Антология советского детектива-45. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Юзефович Леонид Абрамович - Страница 1030

— Алло, адресное? Это Майский. Из уголовного розыска. Посмотрите, пожалуйста, где раньше был прописан Сиваков Анатолий Петрович?

Прошло несколько минут, и Александр держал в руке листок бумаги с бывшим адресом Сиваковых. Он не стал мешкать, набросил на плечи пиджак и вышел из кабинета.

Двухэтажный дом, в котором раньше жили Сиваковы, был построен еще до войны. Майский не торопясь прошел мимо, обдумывая, что делать: идти к жильцам или же сначала зайти в домоуправление. Решил, что лучше начать с домоуправления. Зашел в кабину телефона-автомата и позвонил по 02. Назвал дежурному адрес дома и попросил выяснить в жилищном управлении горисполкома адрес домоуправления, к которому относится дом.

Дежурный попросил перезвонить через десять минут. Александр повесил трубку и вышел из кабины. Невдалеке виднелся дом. Майский прикинул: «Квартир двадцать будет. Выберу в домоуправлении жильцов, которые должны знать Сиваковых, и пойду к ним».

Прошло десять минут, и Майский снова позвонил в управление. Вскоре он уже входил в кабинет управляющего домами.

За столом сидел круглолицый, средних лет мужчина. Вооружившись большими портняжными ножницами, он подстригал на руках ногти.

— Здравствуйте! Вы управляющий домами?

Мужчина отложил ножницы в сторону:

— Здравствуйте. У меня сейчас неприемное время.

— Извините. Служебный вопрос.

— Пусть даже служебный, но для решения его отводится соответствующее время.

Старший лейтенант предъявил свое удостоверение.

— Мне действительно некогда ждать, пока вы обрежете ногти. У меня одна просьба: покажите лицевые счета на один дом.

— Милиция, милиция, — ворчал управляющий. — Всегда вам некогда.

Он встал и заглянул в следующую комнату.

— Тимофеевна, дайте этому товарищу лицевые счета на дом, который он назовет, — и, повернувшись к Майскому, сказал: — Пройдите туда, вам дадут счета.

Через полчаса он закончил изучать лицевые счета и сразу же направился к дому. Время уже подходило к шести вечера, и жильцы вскоре после работы соберутся дома. Александр решил побывать в пяти квартирах.

Итоги пока неутешительные

Севидову было о чем думать. Уже который день оперативная группа бьется над раскрытием краж из сейфов, а приблизиться к цели все не удается. Полковник не выдержал и, встав с постели, вышел на работу. На совещании он был черней тучи. Молча выслушивал своих подчиненных, иногда делал немногословные замечания. Оперативные работники хорошо знали полковника и старались во время доклада говорить только суть.

Докладывал Скалов.

— В доме Сараева, — говорил он, держа в руке блокнот, — Шпаковского нет. Вместе с участковым инспектором Рыбниковым под предлогом проверки, как соблюдается паспортный режим, мы побывали у него дома. Встретили нас спокойно. Там сейчас проживает девушка Воробьева. Ей двадцать один год. Работает на тонкосуконном комбинате, секретарь комсомольской организации цеха.

— А где сейчас Сараев? — спросил Севидов.

— Сараев, как говорят родители, уехал на несколько дней в деревню.

— Может, он туда и Шпаковского повез?

— Это мы еще не проверили.

Молчавший до этого Ветров заметил:

— Мы хотим попытаться поговорить с Воробьевой. По всем данным, — это честный человек. Если ей что-либо известно, она расскажет нам.

— А если с родителями поговорить? — спросил Ковалевский.

— Мы не знаем, играет ли здесь какую-нибудь роль Сараев, — возразил Ветров. — Если он не причастен к делу, тогда хорошо построенная беседа с ними будет небесполезной. Ну, а если причастен, то…

Севидов его перебил:

— Это, конечно, так. Но я не сомневаюсь в том, что если даже Сараев и причастен к преступлениям, то родители наверняка ничего не знают. Однако следует иметь в виду, что любая беседа с ними может насторожить их, а это повлечет за собой объяснение с сыном. Я считаю, что пока надо поговорить только с Воробьевой.

