История лисы-метаморфа (СИ) - Катрин Селина - Страница 22

Чирра вернулась к той самой развилке, где потеряла след и свернула на этот раз направо. Она не боялась ночных улиц. Ночное зрение дикого хищника помогало ей. Внезапно в душе шевельнулось непонятное предчувствие. Обострённый до предела слух уловил неясные стоны. Сделала еще несколько шагов и остановилась, оскалившись. По середине дороги лежало что-то большое, тёмное, и оно кряхтело. Ещё несколько шагов. Затихло. Ещё два шага и в нос ударил такой родной и знакомый запах мяты. «Оливер!» – ахнула Чирра и бросилась к нему со всех лап, в последнем прыжке в воздухе перевоплощаясь в человека.

Оливер был накрыт собственным плащом и лежал в огромной луже по центру мостовой. Чирра отбросила плащ и перевернула мужчину на спину. Его руки были сложены на животе, от движения лисы Оливер застонал и на секунду открыл глаза, посмотрел на девушку и потерял сознание. Из раны на животе сочилась алая кровь, смешиваясь с грязной водой в луже. Чирра закусила губу, не зная, что делать. В голове не было ни единой мысли, как быть дальше. «Видимо, напали по дороге», – подумала она. – «А он же ещё и выпил, не смог отбиться». Она закусила губу, потом очнулась. «Надо остановить кровь!». Сняла с Оливера плащ, затем разорвала на нём рубашку, даже частично трансформировав миниатюрные женские ногти в когти хищника, чтобы быстрее справиться. Приподняла Оливера и обмотала ткань вокруг торса шатена. А кровь всё проступала и проступала. Тогда она разорвала оставшиеся рукава от рубашки и наложила ещё их поверх. Кровь остановилась.

– Оливер, граф, очнитесь! – теперь она потрясла графа за плечо.

Голова шатена моталась, волосы давно промокли.

– Олли, пожалуйста, не умирай, – уже слёзы испуга проступили на её лице. Перед глазами встала картина их первой встречи. Как он увидел какую-то грязную паршивую лису в клетке и выкупил её у Этана за баснословные деньги, тем самым спася от ужасной смерти. А сейчас его, Оливера, жизнь в её руках и она не может ему никак помочь. «Раненый хищник – мёртвый хищник» -некстати вспомнились слова матушки и Чирра буквально завыла:

– О-о-о-лли-и-и!

Шатен приоткрыл глаза, явно пребывая не в сознательном состоянии прошептал:

– Ты богиня? Я умер?

– Нет, – она улыбнулась сквозь слёзы, которые на её лице давно смешались с каплями дождя. – Скажи, где живёт Джек?

Оливер нахмурился, видимо его ударили ещё и по голове, потому что соображал он туго. Потом сказал:

– В конце этой улицы, третий дом справа. Красный кирпич.

Чирра обернулась, лошади нигде не было. «Видимо, нападавшие увели с собой. Придётся тащить на себе» – решила она, тяжело выдохнув. Чирра бережно накрыла Оливера его же дорожным плащом с головой, после чего обернулась в лису. Она не хотела, чтобы он видел её преобразование. Затем она легла рядом и почти заползла под графа. Прикусив плащ, чтобы её ноша не упала в бок, медленно встала, покачнулась от тяжёлой ноши, но уверенно пошла вперёд. Благо до конца пути оказалось недалеко. Дом Джека она узнала ещё издалека. Это было единственное здание из красного кирпича на этой улице. Все остальные были сложены из жёлтого и серого камня.

Подойдя к входной двери, лиса поскреблась. Ничего. «Нам же помощь нужна! И Срочно!» – разозлилась Чирра и завыла протяжным лисьим воем, что даже волки бы позавидовали ей. Она выла и скреблась, пока не услышала шум позади двери, чьё-то бормотание и, наконец, дверь открылась.

Глаза Джека округлились от удивления, когда он увидел на пороге совершенно мокрую и грязную лису с человеком на спине.

– Ты?! – воскликнул он и отступил внутрь дома. Ещё несколько секунд у него ушло на осознание ситуации. – Клади на диван! Быстрее! Что случилось?

Чирра подошла к дивану и перевалила с себя ношу, затем огляделась, увидела скатерть на столе и, перевоплощаясь в девушку, схватила кусок ткани, ловко в него обернувшись:

– Доминик болен, – без предисловий сказала она, откидывая с лица промокшие волосы и кутаясь в сухой и тёплый кусок ткани. – Оливер поехал за Вами, но на него напали. Я нашла его в таком состоянии.

