Служанка колдуна (СИ) - Мор Дэлия - Страница 19

Через пару часов меня разбудил голос Нико. Брат пришёл к замку, как условились, а во двор попасть не смог. Разлом в стене затянулся. Теперь для приёма гостей оставались главные ворота, но с их механизмом я бы сама ни за что не справилась. Слишком тяжелый, да и ржавый. Не провернёшь. Проще ходить через крошечную калитку для слуг. Проклятье, нужно было сказать о ней Нико!

— Ме-ре-дит! — раздавалось на всю округу. — Ме-ре-дит!

Святые предки, что ж он так орал? Карфакс спал не больше моего. Сейчас рассвирепеет и не глядя жахнет в окно магией. Достанется брату. Ладно, если заклинанием щита на землю опрокинет, а вдруг огонь пошлёт? Ох, пора бежать.

Платье я и в лучшие времена не могла быстро надеть, поэтому плюнула на приличия, запахнула халат и рванула по лестнице вниз. Нико успел охрипнуть, пока я считала повороты в коридорах, но к счастью не пострадал.

— Не ори, — зашипела я, открывая дверь, и вышла из стены в десяти шагах от брата.

— Мередит, — повторил он не намного тише. — А я думал, ты меня кинула с золотом. Принимай работу.

— Сюда иди! Я предупреждала, что дело секретное…

— Ну ты спать, — Нико добрался до меня вразвалку и по дороге пнул пару камней. Хулиган малолетний. Совсем его мать распустила. — Мы там всей толпой переживаем, как «Мери упахалась в замке», а ты…

— А я тебя за уши оттаскаю…

— Ещё и в халате…

— Нико!

— Ладно-ладно, по лицу вижу, что легла недавно. Вон вся опухшая. Я тоже ночью не спал. Есть, что рассказать, пойдём.

Брат за мгновение стал серьёзным. Почесал в затылке, огляделся по сторонам и юркнул мимо меня в калитку.

Я отвела его на кухню. Во-первых, кухня была по-прежнему самой обжитой комнатой во всех дворовых постройках, а во-вторых, завтрак сам себя не приготовит.

— Рассказывай, — велела я, надев поверх халата фартук и взявшись за нож.  

— Сначала я сидел тихо, — Нико облокотился на стол и хмуро следил, как я шинкую овощи. — Аккурат до первой звезды не высовывался из кустов и боялся, что от зевоты свихну челюсть. Уже слёзы из глаз катились. Ну ты знаешь, как бывает. Занудные бабушкины наставления вместе со мной слушала.

— Ага, помню. Ты есть будешь? Каша со вчера осталась. Она не хозяйская, не волнуйся, специй я не сыпала. Холодная только.

— Сойдёт. Буду.

Нико с радостью уселся на табурет и шумно пододвинулся к столу.

— Горох положить?

— Он лущёный, что ли? Давай я сам с грядки нарву, если можно. Жалко твой труд.

— Ешь, — улыбнулась я, сервируя стол. Кашу поставила прямо в кастрюле, положила ложку, два ломтя хлеба и отдельно поставила миску с колдовским горохом. Нельзя Нико на огород. Он там такое увидит, что сразу о призраке в заброшенном доме забудет. — Ешь и рассказывай.

Брат прекрасно умел делать и то, и другое. Пока стучал ложкой по тарелке, в красках описывал каждый шорох и писк полевой мыши.

— Пару раз помянуть тебя недобрым словом успел, Мери. Думал, ты поиздеваться надо мной решила. Голяк же полный. Но тут фонарь вдалеке показался. Призрак, ити его за ногу! Белый-белый, тощий-тощий и воет хуже зверя лютого. Я аж проверить полез — не наложил ли в штаны со страху? Так трясся, что кусты качались. Призрак подплыл ближе, ещё ближе…

— Не томи, Нико, уже мне страшно.

— Да баба там была. Девица. Шла и рыдала, а мне чудилось, что выла. Рубашка рваная на ветру развевалась, волосы летали. Ты хоть халат надела, а она в исподнем по пригорку шла.

— Ох, мамочки, поругалась с кем-то? Ты её узнал?

— Нет, она точно не из наших. Была бы Лиза или Клара какая-нибудь — плюнул и убрался восвояси, но она чужая. Тащила ещё в руках комок чего-то тёмного. Я сколько не приглядывался — не понял, что такое.

Нико доел кашу и взялся за горох. Пока пережёвывал его тщательно, я думала.

Уж не моя ли это знакомая из трактира? Одежду на ней хозяин порвал, это точно. В руках она могла платье нести, а рыдать из-за случившегося. Неужели хозяин очухался и закончил начатое? Мерзавец!

