Осень бедствий (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 41

- Помолчи.

Помолчала. Но пузырь выдула такой, что жвачка даже на волосах осталась.

- Как вас зовут, девушка?

- Воронова Анна Петровна, - представилась Анна.

- Аня, значит. Аня, я собираюсь жениться. И хочу, чтобы к моменту свадьбы из этого чучела получился человек. Сможешь?

- Сможете, - спокойно поправила Анна. - Если вы хотите, чтобы я привила вашей дочери хорошие манеры, будьте любезны следить и за собой. Дети - отражение своих родителей.

Танец мумба-юмба повторился.

Борис Викторович посмотрел на дочь - и более грозно на Анну.

- Не стоит мне хамить, девушка. А то вы даже работу уборщицы не найдете.

Анна поступила умно. Промолчала.

Борис Викторович обернулся к блондинке.

- Меня все устраивает. Договор принесите.

- Надеюсь, паспорт у вас с собой? - процедила блондинка, глядя на Анну, как на врага народа.

Анна молча достала и протянула маленькую книжечку. Что ж, работу она нашла, остается выяснить условия.

Условия, как оказалось, были царские.

Проживание в особняке Бориса Викторовича - чтобы иметь постоянный доступ к своей подопечной. Особняк небольшой, всего около тысячи квадратных метров, так что место есть. В доме для прислуги Анну не поселят, все ж не прислуга, а нечто среднее.

Питание за столом работодателя.

Оплата... Анна пока еще не очень хорошо разбиралась в местных ценах, но если ей собираются платить в четыре раза больше чем в тире, наверное, это неплохо.

Один выходной в неделю, о котором надо предупреждать за два дня.

Минусы?

Как Анна поняла, главным минусом была сама Кира. Которой было глубоко наплевать и на гувернанток, и на учителей...

На все.

Девушка независимо жевала жвачку, пока они ехали в поместье.

Да, особняк Бориса Викторовича стоял за городом, на берегу реки. Небольшое поместье - около двух гектаров земли, пара домиков...

С точки зрения Анны - ни о чем.

Даже замок в Эрляндии, в котором доживала свои дни вдовствующая императрица Мария - и тот был в несколько раз больше. А уж остальные дворцы...

Так что никакого смущения девушка не испытывала. Никакого благоговения, наоборот...

Нувориши.

Вчерашние корсары и висельники, которые схватили свой кусок, и успели удрать от охотника. И теперь хочется им и лоск навести на шкуру - а как?

Это тоже надо уметь и знать. Иначе получится нелепо и смешно.

А еще есть дети, которых надо было воспитывать своевременно. Иначе...

Да, вот так и получится - иначе.

Кира была ребенком от второй жены Бориса Викторовича. Всего? Жен было четыре штуки. С первой разошелся - после того, как разбогател, супруга из пролетариата его уже не устроила. Вторая родила Киру и принялась прикладываться к бутылке. Спилась, была выброшена. Третья подсела на наркотики, четвертая попросту надоела.

Сейчас Борис Викторович собирался жениться пятый раз - уже ради объединения капиталов. И не хотел, чтобы его молодую супругу третировала дочь, не намного младше возрастом.

Потенциальной супруге сейчас было восемнадцать, Кире - четырнадцать. Самому Борису Викторовичу - сорок четыре года.

Анна комментировать не стала. Это - не ее дело!

Ей бы поработать, забрать Гошку, уехать к отцу... да, хорошо бы еще денег за это время заработать достаточно, чтобы малыш ни в чем не нуждался после ее смерти.

Кирой с детства занимались воспитатели. Лет до двенадцати все было хорошо, потом понеслось.

Пьянки, гулянки, жуткий вид, наркотики...

- Наркотики? - насторожилась Анна.

- Травка. Но все равно неприятно. Еще раз увижу - положу в клинику на детоксикацию.

Кира независимо фыркнула.

Сильно выводить отца из себя она опасалась, понимала, что тот может быть скор на руку.

Анна покосилась на девочку. Поставила себя на ее место.

А потом нащупала потихоньку ее руку - и пожала. Не бойся, я с тобой...

Несколько секунд ей казалось, что Кира выдернет пальцы. Но - нет. Не выдернула. Пожатием на пожатие не ответила, но это уже дело времени.

