был жар, но любопытный мальчишка то и дело порывался соскочить с рук отца и подойти к клетке.

– Доминик, нельзя подходить к клетке, – Оливер в душе радовался, что сын наконец-то встал и даже интересуется окружающим миром. – Я купил лиса, как ты хотел. Но ты же видел, какой он агрессивный. К нему нельзя подходить близко.

– Лися красивый, – сказал светловолосый мальчик, посмотрев в глаза отцу.

– Конечно красивый. А ещё смотри, какие у него клыки острые. Он кусается, – и Оливер снова взял сына на руки.

Чирра сидела в клетке в карете. Доминик ей очень нравился, но он явно был болен. Отец пухлого мальчика явно переживал за сына и боялся, что Чирра может сделать ему больно. «Глупые люди. Оборотни никогда не обижают детей» – фыркнула лиса и свернулась клубочком, обвив пушистым хвостом свои лапы. «Интересно, меня покормят? А помоют? И выпустят ли из клетки?» – мысли Чирры разбегались в разные стороны, но вновь возвращались к малышу.