Его дерзкий трофей (СИ) - Летова Мария - Страница 41

Чувствую его запах. Чувствую его дыхание на своём лице.

Тёплые мягкие губы касаются кончика моего носа. Моей брови. Моей скулы.

Так нежно.

Я плавлюсь от счастья и вздрагиваю, когда они касаются моих губ.

Сначала медленно. Спокойно. Прихватывают и выпускают. Потом снова прихватываю, и снова выпускают. Потом я чувствую его язык. Влажное касание на своей нижней губе. Давление, от которого сжимаю бёдра. Он раскрывает мои губы своими и проскальзывает внутрь, склоняя мою голову на бок.

— Ммммм… — тяну, жмурясь.

Рука на моей щеке напрягается, зарываясь в волосы на затылке.

Он находит мой язык своим и втягивает меня в восхитительный танец. Такой глубокий. Такой горячий.

Голова идёт кругом.

Ещё…



— Ммммм… — тянет Егор, шумно вдыхая через нос, и разрывает поцелуй, упёршись своим лбом в мой лоб. — Чего так долго? — спрашивает он устало.

— Ты скучал?.. — шепчу я, слушая его дыхание.

— Хотел уже сам звонить. Гулёна, блин.

Довольно улыбаюсь.

— Голодная?

— Угу.

Его пальцы щекочут меня за ушком. Наши лица так близко. Я не хочу открывать глаза. Мне так хорошо.

— Люблю тебя… — шепчу ему.

— И я тебя. — Отвечает он вдруг.

— Аааа?.. — распахиваю я глаза.

— Бэ. — Бросает Егор, проводя кончиком своего прямого аристократического носа по кончику моего дурацкого острого носа.

— Егор! — Требую, отстраняясь и заглядывая в его лицо.

— Че? — Ворчит он, беря мою правую руку в свою.

Разминает своими пальцами мой безымянный палец. Проводит ими вниз, потом вверх, разглядывая мою руку. Сосредоточенный и хмурый.

Моё сердце ускоряется.

Смотрю на наши руки. На его большую и мою маленькую.

Он лезет в карман шорт, не выпуская её, и достаёт оттуда…кольцо.

Вот так просто!

Берёт и надевает его мне на палец, делая глубокий вдох. Его грудь поднимается и опускается. Он прячет от меня свои глаза, наблюдая за собственными манипуляциями. Так внимательно, будто там конкурсное кино показывают! Очень упрямый на вид!

— Ты…кхм…ничего спросить у меня не хочешь? — требую, захлёбываясь воздухом.

— Не. — Отвечает этот нахал, протягивая руку и пристёгивая меня.

Спокойно врубает поворотник и плавно трогается, положив мою ладонь себе на бедро и накрыв её своей. Вернее, припечатав.

Я улыбаюсь, пряча лицо в волосах. Под моими пальцыми каменные мышцы его бедра. Над ними тепло его ладони.

Смотрю на гордый профиль, откинув голову на сидение.

Он смотрит вперёд.

Вытягиваю перед собой правую руку и растопыриваю пальцы.

— А…побольше камня не было?.. — спрашиваю его сипло.

— Боялся, что ногу отобъёшь. — спокойно бросает Егор.



Глава 37. Диана

— …после матча будет награждение, так что сиди и жди меня, — командует Егор, таща меня за руку по парковке СК. — Я сам за тобой приду. — Серьёзно объявляет он, закидывая на плечо здоровенную спортивную сумку.

Пытаюсь подстроиться под его шаги, глядя под ноги.

Звучит волшебно.

Я очень послушная.

Очень тихая и довольная.

На мне его майка. В смысле, одна из его маек. С его номером и фамилией (Диана Благова, я уже говорила, как мне это нравится?). Она мне почти по колено. Пришлось надеть под нее собственную майку и чёрные спортивные велосипедки.

Ему понравилось. Он капризничал, прося меня повернуться то задом, то передом, то боком.

Он сегодня вообще ворчливый. Я думаю, он волнуется, потому что сегодня его последняя игра в составе ЦСКА, с которым его многое связывает. Целые годы. Его волнение передаётся и мне. Я понимаю, как это важно для него.

Сегодня воскресенье.

Я уже два дня как помолвлена с самым потрясающим мужчиной на свете. Живу в его жизни. Сплю в его постели, окружённая им. Защищённая. Так я себя чувствую. В безопасности. Я не знаю, понимает ли он сам, что внушил мне это?

Кажется, его это не напрягает и не тяготит.

У него на голове красно-синяя бейсболка. У меня такая же. Насколько я поняла, по жизни мне придётся болеть не за клуб, а за одного единственного игрока, потому что менять он их будет часто.

