Волчица для императора чудовищ (СИ) - Ибис Александра - Страница 8

Длинные серьги из белого золота, изображающие звёзды и полумесяцы, словно заключили в себя лунный свет. Золотые листья широкого браслета были такой тонкой работы, что я видела каждую их прожилку, а бриллиант на одном из листьев,подражал капельке росы. Рубиновые камни кольца, сверкавшего на пальце другой руки, походили на лепестки роз. Мои каштановые волосы сейчас были заплетены в тугие две косы, сходящиеся в одну и завёрнутую в пучок на затылке. Тело затянули в серебристое платье, золотые нити корсета которого вырисовывали розы и искры. Лицо прикрыто золотистой маской, посверкивающей маленькими камешками.

- Она обязательна? – я потянулась пальцами к маске, неудобно ощущавшейся на лице. Весь наряд был до крайности непривычен и неудобен, но маска меня раздражала больше всего. Если не брать её в расчёт, то… и не скажешь, что перед зеркалом стоит простолюдинка.

- Ты должна чувствовать её, как часть кожи, когда вернёшься, - Рафаэль, подошедший со спины, перехватил мою руку и опустил вниз. – Я проведу тебя на бал-маскарад, и тебе следует научиться носить как платья и украшения, так и её.

Я вздохнула и ещё раз оглядела себя в огромном зеркале гардеробной Его Высочества. От вида перехватывало дыхание, и даже глаза, когда-то серые, а после превращения в волка хищно-жёлтые, казались привлекательными и чарующими.

- Сегодня мы будем заниматься в таком виде? – обречённо спросила я. Прошло уже две недели из отведённых Рафаэлю в этом месяце, и каждый день прошедшего срока я проводила в его покоях в обществе детских книжек, его, временами двух воинов и одной служанки. Носила платья из красивой ткани, к которой поначалу прикасаться даже боялась. Мягкие туфли. Изучала украшения, запоминала, как выглядит белое, красное и другое золото, серебро, изумруды, сапфиры, рубины и другие драгоценные камни. Ела пищу, что таяла на языке, с использованием дорогих столовых приборов, которые также приходилось запоминать и изучать, какими есть определённую еду. Не могу сказать, что преуспела в этих глупостях. Постоянно казалось, что я не на месте, что это всё не нужно, что еда необходима голодающим, а они усложняют себе жизнь, выбирая что и чем им есть, но… меня связывала сделка. А ещё мне было… крайне приятно носить дорогие одежды и смотреть на себя в зеркало. Чувствовать себя… красивой? И… прикасаться к красивому. Изучать. Узнавать новые слова.

Было и другое, что мне понравилось. Буквы. Кто бы мог подумать, что их всего тридцать три? Я неплохо умела считать, этому брат научился от наших покойных родителей и сумел научить меня. Мы не читали и не писали, но знали цифры и умели их складывать и вычитать. Брат говорил, что молодые родители когда-то работали на богатого купца.

Так вот… Тридцать три буквы образовывали всё то огромное множество слов, которые я знала, и ещё большее число тех, что я не знала! Я с благоговением наблюдала, как Рафаэль выводит мне их на листке бумаги, а меня просит повторить, произнося буквы вслух, чтобы их звучание отложилось в моей голове вместе с их видом и движением руки при написании. Я оставляла на бумаге кляксы. Рафаэль то и дело поправлял мою руку и силой удерживал прямой спину, накрыв её в нужном месте горячей ладонью. Но буквы… мне нравились.

- Да, - он подставил мне локоть. Я уже запомнила, что должна положить свою руку и позволить сопровождать меня.

- Мы ведь сначала будем писать буквы? – с надеждой спросила я.

- Ты уже запомнила все тридцать три?

Я закивала. Он попросил меня перечислить их в алфавитном порядке, а после, когда мы сели за стол, написать каждую на листке бумаги. Перо в моих руках подрагивало, но я протянула ему листок с моими корявенькими линиями. Мне хотелось, чтобы они стали такими же плавными, как у него.

- Кароль, у тебя превосходна память, ты знаешь? – одобрительно протянул Рафаэль. – Но почерк… надеюсь, выправишь, когда мы начнём складывать буквы в слоги.

