Красная Книга (СИ) - Нинсон Ингвар - Страница 97

Да, надо будет так и держаться. «Подь сюды». Вот это вот всё.

— Теперь нам нужна какая-то общая фамилия. Да?

Кукла кивнула. Скупо, но красноречиво.

Ингвар напомнил себе, что при нынешнем раскладе такое проявление эмоций могло считаться визгом от радости.

— А твоя?

— Моя фамилия? — Он задумался, говорить ли. — Нинсон.

— Я теперь Нинсон? Грязнулька Нинсон?

— Нет. Эту фамилию мы взять не сможем.

— Проклята?

— Типа того. Имя, наверное, тоже.

Великан понимал, что на всякий случай не стоило называться Ингваром Нинсоном.

«Как-то ты запоздало всё понимаешь», — опять посетовал Таро Тайрэн.

— Так что Ингвар Нинсон — это будет секретное имя. Только наше. Ты ведь умеешь хранить тайны?

Невооруженным глазом было видно: уж что-что, а это она умела превосходно.

— Фирболг, а как тогда нас зовут?

— Дай подумать…

— Лонека?

— Нет. Точно не Лонека. Абсолютно точно не Лонека. Почему ты выбрала именно это имя?

— Не знаю.

Когда он успел всё это выболтать?

«Ты ничего не говорил», — подсказал внутренний голос Тайрэна.

— Ещё можно всякие вторые имена использовать. И клички. Типа Глупый Олень, Танцующее Облако, Танцующий С Волками и всё такое. Это часто у людей встречается. Я Ингвар Нинсон. И-н-г-в-а-р- н-и-н-с-о-н. Двенадцать букв. Дюжина. Это имя для спокойного и задумчивого человека под покровительством Шахор. Т-а-р-о- т-а-й-р-э-н. Десять. Такое имя приносит удачу. Особенно в любви. Сочетанию покровительствует Десятая Лоа. Ишта.

Девочка посмотрела на Великана. Он подмигнул.

— Нам не помешает немного удачи, а?

Грязнулька промолчала. Нинсон заговорил:

— Ты думаешь, у меня нет ощущения, что Ишта нам покровительствует?

Кукла легонько кивнула, и Нинсон объяснил:

— Наоборот. Страшусь представить, как выглядела бы моя жизнь, если бы она, в милости своей, хоть раз выпустила меня из поля зрения всех своих многочисленных глаз.

— Много… численных?

— Десятая Лоа может принимать и такую форму. Тысячерукая Ишта. На каждой ладони по глазу. Одной руки достаточно для чтения Мактуба каждого игрока. Можно и читать, и переворачивать страницы, и сразу править, где понадобится. Удобно, да?

— Удобно, — отрешённо согласилась девочка.

Она была не в силах представить такой образ. Вот уж кому не досталось большого количество внимания Ишты, так это ей.

— У тебя есть хорошие идеи? Как нас должны звать?

Кукла замедлила шаг. Грязнулька проверяла, вправду ли она сможет остановить их отряд. Но так и не решилась.

«Какая ты смелая», — подумал Ингвар.

«Ансс. Ансс. Ансс. Верь себе, девочка. Останавливаемся».

Грязнулька подошла к Великану и ткнула пальцем в ремень. Сумку Иггуля с отъеденной Джо застёжкой Нинсон оставил на тропинке, стараясь избавиться ото всех вещей и воспоминаний. Теперь у него был целый пояс, утрамбованный разнообразными карманами.

Он снял ремень и передал девочке. Сел прямо посреди дороги.

Не выдержал. Лёг, завалившись набок, чтобы не попортить стрелы, хранившиеся в тулах, притороченных к рюкзаку. Кукла бросила копаться в карманах и посмотрела на Великана. Он махнул рукой:

— Занимайся-занимайся. Я в порядке.

Ему надо было полежать пять минут. Всего пять минут.

Призрак фамильяра устроился рядом, свернувшись клубочком. Теперь он был плотным угольно-чёрным дымом, не отражавшим свет. Казалось, он нарисован поверх всего остального, словно клякса густых чернил, за которыми не видно букв.

«Не видно самого Мактуба», — подумал Ингвар и задремал, положив руку на игольчатую кошачью шёрстку.

Грязнулька заглянула в каждый карман. Покопалась. Нашла дайс.

Остальное запаковала обратно. Потянула Великана за руку.

— Идём, Ингвар. Надо скорее. Ты сам сказал. Пять минут.

Он не говорил. Совершенно точно помнил, что не говорил.

