Смертельное попадание (СИ) - Ибис Александра - Страница 29

Ключик в моей ладони нагрелся. Я поспешила спрятать его в карман брюк, вдела петлю «крышечки» кармана в пуговицу и накрыла рукой место с подарком. Стало немного спокойнее, но необходимость объясняться с Ансором казалась страшнее, чем просто смерть от его руки. Объяснять тому, кто столь нежно меня касался, что та, кого он считает своей истинной – чудовище… Настоящее, убившее волка чудовище.

- Мой тебе совет, мелкая, - наблюдая за мной, произнесла Тея. – Не спеши снова убегать. Не знаю, почему ты это делаешь, но могу судить по тому, что видела тогда, когда твой наследничек тебя ждал: ты ему нужна. Очень. И сейчас он послал за тобой гвардейца, которому, по слухам, доверяет больше всего. Не отказывайся от такого защитника.

- А если он станет моим врагом, когда узнает то, что я скрываю? – мой голос дрожал.

- Тогда убежишь, возможность у тебя есть, - волчица пожала плечами. – Задай себе другой вопрос: готова ли ты жить в постоянном страхе, без любви и друзей, и умереть одна? Готова ли постоянно думать о том, что могла бы быть рядом с тем, кто дорог?

В этих словах была её боль. И моя. Сердце заныло: «Говорят, они рождаются, чтобы однажды встретиться и никогда не расстаться, и судьба делает всё возможное, чтобы сталкивать их снова и снова, если вдруг их дороги расходятся. Им хватает взгляда, чтобы ощутить, как что-то немного изменилась в них. Они быстро чувствуют влечение друг к другу. Быстро влюбляются. Их мысли никогда не оставляют друг друга надолго». Мягкий голос Ансора отдавался в ушах, перемешивая страх с желанием вновь его увидеть. Ох, до чего печальная сказка! Значит, я действительно его истинная…

***

- Довольно смело с вашей стороны, королева-мать, - оглядев меня заинтересованным взглядом, заключил Дирлих ашара Кризейл, поворачиваясь к Селене Арангарат, расположившейся в кресле с высокой спинкой и позолотой, вторым по размеру в тронной зале.

Как я отметила ещё в первый свой визит в Люпинию, замок оборотней не отличался чрезмерной роскошью и размерами. Самым большим помещением была тронная зала, расположенная на первом этаже, но даже она была загнана в пределы невысоких потолков и скромного убранства, в котором преобладало дерево. Одну стену составлял рядок высоких окон, от пола до потолка, и они выходили в лес. Я видела, как за стеклом пробегали массивные фигуры, покрытые шерстью, и невольно сглотнула слюну, увидев серого волка, который мельком глянул в залу своим жёлтым глазом. Мне вспомнился тот, что напал на меня по прибытии, в носу защипало, словно я вот-вот почувствую запах гари. Рвотные позывы удалось сдержать, но скрыть бледность и болезненность – нет.

Бабушка ободряюще мне улыбнулась, а по губам стоящей за спинкой её стула женщины, время от времени бросающей на королеву-мать недовольные взгляды, скользнула противная улыбка. Сверкающая в тёмно-рыжих густых волосах золотая диадема с красивыми синими камнями, предположительно, сапфирами, выдавала в ней королеву Оланту.

Я не знаю, как выглядела Евгения, но в случае с этой женщиной король Сиграль, сидящий на более роскошном стуле, троном я бы это не назвала, рядом с матерью, явно повёлся на красоту. Оланта была первой волчицей в Люпинии из мною виденных, которая носила платье. Шифоновое, белое, вышитое золотыми звёздами и полумесяцами. Платье так и кричало: я – королева. Но вместе с тем, оно ей шло. Её волосы на его фоне казались красными, яркими, привлекающими внимание. Она была худой, скорее леди, чем воительницей, её губы виделись чувственными, но взгляд жёлтых глаз… стоило нам пересечься, я ощущала спиной её ненависть. Однако вот она перевела взгляд на короля, и её низкий для женщины, но завораживающий голос приятно влился в наши уши, а глаза потеплели, словно Оланта была доброй, кроткой и заботливой:

- Я думаю, нам не стоит задерживать наших гостей. Леди Линаина совсем бледна, возможно, ей нужна помощь магически одарённого целителя, - она стрельнула глазами в мою перевязанную руку, которая даже с мазями и регенерацией не хотела заживать чудно быстро, словно моё тело наказывало меня за содеянное. – То происшествие… так страшно.