Главное - есть контакт.

Дом Анну не потряс. Видала она дворцы и побогаче. Так что смотрела вполне равнодушно. И на мраморные полы, и на стены с медальонами, и на тяжелые люстры, и на вазы...

Борис Викторович, видимо, ожидал другой реакции, но...

- Как вам мой дом?

- Очень... броско, - подобрала Анна правильное слово. - Чувствуется, что вы старались.

Мужчина поглядел внезапно остро.

- Но вам здесь не нравится.

Анна пожала плечами.

- Мне не должно нравиться в вашем доме. Мое дело - ваша дочь.

- Емко сказано. Что ж, посмотрим...

Анна промолчала.

Но вспомнила о другом.

- Борис Викторович, я не успела собрать вещи. Мне даже переодеться не во что.

- Вещи соберете на выходных. Пока дадите Розе Ильиничне свои размеры и список необходимого, а она пошлет водителя в город.

- Благодарю вас.

- Не за что. А вот и Роза, наша домоправительница.

- Домомучтельница, - фыркнула Кира. И ушла.

Борис Викторович примирительно улыбнулся.

- Роза, не обижайся. Ты сама все понимаешь.

- Конечно, Борис Викторович.

Дама Анне не слишком понравилась. Невысокая, с основательной нижней частью и более тощей верхней, она напоминала тумбочку. Коричневая форма только подчеркивала это сходство.

Волосы были коротко подстрижены и уложены в модную прическу, руки с маникюром, но без лака, а лицо доброе-доброе...

Анна невольно насторожилась. Навидалась она таких - до смерти сыта будет!

- Это Роза Ильинична, наш добрый ангел, - аттестовал ее Борис Викторович, отчего дама зарделась и пробормотала нечто кокетливое. - А это Анна Петровна, гувернантка и воспитательница для Киры. Розочка, помоги ей, хорошо?

- Конечно, Борис Викторович. Будет сделано.

- И отправь в город водителя, купи ей одежду.

- Хорошо, Борис Викторович.

- Тогда - до встречи за ужином. В восемь вечера и не опаздывайте.

Мужчина ушел, и Анна осталась один на один с Розой Ильиничной. Молчание затягивалось.

Экономка пристально разглядывала девушку, склоняя голову то в одну, то в другую сторону. Потом все же решила напасть.

- Почему у вас нет вещей?

- Потому что Борис Викторович не дал мне заехать домой и собрать их. Мы отправились сюда прямо из агентства.

Взгляд экономки чуть смягчился.

Опять же, кого она видела перед собой? Не современную девушку в мини-юбке и с боевым раскрасом. Анна была одета в длинную юбку и глухую блузку, пальто было достаточно дорогим, равно как и ботинки с сумкой, волосы уложены в узел, на лице ни грамма косметики - кто сейчас так ходит?

Да никто!

Или это маскировка? Посмотрим...

- Пойдемте, я вас провожу в вашу комнату.

- Благодарю вас.

Комнату Анне отвели в начале коридора, на третьем этаже. Небольшую, но вполне удобную, с личным санузлом. Правда, ванной не было, только душ, но Анна была этим даже довольна. Ничего, в ванной она еще найдет возможность полежать - потом. На этаже она есть.

Главное, что она ни от кого не зависит.

- Устраивает?

- Да, вполне. Вы очень любезны.

Привычные обороты легко слетали с языка. А вот Роза Ильинична задумалась. Все же в наше время мало кто употребляет подобные анахронизмы.

- Я пришлю к вам водителя. Напишите список необходимых вещей и передайте ему.

- В списке будут и достаточно интимные вещи.

- Не переживайте. Роман работает у нас не первый год, и видел всякое.

- Благодарю.

- У вас есть еще какие-то пожелания?

- Лист бумаги и письменные принадлежности.

- Все есть на столе в вашей комнате.

- Тогда не смею вас задерживать.

Прозвучало серьезно.

Роза Ильинична развернулась и сделала шагов пять по коридору, прежде, чем сообразила, что происходит. Ее - ЕЕ! - отослала прочь какая-то соплюшка. И даже не прилагая никаких усилий. И она послушалась!