- Сегодня?

Брат Арланы окинул меня задумчивым взглядом и недоверчиво спросил:

- Тебе правда нравится учиться писать и читать?

Я неуверенно улыбнулась. И тут в покои влетела Арлана.

- Ригитан вернулся. Спрячь меня и не отдавай этому… из Ада. Ты обещал, что не дашь ему выдать меня за него!

Она была красива, как картинка, как принцесса со страниц детских книжек, что завалили столик в гостиной. Изумительные рыжие волосы волнами струились по её плечам и колыхались, когда она мерила комнату шагами. Уши украшали драгоценности в виде бабочек, так, что серебряные крылья казались их острыми кончиками, шёлковое платье являло собой изумительную смесь белого и чёрного, где правые рукав, часть юбки и верха были одного цвета, а левые – другого. В рыжих волосах сияла серебряная диадема с маленькими камнями, а чистое лицо явило веснушки.

Арлана вдруг резко замерла на месте и обхватила себя руками, повернув ко мне голову. Сейчас принцесса империи чернокнижников казалась даже более перепуганной, чем тогда, привязанная к дереву неподалёку от нашего лагеря.

- Мне страшно, Кароль, - пробормотала она, и я видела неподдельный ужас в её голубых глазах. – Даже не представляешь, насколько страшно.

- И не представлю, пока ты не присядешь и по порядку не расскажешь, - я оставалась спокойной, потому что хоть кто-то должен был. Рафаэль, едва Арлана появилась, вылетел из покоев и оставил нас вдвоём, строго наказав сестре не совершать глупостей и не высовываться. Меня это касалось по определению.

Принцесса вздохнула и села рядом со мной на кожаный чёрный диван. Её взгляд скользнул по корешкам детских книжек.

- У тебя получается читать? – она любовно погладила какой-то томик и положила его к себе на колени. – Это был мой любимый сборник сказок.

- Там выдраны последние страницы, - приглядевшись к книжке, вспомнила я.

Арлана улыбнулась, словно в голове её промелькнуло что-то приятное.

- Мне так не понравилась концовка той сказки, что я выдернула листочки и, завернув в них мясо, швырнула их псам на псарне.

Она прижала книгу к груди.

- Ты не думай, что я не благодарная… Мы с Рафаэлем говорили, и он мне всё рассказал о вашем соглашении, просто… Даже если я не слишком рада, что он решил использовать тебя, я не могу упускать возможность избавить от проклятия Ригитана…

Я удивлённо заморгала, осознав, что эта маленькая принцесса передо мной оправдывается. Перед простолюдинкой.

- Я сама решила использовать себя, - сказала я чистую правду, положив руку ей на плечо. – Так что случилось, Арлана?

Она вздохнула и устроила голову на моём плече, после чего рассказала. Оказывается, её старший брат, император Ригитан Талера, был намерен выдать её замуж за наследного принца империи демонов. Как она сама объяснила, с тех пор, как сорок семь лет назад с её дедом, королём человеческого королевства Талера, сообщились демоны из Нижнего Мира, и за два года помогли образовать огромную империю, поглотив 11 других королевств и оставив во власти белых магов всего девять, империя человеческих тёмных магов-чернокнижников в Среднем Мире и империя демонов Нижнем постоянно поддерживают общение и обмениваются знаниями, умениями и… скрепляют дружеские отношения любыми доступными способами, в том числе и браками. И хотя Арлана понимает полезность её выдачи замуж, она…

- Ты просто не видела Тиберия тар-демена Ризуда! – с содроганием произнесла она. – Он жуткий и страшный… Нет, не внешне, но, как человек, то есть демон, он отвратителен. Я видела его при дворе. Самовлюблённый, самодовольный, любвеобильный и постоянно говорит какие-нибудь гадости!

О том, что её намереваются выдать за этого «мерзавца остроухого» она узнала две недели назад. Именно по этой причине в день нападения Томаса она оказалась в лагере, разыскивая Рафаэля, который бы остановил Ригитана, убедил передумать. И Рафаэль пообещал ей поговорить с братом после его возвращения из Нижнего Мира, так как беспокоить императора раньше было нецелесообразно.