Будем жить! (СИ) - Сердюк Алексей - Страница 145

- Согласно… вновь открывшимся обстоятельствам, я могу предположить, что ваши феноменальные способности поиска и уничтожения противника в дикой местности, во многом (а слышалось – «полностью!») объясняются возможностями ваших… питомцев, скажем так?

Я пожал плечами:

- Не знаю, что вы понимаете под определением «феноменальности»… Но действовать совместно с моими котами куда удобнее и безопаснее, чем самостоятельно.

- Что ж, я так и подумал… Тогда я предлагаю вам, молодой человек, передать в распоряжение Протектората ваших зверей. Нам необходимо их исследовать и определить возможности использования, да и вообще полезность этих зверюг. Может, в них и ингридиенты какие обнаружатся ценные, мало ли? Разумеется, стоимость обсуждаема, но обещаю – обижать не будем…

Я на рефлексах пригнулся к столу так, как если бы хотел вцепиться в глотку этому вальяжному уроду (хотя – именно хотел, без всякого «если»!) и прошипел в лицо чуть даже отшатнувшегося «гражданского»:

- Слуш-шайте внимательно, чтобы потом не перес-спраш-шивать! Коты – мои друзья, они не раз и не два спасали мою жизнь, они у меня на руках вырос-сли! А потому никуда и никого я… «передавать»… не стану! Слишком похоже на «предавать», вы не находите?! Это не с-собаки какие-нибудь – это коты, и сотрудничать за сахарную кос-сточку со всякими… самовлюблёнными с-спецс-сиалис-стами – они не будут. Уж поверьте, вы не сможете их заставить или обмануть – я знаю это так же точно, как то, что сейчас вы устроили представление, ваш лейтенант играл спектакль для одного зрителя… Ответ – нет, ни при каких условиях!

«Гражданский» быстро пришёл в себя, ещё во время моего монолога, и когда я чуть выпрямился, с ленцой задал неотразимый, как ему казалось, вопрос:

- Сержант – а ты не забыл, что ты сейчас военнослужащий? И обязан подчиняться приказам вышестоящего командования, о чём сам давал торжественную присягу? Ты сейчас, своими пререканиями с командиром, уже по лезвию ножа скачешь (а слышалось – «…наглый щенок! И встать, когда с тобой р-р-р-разговар-р-ривает подпор-р-р-р-ррручик!..»), но я, понимая твоё состояние и ещё не прошедшия последствия нервного напряжения после рейда…

Я не стал дослушивать эту бредятину, хлопнув ладонью по столу – так, что «гражданский» даже икнул, подавившись своими липкими, мерзкими какими-то фразами, выговариваемыми этак привычно-скучающе, будто в чёрт знает какой уже раз повторял давным-давно выученный и столь же давно надоевший текст – ни капли сомнения в своём праве, ни капли моральных терзаний, полная уверенность в своём превосходстве… оно такое само по себе, или спецподготовка какая-нибудь сказывается?

- Да-да, а ещё Протекторат меня облагодетельствовал, а я, такая вот сволочь, не хочу войти в положение… И вообще я по гроб обязан уже тем, что вы изволили со мной разговаривать, я прям плачу от умиления и ссусь от восторга и гордости… Хвостиком не повилять?! А может, лучше напомнить кое-кому Основной Кодекс Протектората, который переселенцы подписывают при получении гражданства?! Там, помнится, есть и такие строки, как «…Каждый вправе иметь частную собственность, владеть, пользоваться и распоряжаться ею как единолично, так и совместно с другими лицами. Никто не может быть лишен своего имущества иначе, как по решению суда…». Вы принесли мне повестку в суд? Нет?! Кстати, по тому же Кодексу, я имею возможность требовать открытого публичного суда, цитата «…Каждый имеет право на гласное судебное разбирательство с соблюдением всех требований справедливости, независимым и беспристрастным судом…». Запамятовали?! Ну ничего, у меня зато память отличная, вы спрашивайте, если что…

«Гражданский» подобрался, нахмурился, но, удерживая маску, хмыкнул презрительно:

- Так ведь Кодекс – это гражданский уклад, а мы в Армии, и руководствуемся Уставом – не запамятовал, случайно, сержант?!