Севидов помолчал, обдумывая предложение Ветрова, а затем спросил:

— Кому поручим разговор? Скалову?

Ветров молча кивнул головой. Севидов повернулся к Майскому:

— А как у вас идут дела?

Майский встал:

— На прежнем месте жительства я переговорил с соседями Сиваковых, но, увы, ничего утешительного.

— А не могли они оставить это полотенце на старой квартире, и кто-либо из бывших соседей взял его?

— Нет, исключается, — заметил Ветров. — Это полотенце сдавалось в стирку, когда Сиваковы переехали в новую квартиру.

— Вы побывали в отделе кадров по месту работы Сивакова? — спросил Севидов у Ветрова.

— Да, выписал все прежние места работы Сивакова. Думаю завтра же начать их проверку.

— Да, пока похвастать нечем, — задумчиво протянул Севидов. — И зацепку имеем, а даже шагу вперед не сделали. А нас уже торопит начальник управления. Вчера ему из министерства звонили.

Затем Севидов еще раз повторил, кому что делать на следующий день, и закончил совещание…

Шпак в клетке

На стук в дверь Ветров сразу же ответил:

— Войдите.

В кабинет вошел Федор Андреевич.

Ветрова удивило появление этого человека. Но он виду не подал. Как-то уж повелось в их отношениях, что если нужен был Федор Андреевич, то майор сам и находил его.

Наблюдая, как не спеша устраивается гость, Ветров невольно вспомнил события десятилетней давности. Сколько тогда потребовалось усилий, чтобы изобличить этого человека! Но, видно, впрок пошли многочасовые беседы, подчас резкие, а порой и задушевные. Смог тогда еще молодой работник уголовного розыска заглянуть в глубь души этого человека, пробудить в нем добрые чувства, стремления, убедил-таки Федора в бесперспективности жизни преступника.

Ветров хорошо помнит, как однажды во время допроса Федор сказал:

— Много думал о наших беседах и, знаете, гражданин следователь, решил послушать вас. Попробую жить по-новому. Вот отсижу срок и опять приду к вам. Поможете?

— Помогу! — ответил Ветров. — А сейчас давайте все начистоту.

Многое рассказал тогда Федор: и как он пошел на кражу, и как попал под арест, и с кем совершил другие преступления, о причастности к которым работники угрозыска его и не подозревали. Ветров хорошо помнил, сколько труда ему стоило, чтобы поверили человеку — и начальство, и суд. Даже в колонию несколько раз съездил. Тронуло Федора Андреевича это внимание, и когда он освободился, то сразу же пришел к Ветрову. Тот помог ему найти подходящую работу, и человек действительно «завязал».

— Вы чем-то встревожены, Федор Андреевич? — спросил Ветров.

И в самом деле, вид его, движения рук выдавали сильное возбуждение.

— Часа полтора назад приходят ко мне два кента. Одного я хорошо знаю — это Шпаковский. Вместе срок тянули, когда я последний раз сидел. Приходят и предлагают мне дельце…

Ветров улыбнулся:

— И вы так разволновались?

— Не говорите! Отвык я от таких штучек… Спешил сюда проходными дворами да подъездами.

— Что же они предлагают?

— Сегодня на галантерейной фабрике зарплата. Все деньги за один день там никогда выдать не успевают. Большая часть остается на ночь. Вот и зовут в компанию — сейф взять.

— А почему они решили пригласить вас?

— Боятся… не смогут сигнализацию отключить.

— И до чего договорились?

— До кражи, естественно.

— Согласились?

— Да.

— Плохо!

— Это почему ж? Мы пойдем… А вы и встретите.

— И будем вас тоже привлекать — как соучастника? Где вы договорились встретиться?

— Сказали, что зайдут за мной около часа ночи.

— Кто второй?

— Я его не знаю, Игорь Николаевич. Раньше никогда не видал.

Ветров задумался. Вторым должен быть Сараев. Он позвонил Скалову и попросил принести фото Сараева.

И через несколько минут догадка Ветрова подтвердилась: Федор Андреевич опознал в Сараеве друга Шпаковского. Ветров задумался. Конечно, брать их у Федора Андреевича нельзя. Притом где гарантия, что придут они вдвоем? Он посмотрел на сидевшего напротив Федора Андреевича.