Я сказала по жизни?

О, даааааааааа!

Мы же вместе. «Мы» — это мой кулак, прокачанный на двести процентов за счёт его кулака.

— Дашь мне автограф?.. — кокетничаю, пока Егор пропускает меня вперёд, придержав дверь рукой над моей головой.

— Если ты со мной трахнешься. — Совершенно спокойно бросает он, глядя перед собой и кивая охранникам в будке.

— ЗА АВТОГРАФ?! — изумляюсь я, выворачивая голову.

Ну и расценки!

— А чё? Я на дороге не валяюсь. — Подталкивает он меня к вертушке.

— Обойдусь. — Фыркаю, протискиваясь через металлический турникет.

Егор проходит следом, подняв вверх свою сумищу.

Жду его, осматриваясь.

В коридоре пусто, эхо его шагов растекается по стенам и потолку.

Он подходит ко мне и опускает сумку на пол. Переворачивает мою бейсболку козырьком назад и кладёт ладони мне на плечи. Поднимаю подбородок, глядя на него, и вспоминаю день, когда оказалась в этом коридоре впервые.

Тогда он даже не взглянул на меня, чем сильно разозлил. Он был с отвратительной Рыжей Светой. Они были близки в тот день?

О, заткнись!

Кладу руки ему на грудь и встаю на носочки.

Егор приседает и обхватывает мою талию руками, прижимая к себе. Вытягиваюсь вдоль его тела. Мои ноги болтаются. Обнимаю его шею и прижимаюсь носом к его щеке.

Делаю глубокий шумный вдох.

Она гладковыбрита и пахнет кремом для бриться. Он трётся своим носом о мою щёку и тоже вдыхает.

Растекаюсь в улыбке.

— Наваляй им там…трандюлей… — напутствую ему, целуя тёплую кожу под своими губами.

Егор тихо смеётся, зарываясь лицом в мою шею.

— Это не хоккей, Цыплёнок.

— ДА?! — кривляюсь я. — Хорошо, что сказал…

Егор опускает руку и сжимает ею мою попу в наказание. На самом же деле мы оба теперь в курсе, что это моя эрогенная зона. Ему достаточно вот так помять её, возможно пару раз поцеловать мои губы и нагло пошарить у меня во рту языком, и я уже хочу его. Потея, краснея и намокая.

— Уже заводишься? — юродствует он, щекоча своей улыбкой мою кожу.

Это ужасно, когда кто-то знает твои слабые места.

— А ты?.. — Спрашиваю любезно, надавливая бедром на его пах.

Блин.

У меня самой от этого по животу пронёсся ветерок и дрожь.

— Поаккуратнее… — ворчит мой любимый мужчина, бодая меня своим носом. — Совсем ты распустилась.

— В смысле, стала распутной?

— В смысле, можешь по жопе схлопотать.

Дую губы, заглядывая под козырёк его бейсболки, чтобы он это видел.

Его губы улыбаются. В уголках глаз собрались морщинки.

Когда он улыбается, я залипаю.

Смотрим друг другу в глаза.

Слышу, как хлопнула входная дверь и смотрю на неё поверх его плеча.

Два огромных парня проходят через турникет.

Один огромнее другого.

Они болтают, но замолкают, когда видят нас. Егор ставит меня на ноги и оборачивается. Они косятся на него настороженно. Оба. Хмм…что за дела? Смотрю на своего армейца. Он теряет к ним интерес и возвращает его мне.

Убирает пальцем повисшую на моей реснице волосинку и спрашивает, заглядывая в моё лицо:

— Сама дорогу найдёшь?

Послушно киваю.

— Там сегодня будут мои родители. — Сообщает он шокирующую новость. — Я вас после игры познакомлю. Пока тихонько посиди и не высовывайся.

Ого…

Его родители…

Я наслышана.

Начинаю волноваться.

Он опускает голову и оставляет на моих губах лёгкий поцелуй. Обнимаю его щёки, чтобы он поцеловал ещё.

Не хочу его отпускать…

Ещё секундочку.

Мы провели вместе два дня и ни на минуту не расставались. Ну, кроме его тренировок, но он уезжал на них рано утром. Вчера вечером катались на мотоцикле, позавчера были в дорогущем ресторане. Я думала, нас не пустят туда в кроссах и спортивках, но нас пустили. Я ела седло барашка, просто потому что мне всю жизнь было интересно, что это такое, а Егор ел какой-то замудрённый шефский стейк. Потом мы плавали на теплоходе. Он усадил меня к себе на колени и лапал весь прогулочный час. И мы всё время целовались, поэтому я мало что увидела. А потом до полуночи занимались сексом, после которого он нагло вырубился, потому что у него режим.