Шибари (СИ) - Марук Майя - Страница 37

- То есть, ты, прямо веришь, что в моей кладовке есть все, для блинов? – Скептически приподняла бровь, заранее зная ответ на этот вопрос.

Все ингредиенты для блинов действительно были в наличии. Студенческая привычка, от которой доктор Стольная так не смогла отказаться. Во времена учебы, когда денег было в обрез, мы с соседками скидывались на муку, яйца и заменитель молока. Самый дешевый набор продуктов для мало-мальски съедобного блюда. Печь желтые кружочки нас научила Лала. И мы чуть ли не всем курсом пользовались ее рецептом.

Через пару лет появилась зарплата. Но, блины остались. У меня остались. С подачи Дага. Потому что, до эмиграции на Нептун, этот зеленый гуманоид, любил заваливаться в мою квартиру под утро и тарахтеть посудой. Иногда, компанию ему составляла какая-нибудь не совсем трезвая девица. И тогда процесс выпекания кругляков из теста превращался в настоящее шоу и грандиозный срач.

- Так что ты думаешь о Фане?

- О Фане, или о его работе? – Вбила в небольшую миску несколько яиц. – Спрашивай прямо.

- Он действительно хотел ей помочь? - Даги достал ручной венчик.

В отличие, от современных домохозяек, дитя Сатурна считал, что гаджеты только портят блины. Тесто получается неправильной, слишком нежной и воздушной консистенции. Поймать тот момент, когда яйца достаточно взбиты, и все ингредиенты правильно смешаны, можно только пользуясь старомодной взбивалкой или вилкой.

- Сколько стоит подпольная операция?

- Не знаю точно. – Друг задумчиво почесал подбородок. – Думаю, раза в четыре дороже, чем в клинике. Слишком много рисков для хирурга. Минимальное наказание – лишение лицензии. Это если будет доказан факт подпольной деятельности. А если, в результате такой операции пациент получает осложнения, наказание будет более серьезным.

- Почему они соглашаются на такие операции?

- Соглашаются только те, кто не получил разрешение на проведение операции. На Нептуне с этим очень строго. Если у пациента есть психические отклонения, нет показаний к операции или его требования не совсем адекватны, комиссия не даст разрешения на процедуру. И тогда, обращаются к хирургам, которые готовы оперировать в обход системы.

- Почему не сделать операцию на другой планете? – Юридическая система современной пластической хирургии мне была неизвестна. Тем более, на Нептуне.

Как обывателю, мне было непонятно, зачем платить огромные деньги, за подпольную операцию, если то же самое можно сделать в другом месте. Исключение составляли сложные операции. Типа коррекции глотки у венериан, или восстановление глазных яблок у людей. Нептунеанцы не разглашали подобных технологий.  Но вот, все остальное….

Плоская пластина сковороды нагрелась, и Даг осторожно вылили на него порцию жидкого теста. А я достала более – менее подходящую по форме посудину. Специализированных сковород, как ни странно, здесь не было.

- Сразу видно, что ты не в теме, - чуть свысока ухмыльнулся друг. – Поверь на слово, даже подпольно, здесь сделают лучше и безопасней, чем на любой другой планете.

- Ну, тогда ответ очевиден, - вылила первую порцию теста на сковороду, - если твой протеже взял оплату, то ни о какой благотворительности речи не шло. – Даг как-то задумчиво кивнул и переложил первый блин на плоскую тарелку. – Кстати, хотела спросить, как ты определил, что оперировал именно Фан?

- По рисунку среза. – Зеленушка сделал несколько движений и на экране развернулись четыре картинки. – Три изображения, тренировочные куклы. На них проводили аналогичные операции мои студенты и я. Еще одно – твоя жертва.

Я присмотрелась. Работу самого Дага нашла быстро. Филигранная работа. Почти так же филигранно была прооперирована и Сили. За исключением небольшого рубца. Такой же рубец я обнаружила на одном из манекенов.

- Надо же. - Друг кивнул, и выложил на тарелку еще один блин. – Даг, ты вообще, почему мне звонишь? Только правду.

- Всегда любил твою прямолинейность.

- Надеюсь, это не сарказм.

