Выбор единорога (СИ) - Якубова Алия Мирфаисовна - Страница 58

Колесницы выстроились перед открывающимися воротами, я протянула Ла руку со словами:

– Давай ко мне, по старой памяти.

– Это ты вывезла меня из пустыни?

– Ну да. Делов-то. Ты, главное, сейчас держись крепче. После полуночи пойдем резвее.

– Почему.

– Узнаешь.

Углубившись в пустыню, мы решили оторваться от отряда сопровождения и дать коням порезвиться. Заодно и приедем намного быстрее. А не сказали сразу в целях безопасности. Отряд в пустыне никому ничего не расскажет - мы окажемся быстрее.

Я сотворила ветряного сокола - доставить сообщение лично Баст о нашем скором прибытии, и мы подстегнули коней. Те радостно взвились, рванув вперед.

Так что эльф почти не заметил жары. Через час после восхода мы увидели стены Бубастиса. Тогда же замедлили ход. Негоже Сейши-Кодар - наместникам Баст на земле, стремглав нестись по городу. Люди подумают, что что-то произошло. Нет, все должно быть чинно, благородно!

Как подтверждение этому, мы услышали конский топот, а чуть позже увидели шестерых всадников, едущих нам навстречу.

Если приглядеться, то можно разобрать, что лошади той же породы, что и наши. Но это уже лишнее. Мы и так знали, кто это. Наши сехнут. Мы их чувствовали, как что-то самое родное. Бораес и Ташь Нашут-Фета, Раши и Сут-Хет - Кашин, Ирук и Венгильда - мои. Как же я по ним соскучилась!

Колесницы и всадники остановились почти одновременно. Мы отъехали к обочине, и я позволила девушка заключить себя в объятья. Краем глаза я заметила, что Ла удивленно смотрит на нас, поглощенных восторгом встречи. Не думаю, что я смогла бы внятно объяснить суть наших связей с сехнут.

Когда первый пыл поутих, Ирук сказала:

– Мы ждали вас к вечеру, но, как только Баст получила ваше послание, то велела нам собираться и выезжать навстречу. Дабы вы въехали в город в подобающем виде.

– Да вроде мы нормально выглядим, - пожал плечами Нашут-Фет, переставая тискать своих сехнут.

– Но Баст настаивала тщательно проследить за этим, - ответил Бораес, открывая седельные сумки.

– А это кто? - Венгильда кивнула в сторону эльфа.

– Это - Ла. Мы его нашли в пустыне. Эльф.

Валькирия лишь кивнула, принимаясь за дело. Пока Ирук ловко распустила и принялась расчесывать мои волосы, она смочила в воде из бурдюка кусок полотна и принялась отирать мое разгоряченное скачкой тело. Остальные были заняты примерно тем же.

Нас вычистили, как могли, переодели в свежую, сияющую белизной одежду, поверх нее пристегнули начищенные до зеркального блеска нагрудники, обрядили в подобающие украшения. По окончании этой суеты мы походили на возвращающихся с прогулки принцев.

Когда все остались удовлетворены нашим внешним видом, мы снова тронулись в путь. До Бубастиса оставалось рукой подать. Четверть часа, и мы въехали в город через главные ворота. Кони сами, без понуканий устремились к храмовому комплексу. Еще бы - знакомая дорога. Мы дома.

Глава 47.

Еще одни ворота - мы во внутреннем дворе храма. Гул города остался позади. Храмовые служители принимают поводья, мы спешиваемся и идем к ступеням храма поприветствовать нашу богиню.

Я почти сразу замечаю оживление сверх обычного. Похоже, все жрецы вышли поприветствовать нас, и наши воины тоже. Это настораживает, но взгляд уже прикован к Баст.

Богиня встречает нас в ослепительно-белом хитоне с золотой и алой вышивкой. Она - совершенство! Безупречная золотистая кожа словно светится изнутри, лицо мягкое, и такой нежный взгляд! А то, что бедро то и дело оглаживает длинный кошачий хвост, а сквозь смоляные волосы проступают кошачьи же ушки по нам так только красит ее.

Но в этот раз богиня встречала нас не одна. Рядом с ней стояли трое в сияющих одеждах. Эльфы. Один в черном наряде и с волосами цвета ночи. Эту черноту прорезали шесть белоснежных прядей. Еще один мужчина. Судя по глазам, старший, внешне-то они все выглядели не старше тридцати. Волосы темной меди спускаются ниже талии плотным занавесом. И в одеждах под цвет волос. Третьей была женщина. Тоненькая, словно фарфоровая куколка. Золотистые волосы собраны в сложную прическу из косичек и прядей, наряд тоже им под цвет.