– Ты перевязку сделала? – спросил Джек, развязывая, а затем, не дав ответить, добавил – Молодец, очень хорошо и туго наложила. Вон там, в шкафу белая коробка с бинтами и ватой, тащи сюда.

Чирра без споров достала Джонсону всё необходимое. Джек очень напряжённо рассматривал рану, чем-то её полил, от чего Оливер застонал ещё глуше. Затем лекарь промокнул вату в другом растворе, положил на рану и перевязал, попросив у лисы помощи, чтобы приподнять Оливера.

– Он будет жить? – просила Чирра

– Да, будет, – старый лекарь оттёр рукавом пот со лба. – Он потерял много крови, но не задеты никакие жизненно важные органы. Только селезёнка и кишечник. Вот эта настойка, – он покопался в шкафу и принёс огромную, размером с ведро, банку, – восстанавливает кровопотерю. Надо его поить, как только он придёт в себя и сможет глотать.

– А-а-а… – Чирра растеряно посмотрела на банку, которую её давал в руки лекарь. Столько вопросов крутилось в голове, что она не знала, какой задать.

– Я к Доминику, разумеется. Или у тебя другие идеи? – Джек посмотрел девушке-оборотню в глаза.

– А-а-а-а… – снова протянула Чирра. Она уже прокляла себя за тугодумие, но не могла справиться с тем, чтобы найти подходящий ответ.

– Ты могла бы обернуться лисой и оказаться там с лекарством быстрее, – задумчиво сказал лекарь. – Но тогда я не смогу осмотреть Доминика. Предлагаешь поступить так?

Чирра замотала головой:

– Нет, после той шумихи меня и близко не подпустят к Доминику, и я не смогу обернуться в человека.

– Как? Ты не рассказала? А, впрочем, нет времени выяснять, – он махнул рукой, уже накидывая на себя сюртук прихожей. – Не забывай вливать настой в Оливера.

– Джек, я нашла на простыне Доминика зелёное пятно и запах полыни. Мне кажется, что няня Шарлотта травит ребёнка. Не подпускайте её к нему! Я почти уверена, что отрава при ней в секретном кармане в юбке платья – успела она крикнуть лекарю в след.

– Зелёное пятно и запах полыни, – переспросил Джонсон, уже выйдя на улицу. – Вы уверены?

– Да! – Чирра кивнула.

– Я понял, – и с этими словами лекарь скрылся из виду.

Чирра выдохнула. «Только бы он успел», – в который раз она мысленно произнесла за эту ночь. Затем оглянулась на Оливера. Шатен спал на диване, и если бы не неестественная бледность лица, то можно было бы сказать, что он просто спит. Сейчас девушка заметила, что он лежит во всём мокром. Джек в первую очередь лечил рану, а вот штаны и обувь с графа не снял. Преодолев смущение, она вначале развязала ему шнурки и сняла ботинки. Затем расстегнула пряжку ремня и стала стягивать штаны. Обнажились мужские ноги, достаточно сухие и тонкие, без лишнего жира. Бедра были прокачаны, чётко выделялись квадрицепсы. «Видимо, Оливер любит поездки верхом», – машинально отметила Чирра – «Удивительно для аристократа. Обычно они ездят в каретах». При этом мышцы на ногах были не такие объёмные как у Ярэна. Чирра засмотрелась на мужчину на какое-то мгновение, отдавая себе отчёт в том, что совершенно не боится практически голого мужчину и не испытывает неприязни от прикосновений к нему. Разве можно бояться тяжелораненого человека? Да и не будь Оливер раненым, она столько раз ложилась с ним спать, пускай и в образе лисы, что за это время перестала бояться его.

После той сцены, что Чирра увидела между Шарлоттой и Ярэном, девушка интуитивно понимала, что секс должен быть приятным для женщины. В стонах и охах Шарлотты совершенно не чувствовалось боли, страха или неприязни. Но в тоже время в своём опыте ничего приятного Чирра вспомнить не могла. Были только боль и унижение.

Граф во сне что-то замычал и протестующе засопротивлялся. «Видела бы меня моя матушка», – хмыкнула про себя Чирра. – «Голая залезла на мужчину, а скатерть я сняла, так как неудобно, стягиваю с него штаны. А он ещё сопротивляется мне». Эти мысли развеселили девушку-лису, отвлекая от неприятных воспоминаний, и заставили улыбнуться. Граф затих во сне, а она аккуратно стянула с него штаны. Затем пошла в ванную, нашла там полотенца и махровый халат. На себя надела халат, а шатена укрыла сухими полотенцами. Лицо мужчины расслабилось во сне, морщины исчезли.