Восход Авроры (ЛП) - Кауфман Эми - Страница 57

— ТРЕВОГА, — раздается по громкой связи. — ТРЕВОГА. ВСЕ ВЫЛЕТЫ С МИРОВОГО КОРАБЛЯ ПРИОСТАНОВЛЕНЫ ПО ПРИКАЗУ КАССЕЛДОНА БЬЯНКИ ДО ПРОВЕДЕНИЯ ПОИСКОВЫХ РАБОТ. ПРОСИМ ВАС ЗАГЛУШИТЬ ДВИГАТЕЛИ..

— Держитесь за свои штанишки, детишки! — Кричит Кэт.

Она врубает двигатели на полный, стыковочные зажимы визжат, пытаясь удержать нас. Но с мощнейшим взрывом, сотрясаемой кости дрожью и скрежетом металла, мы устремляемся в черноту, и Мировой Корабль остается лишь в нашем кильватере. Меня по инерции вдавливает в кресло, и на мгновение, мне становится трудно дышать. А потом я вспоминаю, как сильно мне повезло, что я все еще могу дышать.

Мы вырвались.

У нас получилось.

Я оглядываю всю свою команду на мостике. Отряд 312. Сборище неудачников и социопатов с проблемами в дисциплине; эти отбросы были никем в Академии Авроры, и никто не хотел с ними связываться. И вдруг я осознаю весь масштаб того, что мы только что провернули. Думаю о том факте, что буквально каждого из них я попросил войти в пасть к зверю, просто поверив в меня. Правда в том, что никто из них даже глазом не моргнул. И они не просто вошли.

Они влетели.

Аври свернулась калачиком в дополнительном кресле, прижавшись подбородком к коленкам. Она вся в синяках, уставшая и окровавленная, но в ее глазах новый огонь. Она сжимает кулаке Триггер, глядя на него так, словно это ответ на все её вопросы.

Кто я?

Зачем я здесь?

Ради чего это всё?

И теперь, когда он у нас в руках, я не могу не задуматься об этом. Знаю, что мы лишь часть чего-то большего. Чему уже больше двух сотен лет. Может, даже больше. Что — то, о чем руководство Академии знало еще до нас. Что, о чем также знает ВРУ. Мы словно пешки, которые передвигают с клетки на клетку. И я стараюсь изо всех сил, но все равно не вижу остальную часть доски. Но вам ведь не доводилось на протяжении пяти лет обучаться в военной академии не научившись стрелять из пушки или даже из двух.

И если эта штука в руках Аври Триггер..

Тогда где Оружие?

И для чего, черт возьми, это оружие?

Часть 3: Сердце Черной Дыры

25

Аври

Мы вошли в Складку десять минут назад, и с тех пор никто не произнес ни слова. Цвета монохромные, черно-белые с оттенками серого. Из волос Скарлет исчез весь огонь, а угольно-черные волосы Зилы туско-серые теперь.

Корабль скользит, как по маслу, а я сижу на одном из длинных сидений в задней части мостика. Тяжесть Триггера покоится в моих руках. Каждая частичка меня просто стонет от боли: от зубов до кончиков пальцев, но несмотря на то, что голова кружится от усталости, я все еще жива. Не только от адреналина в крови, но и от ощущения того, что я на верном пути. Не знаю, куда меня все это приведет… не знаю, что будет дальше… но у меня возникает непреодолимое ощущение правильности от происходящего, я все делаю так, как и должна.

Должна? Но по чьей указке? И какова причина?

Если я и дальше буду следовать этим путем, смогу ли я узнать, что стало с отцом и остальными на Октавии? Смогу ли узнать, почему собственное правительство хочет избавиться и от меня тоже?

Неужели я узнаю, что я такое?

Опускаю взгляд на статуэтку в руках, проводя пальцами по поверхности. Она выглядит старой, потертой от времени. В руках ощущается так, словно ей там самое место. Но я понятия не имею что с ней делать.

Тайлер первым нарушает тишину, отстегивая ремни и поднимаясь на ноги. Он все еще в костюме, черная ткань порвана и далека от моды.

— Нам нужно решить, куда мы отправимся дальше, — говорит он. Он замолкает, оглядывая мостик. Усталые лица выживших членов Отряда 312 Академии Авроры. Губы изгибаются в оной из тех улыбок с ямочками, которые так хорошо у него выходят. — Я хотел сказать, — он исправляется, — это было невероятно. Я горжусь тем, что служу с вами, каждым в отдельности.

Это правильные слова. Я вижу, как каждый член отряда выпрямляется, после его слов. А Фин звучит также как и всегда, когда отвечает.