На Нинсона что-то нашло, мгновенное озарение или бессонная расторможенность, но он резко вытряхнул оргон в послание, провёл им по танджонам и вложил прямо между глаз куклы.

— Ансс! Ансс! Ансс! — сказал он негромко и прочертил в воздухе девять полосок, представляя, как втирает их в лоб куклы.

Крутанул колесо Сейда.

Ансс — Ансс — Ансс.

«Прячься!»

Девочка перекатилась через валяющегося посреди дороги Великана и юркнула в заросли. Она слышит.

Ишта милостивая! Что ж это делается-то?!

Глава 73 Жребий Брошен

Глава 73

Жребий Брошен

Ингвар бросил руны:

— Ансс. Ансс. Ансс.

На этот раз он отправил: «Выходи!»

Из листьев появилась макушка. Белые полосы шрамов на твёрдой щетинке волос.

— Ансс, Ансс, Ансс.

Она рядом. Слышит его.

— Ансс — Ансс — Ансс.

«Пить!» — подумал он.

Девочка принялась возиться с завязками фляжки.

— На. Вода.

Ингвар шумно выдохнул.

— Иди-ка сюда.

Она слышала. Он колдовал. Теперь не было сомнений. Кто бы что ни замыслил, кто бы что ни говорил, какую бы роль ни играл, но Грязнулька не притворялась. Просто не сумела бы. Ингвар сгрёб девочку в охапку.

— Ты слышишь?!

— Слышу, — промямлила та, явно напуганная объятиями Великана гораздо больше, чем необходимостью прятаться.

Да, она слышит колдовство. Да с таким… Да за такое… Подумаешь, писает по команде. Мало ли кто как писает. Шрамы… Зубки… Ну, будут серебряные. Если накопят на лекарей. Золотом сейчас всё решается.

«Не всё, — горько усмехнулся легендарный колдун Тайрэн, в своё время владевший горами золота. — Кто тебя слышит, а кто нет, золотом не решается. Вот что главное. Уж поверь мне».

Она пошла следом, едва он подумал: «Идём!»

— Что ты нашла интересного в моих карманах? Дайс? Хочешь взять себе? Бери!

Не сбавляя шага, девочка вертела дайс в руках, пока не нашла единичку:

— Так упало — Хорн.

Потом нашла двойку:

— Так упало — Дэя.

Ингвар догадался:

— Жребий.

Она не знала такого слова.

— Загадываем имена, кидаем дайс, что выпало, такое и имя?

— Да.

— Ну, смотри… Нет, идея хорошая… Но это имя Лоа. Редко кто называется именами Лоа. Это…

Как объяснить кукле слова «претенциозно» или «вычурно»?

— Это слишком приметно. Слишком необычно. Привлекает внимание. Нам не нужно внимание. Мы с тобой должны быть незаметными. Как мышки.

— Незаметными…

Кукла посмотрела на Нинсона.

Сравнила свои лапти и его сапоги с серебряными застёжками.

Перевела взгляд с алого поварского наряда на трещащий по швам дублет. Потом на свою переделанную из рубахи тунику, на трижды закатанные рукава. Потёрла бритый череп, глядя на всклокоченную гриву пыхтящего Великана. Задрала голову, чтобы посмотреть в мучнисто-белое лицо человека, который будет на голову возвышаться над любой толпой.

— Незаметными… поняла.

— Молодец!

«Красные уши. Нормально. Научится ещё принимать похвалу. И “спасибо“ тоже научится. Переживёшь пока без благодарностей», — осаживал сам себя Ингвар.

— Мне нравится идея выбора с помощью дайса, — сказал он. — Хорошо для Мактуба. Понимаешь?

— Нет.

— Ничего. Я потом объясню. Лоа любят такое. Любят, когда доверяют судьбе.

— Я думаю. Мактуб любит. Когда с ним настойчиво. Настойчивость смягчает судьбу.

— Это тоже… С ним… Понимаешь, с ним…

«С судьбой, как с женщиной. Будь настойчивым, но внимательным. Будь сильным, но не дави. Дави, но не сильно. Слушай, но не верь. Верь, но контролируй. Прислушивайся, но не слушайся. Принимай всё как есть, а главное — всегда решай сам. Никогда ничего не проси». — Таро знал толк в обращении с женщинами и судьбой.

— Пока давай, бросай дайс, а ты заткнись.

Кукла застыла с остекленевшим взглядом.

— Клять! Да не ты. Отомри. Говори спокойно. Это я этому… неважно.

«Ну, типа того», — ворчливо согласился Таро Тайрэн, понимая, что именно такой ответ Нинсона лучше любого согласия подтверждал, что Великан усвоил урок.