Мой персональный демон (СИ) - Зинченко Анастасия - Страница 43

Правдоподобная версия.

Вот только кто в своем уме откажется от Него?

Миллинарса почувствовала, как что-то внутри ее души на миг зажглось и тут же потухло.

Нет, мечтать о нем бессмысленно. Особенно после того, как они завершат начатый разговор.

— Однако танцы — не единственная причина, по которой меня допустили в бальный зал. — Персиваль сделал неопределенный жест рукой. — Ранее, до того, как я оказался здесь в качестве помощника мастера Турнэ, я служил в столице Аминса. Выполняя поручения иногда деликатного характера. Можно сказать, моя работа была чем-то похожа на ту, что выполняют Стражи Порядка. И в день праздника в Бефанорской Академии я нес вахту, наблюдая за поведением приглашенных гостей.

Лине не терпелось задать кучу дополнительных вопросов, но она держала себя в руках.

Почему, например, его пригласили именно в этот день? Были предпосылки полагать, что на балу произойдет нечто из ряда вон выходящее?

Или…

Воспоминание, словно вспышка, заставило киоссу расширить глаза.

Два года назад. Амродан.

А не в ту ли Академию бабушка Каларика отправлялась для переговоров с ректором? И не тот ли замок был вместилищем для минерала, с которым работали ее родители? Камня, способного как поддерживать жизнеспособность городов, так и привести их к полному уничтожению?

Кажется, на каком-то празднике киоссе передавали заряженный метеит…

Если предположить, что бабушка должна была получить его именно на балу в Бефанорской Академии, том самом, где в оцепление поставили подчиненного Фредона Танасори… Гисхильдис! Ведь и бабушкин перстень оказался в руках Персиваля!

Картинка постепенно начала складываться из вырванных из памяти кусочков.

Не мог же он напасть на бабушку, забрав у нее перстень, попав под родовое охранное проклятье, да быть сосланным после этого безумного поступка на Сулеим?

Нет. Бред какой-то.

Ведь он подчинялся Первому Советнику, служил киосу Римонду и киоссе Араи. Каларика — свекровь Араи, он не мог пойти против родственницы своей госпожи. Это было бы изменой.

Изменой… за которую можно получить пожизненное наказание. Как например, быть разжалованным из лордов в ничтожные рабы.

Сумасшедшие догадки прокрутились в ее голове буквально за пару мгновений, и Лина готова была вскричать, чтобы поторопить Персиваля продолжить рассказ.

Лучше сразу все понять. Лучше встретить удар, мысленно подготовившись к самому худшему.

И не тянуть с признанием. Вновь неизвестность сводила с ума.

Персиваль же не торопился раскрывать карты парой фраз. Однако, стоило лишь ему открыть рот после выдержанной паузы, брюнет нахмурился, бросив взгляд в сторону двери, в которую кто-то настойчиво постучал.

— Прошу прощения. — Он поднялся со своего места, проследовав к источнику шума.

Кого принесло так не вовремя?!

Глава двадцать шестая

Коул не поверил своим глазам, когда понял, что киосса на ночь глядя отправилась в сторону преподавательского отсека. И, разумеется, он знал, к кому она держит путь.

Но почему? Ведь демоница уже успела понять, что Персиваль в последнее время уделяет много внимания ее подруге. Решила действовать более смело?

Да и Айнелиас удивил с желанием поплавать в обществе ведьмочки. Как он мог променять киоссу на рини?! Хотя он же не в курсе… ладно, геуну, высокородную леди, на девушку из рабочего класса. Фу.

Для феникса, конечно, такая рокировка была на руку. Пусть он и не понимал, что творится в голове преподавателя-раба. Однако снова открывать двери перед Персивалем к неприступной Лине, что решилась на первый шаг? Нет!

Его план был до банальности прост: выждать некоторое время, пока эти двое скроются за дверьми, а после явиться и уличить в запретной связи. Увольнение брюнета будет обеспечено. Ведь ректор Марафад не сможет отказать в этом, ежели собственными глазами увидит, что творится у него под носом. Наверняка он в курсе истинного лроисхождения студентки, и ему, как руководящему звену, которому вверили безопасность и неприкосновенность киоссы, будет ударом узнать, что на принцессу имеет виды какой-то раб.