- А вот тут – уже обман… Кодекс, как чётко указано на его первой странице, является основным нормативно-правовым актом, имеет высшую юридическую силу и не может быть ни отменён, ни изменён любым другим документом, включая любые норманивно-правовые законы, правила, уставы и указы. Неужели не читали? Кодекс имеет преимущественное право, так что – увы, вы можете от меня потребовать сдать вам ваше имущество, но и только.

«Гражданский», упорно не желающий пользоваться своими званием и должностью, сквозь зубы процедил:

- А если мы вспомним следующую часть Кодекса? Ту, что «…Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено…»? Тебе что-нибудь известно о таком понятии, как «государственная необходимость»?!

Я пожал плечами:

- Так там ведь есть и обоснование тех самых государственных нужд – «…в случае объявления чрезвычайного положения и проведения мобилизацонных мероприятий, ради повышения обороноспособности Протектората и/или отражения вражеской агрессии…». И, насколько я помню, речь шла о недвижимом имуществе и транспортных средствах, о животных там ни слова… На нас кто-то напал? ЧП объявили, мобилизацию проводят?! Нет?! Тогда – не смею больше задерживать, до свиданья!

«Гражданский» отбросил маску окончательно, вскочил, схватил меня рукой за воротник (я не стал препятствовать) и, подтянув к самой своей пошедшей пятнами роже, захрипел, брызгая слюнями:

- Да ты, говнюк мелкий, совсем берега попутал?! Я тебя в пыль сотру, ты никто, б…ть, звать тебя никак, какого ты ещё выкобениваешься, ссыкун сопливый?! Завалил е…ало и молча выполнил, что сказано, иначе пойдёшь к тем, кого охраняешь, будешь им подарком на новый год, всосал?! Будешь выё…ываться – на зону кукарекать пойдёшь, юрист х…ев! Вопросы есть, ты, чмо засранное?!

Я, прямо в выпученые глазки, ухмыльнулся и кивнул:

- Есть, как не быть! Тебе, го…дон штопаный, твои яйца ещё дороги? Ну, и та хрень, что возле них болтается? Ты ниже посмотри, а то п…деть вы все герои, а как до дела доходит – сдуваетесь, как пользованая резинка…

«Гражданский» недоумённо опустил глаза, чуть ослабив хватку на воротнике – как раз вовремя, чтобы увидеть в подробностях, как граната без чеки, но ещё с рычагом, скрывается за ремнём его штанов… Только что вполне готовый не то что за воротник рвать, но и пинать мою тушку ногами м…дак «вдруг» как-то усох, потерял в цвете и скукожился. Ухватившись обеими руками за мотню (и поймав зажатую его брюхом и, похоже, ширинкой штанов гранату), он растерянными глазами уставился сначала на меня, потом на вскочивших офицеров, и каким-то удивлённым голосом просипел:

- А… это же… граната?!

Вскочивший «майор Адамиди» растерянно замер, переводя глаза с меня на «гражданского» и обратно. Я поправил воротник, одёрнул куртку и предложил капитану:

- Степан Николаевич – может, мы выйдем? А то – граната, да в закрытом помещении… грязно будет…

- Ты врёшь, это не настоящая граната! – с видимым сомнением почти выкрикнул Адамиди, резиново улыбаясь перекошеной рожей.

- А ты попробуй! – в ответ оскалился я, поднимая на общий обзор шнур с болтающимся на нём колечком чеки. – Смелее, это ж муляж?! Давай, отважно доставай и гордо покрути в руках… через минутку, я за дверью подожду.

- Я бы не советовал. – внезапно подал голос совершенно забытый мной, к моему глубочайшему стыду, Скворцов. – Я знаю… Следопыта, с его появления из-за ленточки, уже не первый год. Гранаты он таскает в карманах тоже буквально с первых дней, и ручаюсь – взорвётся она как положено, с грохотом, осколками и ударной волной… Вы перегнули палку, товарищи, Мань… Следопыта не рекомендуется заставлять и давить – он от этого только звереет, и способен на любые, даже самые неадекватные, действия. Поверьте лучше на слово…

- А гранату кто-нибудь заберёт? – нервно поинтересовался «гражданский».

- Я – в чужие штаны не полезу, могу, разве что, чеку отдать! – сходу открестился я, покручивая на пальце шнурок с кольцом.

«Майор» нервно дёрнулся, но всё же протянул ладонь:

- Давай, хер с тобой!

- Всегда со мной… в отличие от перспектив, ожидающих некоторых несдержанных хамов. – я кивнул, развязывая шнурок и отдавая кольцо с чекой.