Служанка колдуна (СИ) - Мор Дэлия - Страница 49

— Мери? — удивился приказчик. — Она ваша сестра?

— Нет, — я бросила на Питера быстрый взгляд и решила соврать. Вернее, сказать полуправду. Я не знала, сколько можно рассказать человеку, проникшему в чужой дом, чтобы раскрыть тайны его хозяина. —  Мередит — экономка в замке. 

— Важный человек, — кивнул он. — Соболезную вашему горю. Потерять мать — тяжёлый удар. Она тоже была колдуньей? Ох, простите. Если я слишком любопытен и позволяю себе бестактность, вы можете не отвечать. 

— Ничего, — постаралась улыбнуться я. Но говорить о маме всё же было трудно. Последние дни её жизни отпечатались в памяти, словно мне нельзя было забыть ни слова. Она много рассказала перед смертью. Дала наставления. — Да, она была магом. Но отец, кажется, смертный. Так что чистокровной колдуньей я себя назвать не могу.

— Во мне вообще нет ни капли дара, — с грустью в голосе сказал приказчик. Но потом будто бы отвлёкся на другую мысль. — Говорят, наша аристократия потеряла право так себя называть. Среди лордов ни одного колдуна. Тем удивительнее, что господин Мюррей унаследовал дар от деда. И ещё удивительнее, что нашёл ученицу. Ваши предки были знакомы?  

— Наверное. Магов всегда было не очень много, — я нахмурилась. — Бабушка предполагала, что скоро аристократы с даром перестанут появляться на свет. Но магия всегда найдёт дорогу к своим наследникам. Если род достаточно древний, то даже через три-четыре поколения в нём может родиться одарённый ребёнок. Возможно, появление Альберта Мюррея — знак, что скоро лорды вновь обретут колдовскую силу. 

Ох, насочиняла. Половину слов родительниц переиначила, но Питеру не догадаться. Он ведь ничего не смыслит в магии. Можно сказать, что на заднем дворе замка ходят восставшие мертвецы — приказчик поверит. Врать неприятно, но ничего умнее в голову не пришло. 

— Жестокая будет делёжка власти, — поморщился господин Монк. — Много крови прольётся. Новые аристократы захотят уничтожить прежних. Ваши дети, например, или внуки. Но я снова вынужден извиниться. Неподобающая тема для ужина. Предлагаю выпить за исцеляющую магию. О, если бы все колдуны использовали свой дар именно так и не иначе. 

— Умей колдуны только исцелять, нас точно уничтожили бы, — меня едва не передёрнуло от мысли о подобном.

Да, лечить больных — прекрасное и достойное дело. Но как быстро алчные аристократы поняли бы, что маги не могут за себя постоять? Надели бы на одарённых кандалы, построили бы башни. Чтобы мы занимались своим лекарским делом днём и ночью, а главное — думать не смели о власти. Нет, я слишком хорошо помнила свою беспомощность. А ведь трактирщик — не самый страшный вариант. Мередит нарассказывала историй о жестокости людей, чтобы научить внимательности. 

— Я готов взять вас под полную опеку, — неожиданно предложил Питер. — Защищать от алчных аристократов, нестандартных методов вашего учителя и необходимости разучивать боевые заклинания. Но не думайте, что бескорыстно. Я — деловой человек, и хорошо понимаю цену вашим способностям. Исцеляющее зелье способно озолотить целый город. Но! Только если грамотно наладить производство и продажу. Лицензия — это ещё не всё. Вы же не будете открывать лавку прямо в замке. А земля в городе дорого стоит.

Ах, вот о чём речь. «Деловой человек». А я-то глупая нафантазировала себе невесть что. Таяла от его взглядов, улыбки. На постоялый двор примчалась, рискуя разозлить Мери и получить нагоняй от господина Мюррея. Спустилась с небес на землю, да. Питер Монк — не хозяин трактира, но ему тоже от меня нужна отнюдь не любовь. Деньги. Аж неприятно стало. Обидно.   

— Защищать меня от учителя всё равно, что лишить возможности колдовать. Я чуть ноги в кровь не истоптала, чтобы найти его. Видите ли, в Кранге совершенно не осталось магов. До слухов о возвращении господина Мюррея я вообще считала себя единственной и думала, что ничему больше уже не научусь. 