Старшие эльфы. От них так и веяло возрастом и силой. Им всем уже больше пятиста лет. Но, в конце концов, какая разница?

– Похоже, за тобой приехали, - прошептала Кашин Ла за моей спиной. И я тотчас ощутила его панический ужас. Пришлось прошептать все так же, не оборачиваясь:

– Ш-ш. Никто ничего не посмеет тебе сделать, пока мы с тобой.

И мы направились к Баст, дабы засвидетельствовать свое почтение. Встав перед ней на одно колено, мы проговорили:

– Сейши-Кодар приветствуют тебя, о, луноликая, ясная в храме своем!

– С удачным возвращением домой, дети мои. Как видите, у нас гости. Пойдемте в храм и поприветствуем друг друга.

Мы последовали за нашей богиней. Но не просто в храм, а в самое его сердце, в божественные апартаменты, где нет ничьих лишних ушей. Эльфы гордо следовали за нами, а тот, черный, то и дело бросал недобрые взгляды на Ла.

Когда, подчиняясь одному лишь жесту Баст, дверь за нами закрылась, богиня проговорила:

– Вы вернулись как нельзя кстати, мои дорогие. Как видите, к нам прибыло посольство из Таунибу в лице благородного Иллала, Первого принца дома Ла, пресветлой леди Ниантель дома Тель, и лорда Дориана, дома Риан.

Мы вежливо поклонились и представились. Эльфы холодно кивнули, подом взгляды всех троих метнулись к нам за спину. Я, да и все мы, по шороху слышали, что Ла выпутался из бурнуса.

– Я вижу, у нас еще один гость, - улыбнулась Баст.

– Это Лаантель, - представила я.

– Я же говорил, что он здесь! - фыркнул Дориан.

– Это ничего не значит, - возразила Ниантель.

– Я требую вернуть мне мою собственность! - настаивал черноволосый эльф.

– Что-либо требовать вы будете в Таунибу, - возразила Баст, ее глаза предостерегающе сверкнули. - Здесь вы вольны лишь попросить. Ашана, расскажи, как вы познакомились с этим юношей.

Я повиновалась. Нам нечего было утаивать. А этот Дориан нам троим не понравился, едва заявил свои права на Ла. Но он, едва завершился рассказ, снова заявил:

– Этот эльф - мой по нашим законам. Он - моя вещь!

– Он эльф королевского дома, - напомнил Иллал.

– Сейчас он раб. Мой раб!

Черноволосый протянул руку в сторону Ла, словно призывая. Зал наполнился магией. Руны на горле нашего эльфа вспыхнули… но только и всего. Появились руны, которые я уже называла "нашими" и больше ничего не произошло.

– Этого не может быть! - возмутился Дориан. - Что вы с ним сделали?

– Вылечили, только и всего, - пожал плечами Нашут-Фет.

– Их имена теперь на ошейнике подвластия, - возразил Иллал. - Теперь Лаантель принадлежит им.

– Лаантель - королевской крови, он будущий принц! И не может принадлежать никому из людей, - вставила Ниатель.

– Они - не люди.

– Не важно. Они не принадлежат к Таунибу.

– Лаантель - моя собственность, и я требую ее возвращения, - холодно настаивал Дориан.

Я видела, как от этих слов Ла аж передернуло. Баст тоже хмурилась. Особенно когда черноволосый предложил:

– Так и быть, я готов последовать здешним традициям и выкупить своего раба.

– Не думаю, что у вас найдется хоть что-то, способное нас заинтересовать, - хмыкнула Кашин.

– Вам бы стоило взять уроки вежливости. Девчонка! - бросил Дориан.

– Что? - глаза Кашин тотчас вспыхнули ревущим пламенем, зрачок вытянулся, а зубы моментально стали клыками.

Баст подошла к ней и положила руку на плечо. Та тут же успокоилась. Богиня же проговорила:

– Я призываю вас не забывать, что вы гости и соблюдать вежливость. Вряд ли вам понравиться вызов на дуэль.

– Я готов, - хмыкнул Дориан.

Честно говоря, наблюдать за всем этим было противно. Если род не может защитить своих - то нафиг он нужен? И эта грызня… Я переглянулась с Нашут-Фетом и Кашин. Кажется, идея пришла нам в голову одновременно. Что ж, мы нередко думаем, словно близнецы.