— Дальше что было?

— Да ничего, — Нико пожал плечами. — Почти. Она в дом зашла, и тут я понял, откуда взялся призрак. Фонарь. Но мы ж не дураки, чтобы не признать его всей деревней, правда? Хотя за Ганса я бы говорить не стал. Так вот был фонарь, обычный, жёлтый, а стал синий. — Брат руками показал, будто моргает. — Шморг, шморг и ага. Зловеще так, аж жуть. Если б я девицу не заметил, точно бы обгадился от ужаса. Она ж выть опять начала. Ау-у-у.

— Понятно, — я сложила овощи в миску и села на второй табурет. Синяя тряпка на фонаре и плачущая девушка всех напугали. — Больше к дому никто не приходил? Мужчины какие-нибудь? Стражники?

— Нет. Она ж мне спать не давала своими страданиями. Я только харю сплющу, как «Ау-у-у-у-у. Хлюп, хлюп». До утра промаялся, но больше никого не заметил. Одна она там. Если хочешь, вторую ночь просижу, — Нико улыбнулся, — за отдельную плату.

— Нет, — я достала золотой из крынки и протянула брату. — Спасибо, ты очень помог.

Монету Нико вынул из моих пальцев очень осторожно. Повертел её, поразглядывал, потом хмыкнул и спрятал в карман.

— И всё-таки поговори с колдуном. Девица не из наших, спектакль с изгнанием призрака может выгореть. Я бы помог. Поговорил с ней, например, чтобы вы не светились.

— Ловкий какой, — поддела я брата, — призрак увидел, чуть в штаны не наложил, а теперь вперёд повозки с лошадью бежишь?

— Да не опасная она. Обычная девчонка. Бросил её кто-то, обрюхатил, наверное, вот ей домой и стыдно идти.

— Много ты понимаешь.

За «обрюхатил» я хотела отвесить подзатыльник, но брат увернулся. А мысль стоящая. К колдунам раньше ходили не только за магическими артефактами, но и чтоб дитя неугодное в утробе извести. Но тогда я не понимала, как не-леди оказалась в комнате хозяина трактира. Обманутые девушки долго мужчин стороной обходили. Всеми правдами и неправдами старались держаться от них подальше. А эта настолько глупа, что дважды на одни грабли наступила? Нет, так не бывает.

— Домой иди, — велела я брату. — В следующий раз если позову, то двор мести или дрова колоть. К призраку больше ни ногой. Понял?

— Ну, Мери, ну не трусь!

— Иди, я сказала! Маму поцелуй, Клауса, Грету. И выспись, как следует.

— Тебе тоже надо, — Нико встал из-за стола и порывисто меня обнял, — сестрёнка.

Я махнула рукой ему вслед. Дорогу из замка брат и без подсказок нашёл.           

С завтраком провозилась долго. Успела переодеться, приготовить три блюда, позволить им остыть, а ноги по-прежнему не хотели нести меня к колдуну. Со двора я видела башню с хозяйской спальней. Окно Карфакс не открывал, занавески не раздвинул и вообще будто бы не просыпался. Может, заболел? Да нет, вчера здоровым выглядел. Даже слишком. Я до сих пор краской стыда заливалась, стоило вспомнить, как рукой прикрывался. Надо же было настолько помолодеть, чтобы разглядеть во мне женщину. С одной стороны, это приятно. Вчерашняя паника ушла, утром я посмотрела на приключение с водой другими глазами. Даже воспоминания изменились. Теперь вместо собственного «Что я натворила?» звучал шепот Карфакса. Его низкий голос с совершенно мужскими нотками. Одно имя, «Мери», а у меня волна дрожи по телу пробегала. Но с другой стороны, всё, что я чувствовала, мне запрещалось.

Как теперь работать? Всю жизнь от колдуна в замке прятаться? Молча носить ему еду, подгадывать время для уборки? Воровать из комнаты письма, написанные городскому главе? А про заброшенный дом, Нико и призрака как рассказать? Чёрт с ним, с признанием о магическом представлении в трактире. Карфакс сам решил поведать всему миру, что он колдун. Но задание обеспечить встречу с не-леди никто не отменял. Как о нём доложить? Брать перо и бумагу? Читать-то я худо-бедно умею, а пишу отвратительно. Да и Карфакс обидится. Я его избегаю. Намеренно. Ни одному мужчине такое не понравится. Колдун уже на меня злится. Вон из комнаты так и не вышел. Хотел, чтобы я вчера осталась рядом с ванной?