- Какое происшествие? – напрягся Дирлих, а вместе с ним и король с королевой-матерью. Прежде чем Оланта сказала что-то ещё, Селена возвестила:

- Девочка неудачно упала на ограду в саду.

Королева, смотрящая на мужа, кивнула ему и добавила:

- Это было ужасно. Никому бы не пожелала проткнуть руку железом насквозь.

И чего она добивалась? Я побледнела ещё сильнее, вспоминая, как на самом деле была получена моя рана, и тошнота подкатила с новой силой. Разве Оланта не должна хотеть скрыть свою ошибку? Ведь это её волк напал на невесту принца демонов, нарушив Соглашение. Неужели ей действительно хочется войны между странами? Её и так многие подозревают. Но ведь прямых доказательств-то нет! А король ей едва ли не в рот заглядывает. Или не столько в рот, сколько ниже. А может, она и не собиралась ничего говорить. Просто кольнула меня больно. Наверняка Оланта бы и сама соврала что-нибудь, как королева-мать. Если эта женщина действительно такая умная змея, как подозревает Селена. Да хотя почему если… змея она! Она бы не стала так себя подставлять. Гадина просто захотела сделать мне больно за то, что я убила одного из её сторонников, не сказав ничего прямо, но зная, что я всё пойму.

Мне окончательно стало дурно. Прежде, чем меня вытошнило прямо в тронном зале, ко мне подскочил Дирлих и, обхватив за плечи, открыл ключом портал. Ни дальнейшей дискуссии о своеволии бабушки, взявшей меня под защиту, ни прощаний.

***

Стремительное перемещение полностью добило мой слабый организм, и едва мы отпружинили, тем самым оказавшись на месте, я рухнула на колени и извергла желчь. Учитывая то, что я ещё не завтракала и почти ничего не ела вчера, это было неудивительно. Пучок Тея сделала хороший: волосы не распустились и не мешали мне пачкать каменный пол.

Хотелось лечь и вновь потерять сознание. Ни о чём ином я не мечтала.

- Ну-ну, поднимаемся, леди, - как-то одновременно и весело, и успокаивающе произнёс Дирлих, помогая мне встать. Мы оба понимали, что ничего весёлого тут не было. – Я думал, тебе только единожды не повезло, когда ты с нами столкнулась, а ты, оказывается, по жизни такая… везучая.

Гвардеец принца, по его намёкам, испытывающий ко мне симпатию, извлёк из кармана платок и вытер мне рот.

- Ты так прямо говоришь о том, что встреча с твоим принцем была моим несчастьем… Какое неуважение к своему правителю! – не знаю, быть может, это была магия, но я не боялась Дирлиха, когда он находился рядом со мной и вот так располагающе беспечно улыбался. Хотя, что со мной такое? Чуть больше двух месяцев в магическом мире, и обычную человеческую привлекательность я списываю на магию. Человеческую, ха! Демоническую.

Кстати об этом…

- Давно хочу спросить… почему у тебя такие глаза? – я подняла голову, чтобы прямо посмотреть на предмет своего вопроса. – У других демонов красный выражен более ярко, твои же почти карие.

- Моя мать из слабых демонов, а отец – сильный чернокнижник, его кровь оказалась сильнее, - признался он, грустно мне улыбнувшись. Похоже, не всё у него в семье радостно, но это не моё дело. Мне более чем хватает своих собственных тайн, чтобы сейчас лезть в чужие.

- И как же ты попал в гвардейцы Ансора? – после проведённой с принцем ночи мне даже в голову не пришло назвать его Его Высочеством.

- О, эта история долго по двору гуляла, - раздался знакомый мальчишеский голос со стороны и, резко обернувшись, я увидела Соранну.

Только сейчас мне довелось оглядеть помещение, где мы пребывали: портальный зал, но не знакомый. Стены здесь были из чёрного кирпича, который словно в чернила окунули, потолок терялся где-то в бесконечной черноте, а свет давали факелы с красным пламенем на обхватывающей нас кругом стене помещения. Портал сверкал в отдалении, но почти не шумел, потому я и не заметила его сразу.

Соранна и на этот раз была одета очень откровенно: синее платье со струящейся позади юбкой, глубокий вырез практически до пупка и всё та же сумочка, как я теперь знала, с травами. Волосы у неё сегодня были распущены, но острые уши прекрасно просматривались, так как светло-каштановые пряди были заткнуты за них. На гвардейца демонесса похожа не была от слова совсем, особенно если с волчицами сравнивать.