— Спасибо, Золотой Мальчик. Но ты прав. Нам нужно понять, куда двигаться дальше, иначе в нашем распоряжении будет все время мира. Ни за что на свете не хочу отбывать срок с такими, как вы, негодяями.

Кэт отвечает, не поворачивая головы, хотя мне очень бы хотелось увидеть ее лицо.

— Вынуждена признать, что кое-какая навигационная наводка мне бы не помешала.

Я открываю рот, но сразу же закрываю, опуская взгляд на Триггер в руке. На штуковину, ради которой мы все рисковали жизнями. Все смотрят на меня, кроме Кэла, конечно же, который настойчиво продолжает меня игнорировать. Но я ощущаю, как все на корабле выжидающе смотрят на меня.

Я понятия не имею, куда нам направиться. Зила спасла меня от ответов, отстегнув ремни и поднимаясь на ноги.

— Я займусь медицинской помощью, — произносит она совершенно спокойным, что и всегда голосом, словно не она совсем недавно помогла разобраться с шестерыми Челлерианцами, которые в три раза больше ее, а до этого подорвать гравитацию на космической станции. — Скарлет, не могла бы ты достать припасы? Нам мы не помешало поесть. И всем нужно переодеться.

Идея еды всех воодушевляет. Так что по обоюдному согласию возникает пауза, во время которой Близнецы Джонс берутся раздавать пакеты с сухпайками. Мне достается Несвинная Запеканка и Яблочный Пирог! Не уверена о чем беспокоиться больше: то что запеканка Несвинная или то что Пирог с восклицательным знаком. Встряхиваю, ощутив, как упаковка начинает нагреваться, а потом разрываю по линии отрыва.

Знакомый звуковой сигнал доносится из кармана.

— ТЫ ЖЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ТАМ НЕТ НИЧЕГО ОБЩЕГО СО СВИНИНОЙ И ЯБЛОКАМИ, ДА?

Подозрительно сощурившись, я подозреваю, что Магеллан прав, но все равно пожимаю плечами и принимаюсь жевать.

— Тай, нам нужно поговорить, — произносит Скарлет.

— Охо-хо, — отвечает Тайлер с полным ртом. — За всю историю человечества ни один разговор, который начинался этими самыми словами, не заканчивался хорошо.

Зила стоит рядом с Фином, обрабатывая порезы у него на лице.

— Нас следует обсудить то, что мы увидели в квартире Дэриэла. Эта информация может повлиять на наше следующее решение.

— Почему? — Спрашивает Кэт, переводя взгляд между ними. — Что вы там увидели?

Низкий голос Кэла раздается рядом со мной.

— С агентами ВРУ что-то не так. Как только Зила и Скарлет сняли с них униформу, мы сразу это поняли.

Тайлер оглядел всех.

— Не так? Не хотите объяснить поподробнее?

Скарлет выкладывает всё начистоту, прям как Рыбные Клёцки.

— Не думаю, что мы захотим об этом рассказывать. Лучше покажем.

На ней все еще серая униформа ВРУ, расстегнутая на шее, она вынимает из лифа платья юниглас, направляет на голографический экран центрального дисплея, затем щелчком пальца отправляет на него фото. Изображение скользит по экрану, занимая место последних показаний о нашем местоположении, и весь отряд умолкает.

Кэт заговорила первой, причем таким голосом, каким я никогда не слышала.

— Срань Господня.

На фото женщина — человек. Вероятно ей слегка за тридцать, хотя по ней так сразу и не скажешь. Она мертва, щеки ввалились. Рот слегка приоткрыт, кожа безжизненно серого цвета. А вместо правого глаза. растение? Напоминает суккулент, которые так любила выращивать моя мать. Толстые, сочные, ромбовидные листья растут из глазницы, не больше ногтя большого пальца. Они потускнели, их оттенок совершенно не соответствует цвету кожи, по ним проходит узор из вен. Правую сторону лица покрывает мох. Он похож на мягкий пушок, и закрывает большую часть лба, облепляя правую щеку, и еще ниже, скрываясь под черной майкой. Те же темные вены, что испещряют листики растений, покрывают ее кожу, словно паутина. Ее кожа напоминает камень, прямо на котором растут муж и растения. Не удивительно, что Кэл сказал, что здесь что-то не так. В глубине души я знаю, что никогда прежде не видела ничего более отвратительного. Это грубо, неуместно, но я лишь ощущаю, как каждый нерв в теле звенит от напряжения, а позвоночник показывает от паники.