Да, все незамысловато и логично. Оставалось лишь придумать легенду для самого ректора, да сопроводить его до дверей Айнелиаса.

Коул уже мысленно прощался с противником, ожидая увидеть того на пороге в неподобающем для профессора виде (хотя, какой он профессор? Так, помощник Турнэ), и усилием воли заставлял себя сдерживать торжествующую улыбку.

Марафад, обеспокоенно шагающий перед ним, практически срывался на бег.

Забавно. И ведь уловка подействовала. Стоило лишь намекнуть, что в покоях у господина Айнелиаса в данное время происходит некое несанкционированное событие. И припомнить, что в его присутствии Персиваль уже звал некую адептку Дестеэль посетить скромные апартаменты. Кто знает, чем они там занимаются, пока с каждой секундой приближается комендантский час? А ведь Персиваль также является ее личным куратором… и знает множество способов, в том числе наверняка и не совсем законных, каким образом можно задобрить крила. Может, они ставят опыты у него в покоях? Занимаются магией? Но ведь на жилых комнатах не наложены защитные чары, вдруг Энергия вырвется из-под контроля?

Посеять зерно сомнения в голове главы Академии оказалось плевым делом. Как и убедить того, что ему, наследнику Файарада, и тому, кто принес возможно дурную весть, невозможно остаться в стороне. Ведь Коул принимает на себя груз ответственности, и, в случае назревшего конфликта, на правах правящей ветви, разрешено будет приказывать рабам.

Гисхильдис, как же он желает разделаться с этим демоном раз и навсегда! Чтобы перестал мозолить глаза, забирая себе заинтересованные взгляды Миллинарсы.

Персиваль Айнелиас — проблема. А от проблем Коул предпочитал избавляться. И лучше, если это будет делать кто-то другой. Негоже фениксу грязнить руки. Впрочем… сейчас он бы с удовольствием самолично отправил Персиваля на каменоломни. Да пришел бы проверить, соблюдают ли надзиратели выданные поручения в отношении правильного "подхода" к новенькому.

Вот и желаемая дверь. Стук.

И дверь открывается практически мгновенно. А на пороге невозмутимый и абсолютно одетый Перси.

Увидев гостей, у мужчины приподнимаются брови.

— Ректор?..

Персиваль не ждал никого в столь поздний час. И беседа, которую они подняли с Линой, в данный момент волновала его больше, чем непрошеные гости.

Эта адептка смогла проанализировать выданное им зелье с ужасающей точностью. Подметила моменты, о которых он сам (стыдно признаться!) не догадался. Этому было лишь одно объяснение: она не единожды сталкивалась с настойкой.

А это возможно только во дворце. Ведь ситуация, в которую он сам попал, скорее исключение из правил. Никому более не дозволено было пользоваться тайными техниками королевских лекарей. Значит… либо Лина также сумела оказаться в нужное время и в нужное место, попав в фавориты киосов, либо же…

Не просто так ему не единожды казалось, что он видел этот взгляд. Малахитовые очи, острый ум и молниеносная реакция. Дестеэль — прекрасный воин, и, по ее словам, основы боя начала изучать в далеком детстве. Чтобы достичь подобных высот, нужно иметь наставника, превосходящего среднестатистического вояку в скорости, силе и умениях.

К тому же она сама призналась, что приехала из Аминса. И носит под блузой артефакт, фонящий магией Высших демонов… Да и не стоит списывать со счетов покорность медведя. Крилы пасуют перед более высоко стоящими по иерархической лестнице существам. Демону, чтобы заставить гризли считаться с собой, нужно показать свое могущество. И ей это удалось. За какие-то секунды. Слова про Подчиняющее заклятие, след которого исчез (или, может, его и вовсе не было?), как только Перси посетил загон с крилом, начинали терять почву.

Не было никакого заклятья. И артефакт действительно помогает увеличивать Силу… но что, если не через активацию, а… стоит лишь его снять?..