Высказавшись, я положила нож и вилку на тарелку и сделала небольшой глоток вина. Обида не проходила, но я старалась задвинуть её подальше и услышать голос разума. Теперь такой трюк давался легче, чем в замке во время наших первых встреч. Сейчас Господин Монк говорил то же, что и чиновники из гильдии. Кроме хороших зелий и лицензии, нам понадобится учесть вещи, в которых мы ничего не понимаем. Питер не смыслит в магии, а мы в торговле. И, если в продаже продуктов Мередит разберётся, то аптекарское дело должно быть сложнее, не так ли?

— Что вы хотите предложить, Питер? — я, наконец, справилась с собой и набралась смелости спросить. — Работать вместе и делить прибыль?

— Да, — ответил он, прожевав кусочек мяса. — Вы будете варить зелья, а я за небольшой процент с продажи арендую лавку, закуплю ингредиенты и напишу письма своим знакомым. Буду отчаянно нахваливать не только исцеляющее зелье, но и другие чудеса, созданные вашими руками. Так мы найдем первых клиентов. Потом разделим золото, продлим аренду, я куплю новые ингредиенты и напишу ещё пару десятков писем. Аптекарское дело строится с нуля примерно так. 

— Вы хотите взять на себя всю организацию, — повторила я суть его предложения, стараясь настроиться на деловой лад. — Насколько «небольшой процент» возьмёте себе? 

— Двадцать. И я сразу хочу уточнить, что стоимость ингредиентов и арендная плата идут отдельно. В моих интересах экономить наши деньги, чтобы получать прибыль. Иначе вам будет нечем со мной делиться. 

— Мне нужно подумать, посоветоваться с лордом Мюрреем, — ответила я после небольшой заминки. — Лицензию оплатил он, ему решать, как мы будем вести дело.

— И вы думаете, он одобрит союз с проходимцем, забавшимся к нему в кабинет через окно? — в глазах Питера заблестели лукавые искорки. — Анабель, я не зря предлагал вам защиту в том числе от него. Вы можете учиться, но полностью зависеть от Альберта Мюррея не обязаны. Если вопрос во взносе за лицензию, то я его компенсирую. Подумайте о своём будущем. Обучение закончится, а собственная аптека будет кормить вас всю жизнь.   

Нет, по правде говоря, я думаю, что он намылит мне шею за то, что я вообще вас слушаю. Скажет, что глупо было соглашаться на «свидание», а Мери добавит: «Видишь? Я же говорила, чтобы ты не доверяла ему!»

— Обучение может длиться ещё лет двадцать, — я улыбнулась, по-своему наслаждаясь шоком приказчика. Готова поспорить на свою книгу рецептов, он ни за что не отгадает, сколько мне лет. — За это время я успею десять аптек открыть. А доверие единственного колдуна, способного чему-то меня научить, вернуть уже не смогу. Нет, Питер. Мой учитель разумный человек. Если он сочтёт ваше предложение интересным, я с удовольствием поработаю с вами. А если нет, значит, у него есть другой план, как вести дела.

Конечно, он был разочарован ответом, но вида не подал. Допил вино из кубка и медленно проговорил:

— Я умею отличать вежливый отказ от дипломатичного «я подумаю». Но не спешите сжигать мосты, Анабель. Моё предложение будет оставаться в силе как минимум до суда за наследство. Пока я здесь. Других причин ставить такой срок просто нет. Потом, если ваше «подумаю, посоветуюсь» не превратиться в «да», я уеду. Признаюсь, вы мне симпатичны. Настолько, что я после недвусмысленного обещания «удавлю, щенок, если ещё раз увижу» от Мюррея не теряю надежды наладить с вами отношения. Почему? Пусть ответ не покажется вам слишком идеалистичным, но я хочу отблагодарить за спасение своей жизни чем-то большим, чем брошь с бриллиантами. Подарить вам своё дело. То, от чего ваши глаза сияют ярче звёзд. 

— А заодно заработать на чужом таланте? —  я не выдержала. С головой выдала обиду и расписалась в неравнодушии. Не могла слушать, как нравлюсь господину Монку, а в голове держать мысль, что он лжёт. Питер ведь смотрел прямо в глаза, улыбался будто бы искренне. Неужели, кто-то будет обманывать о собственных чувствах? — Бессмысленно говорить о симпатии, если на уме одни деньги. 

Приказчик поморщился, словно я ударила его наотмашь. Так же хмурил брови, когда терпел невыносимую жару, скорчившись на каменном полу в подвале замка.