- Сарказм. – Он снова улыбнулся. – Я не уверен, что поступаю правильно, прикрывая задницу Сигируса.

- Поясни.

- Когда ты прислала фотографии убитой, я запросил ее документы из архива. Только, мой запрос был не единственным. Некая Синтина Клайток интересовалась бумагами девушки.

- Давно?

- Через пару дней после того, как Сили обратилась в клинику.

- Я, в любом случае, ничего пока не смогу тебе посоветовать насчет Сигируса. По крайней мере, до тех пор, пока идет расследование, пусть чувствует себя в безопасности.

Зеленушка кивнул, и макнул я ягодное варенье кусок кружевного теста. А я поставила себе галочку, попытаться узнать, кто такая, эта Синтина. Или, рассказать все Кисаду. Пусть, поручит кому – нибудь все узнать.

- Ладно, а теперь рассказывай, что за переполох произошел в твоем гареме? Мне дико интересно.

РУМ

Отдел Кисада, включая часть аналитиков, разошелся только под утро. Сам Роджеч, вместе с Ридом, остались на месте, чтобы убедиться, что Фави, ее сестра и их гребанный «спаситель» устроились в закрытых апартаментах РУМ, и ближе к обеду смогут дать показания. Впрочем, последнее было обычной формальностью. Следователям удалось максимально быстро не только найти беглянок, но и восстановить всю хронологию событий.

Как и утверждал Ран, свою семью любовница и вправду не жаловала. Отец и мать Фави были плутонианцами старых, аскетических взглядов. Держали детей в «черном теле» и под полным контролем. Все сферы жизни маленькой Фав подвергались жесткой цензуре. Мать контролировала все: от списка друзей, с которыми общались дочери, до цвета заколки на волосах. Не то, чтобы подобный стиль воспитания на Плутоне был редкостью или чем-то из ряда вон. Просто, Фави такое положение вещей категорически не нравилось.

Планету девушка покинула, как только смогла получить марсианскую визу. А в придачу к ней, поддельный анализ крови, в котором говорилось, что Фави является счастливой обладательницей «красного гена». К слову, этот пресловутый ген у нее действительно был, но в крайне низкой концентрации. Шанс, что на нее отреагирует хоть какой-то марсианин, был незначителен. Но, девушку это не особо расстраивало. Она планировала ворваться в мир больших денег и оторвать себе заветный кусочек пирога. Так, собственно говоря, и получилось.

Жизнь Фави шла своим чередом. Любовники от раза к разу становились все состоятельней и влиятельней. И, в целом, такая жизнь ее вполне устраивала. Ровно до того момента, пока  не вляпалась в лорда Мрантека. Точнее, пока в этого самого лорда не вляпалась Кира, и тот не поспешил расстаться с любовницей.

Основная загвоздка заключалась в том, что у Фави не было запасного варианта для отступления. Ни друга, ни любовника, ни сбережений. А жить на секретарскую зарплату она не умела. Компенсация, которую выплатил Ран, могла показаться неплохой кому угодно, только не Фави. Секретарша прекрасно знала, что лорд вполне мог выплатить в несколько раз больше, и это бесило вдвойне. Но, ничего поделать она не могла. Поэтому, напоследок, решила сделать для бывшего любовника маленькую, но такую приятную, женскому сердцу, гадость. Отправить новоиспеченной женушке конфеты, изготовленные по индивидуальному заказу для Фави.

Плутонианка знала, что сплетни в высшем обществе, разлетаются моментально. И слух о том, что Ран Мрантек подарил жене конфеты, которые ранее заказал для любовницы, лягут неприятным пятном на репутацию и самого лорда и Киры. А заодно подчеркнут ее не самое удачное, по местным меркам, происхождение.

Маленькую месть секретарша решила в долгий ящик не откладывать. Достала коробку и направилась прямиком в «Сладкий дворик». Чтобы как можно больше посетителей элитной кондитерской видели ее, и слышали о том, что лорд изволил «передарить» свой заказ. Сказать, что все присутствующие были в шоке, от такого спектакля, ничего не сказать. Фави, довольная проделкой вышла на улицу, вдохнула горячий марсианский воздух, и поняла, что на этом моменте ее удача окончательно повернулась задом.