Тайный "цветок" моего отца (СИ) - Вкусная Анастасия - Страница 27

— Нужно тест сделать, — прошептала, так и прижимаясь к моей груди.

— Не нужно, если не хочешь. Потом придумаем что-нибудь.

— Отчим не должен узнать, как мы познакомились. О моей работе в клубе. Очевидно, он в курсе, что ты искал информацию обо мне и нашел ее. Выведу на эту тему и опровергну его версию. Выдам что-нибудь милое и романтичное.

— Не боишься попасться? Ты ведь не можешь знать, что на самом деле ему известно.

— Да, но следует его успокоить, чтобы и не вздумал копать дальше. Скорая свадьба будет наилучшим вариантом отвлечения внимания.

— Хорошо, делай, как считаешь нужным. Только держи в курсе.

Глава 29

Поппи

Проводила Андреса, сделала себе кофе. Рука сама потянулась к бутылке виски, но… Ведь и правда могу быть беременна. Закрыла шкаф, добавила в чашку сахар и сливки. Присела за стол, нужно все обдумать… Из плюсов — любовник согласен жениться, следовательно, скоро я стану не только миссис Мора, но и гражданкой Соединенных Штатов. Это отлично, это именно то, чего так хотела. В перспективе гражданство сможет защитить от очень многих вещей, в том числе и от собственного мужа, если что-то пойдет не так. Из минусов — отчим меня все же нашел; что-то о нас с Андресом он знает, раз угрожал ему оружием; я могу быть беременна, а значит, зависима от кого угодно, кто в этот момент будет рядом. Вот она жизненная несправедливость во всей красе — мое заветное желание вот-вот исполнится, но поводов для радости что-то не вижу…

Откровенный разговор с любовником всколыхнул многие мысли и чувства, которые задавливала в себе годами. Я сидела на кухне, вспоминала, плакала, готовила, ела и продолжала думать. Не об очередном побеге, не те обстоятельства. Еще непонятно, чем прошлый раз аукнется. Если Вроцлав сразу не озвучил угроз, это не значит, что он все забыл и готов простить.

В аптеку вышла, когда стемнело. Вдыхала свежий, чуть прохладный морской воздух. Хотела бы и дальше здесь жить, мне нравится. Когда просила тест у провизора, голос все же дрогнул. И как это случилось, мы же всегда были аккуратны? Значит, недостаточно. Удивительно, что любовник даже не спросил об этом. Возможно, спросит, если все подтвердится.

Еще немного прогулялась, а вернувшись домой, сразу заперлась в туалете. Тянуть смысла нет, надо было давно это сделать. Спустя пять минут отправила Андресу короткую смс. Никакой романтики, просто «тест положительный». Смотрю на себя в зеркало и не могу понять, что чувствую. Пожалуй, страх и только. Для этого ли бежала от власти отчима, чтобы стать зависимой от мужчины, который проявил себя не лучшим образом по отношению ко мне? Но теперь ничего не поделаешь — Вроцлав ни за что не позволит не рожать этого ребенка.

Снова захотелось есть, что и не удивительно. Спустилась в кухню и принялась за готовку ужина. Быстро сделала простое и полезное блюдо и проглотила, не почувствовав вкуса. Когда домывала посуду, появился отчим. Трезвый, и это немаловажно сейчас. Остановился в дверях, облокотился о косяк, окинул долгим взглядом.

— Тебе не обязательно выходить за него замуж, Попс.

— Я беременна, — напомнила, хотя вряд ли он забыл.

— Неважно. Мы с мамой сможем позаботиться о тебе и о ребенке.

— Я не хочу этого.

— Выберешь себе мужа. Обещаю, что не стану вмешиваться.

— Ты уже вмешиваешься…

— Просто не вижу особых чувств к этому Андресу, — Вроцлав наконец-то вошел и присел за стол.

— Мы не планировали. Я не планировала серьезных отношений с ним. Но если уж так вышло, не вижу ничего плохого в том, что мы поженимся.

— Если ты хочешь этого…

— Да, хочу. Уезжай.

— Гонишь? — губы Вроцлава растянула такая знакомая усмешка; то ли веселится, то ли угрожает.

— Скажи, что ты сделал с Алешем?

Повернулась к нему, вгляделась в глаза. Соврет, наверное. Сама не знаю, зачем спросила, вырвалось как-то. Муторный сегодня день — воспоминания до сих пор бродят внутри. Неблагоразумно, конечно, но лучше выяснить все сейчас, на пороге новой жизни.

— Почему думаешь, что я с ним что-то сделал? — отчим весь подобрался, как хищник перед броском и ощерился.

— Он внезапно пропал.

— А по-твоему я должен был оставить его работать и дальше? После всего что он сделал?

— Что?! Что он сделал?! — моментально почти сорвалась на крик. — Испортил приз, твой вклад в общее дело? Разрушил блестящие планы по объединению бизнеса с партнером на твой выбор?

— Он ударил тебя, — процедил Вроцлав сквозь зубы.

— Что. Ты. С ним. Сделал?!

— Избил я его тогда. Сильно. Убить хотел, злость одурманила. Алешу такая девушка досталась, а он что? Изводил ревностью и руку поднял? А он и не против смерти был… Такой взгляд… Понял я, что он просто оказался не в то время, и не в том месте — стал твоей прихотью, способом свести со мной счеты. Разве была его вина, что не смог устоять? Никто бы не смог… Да и не ревновать тебя практически невозможно… Алеш — всего лишь один из несчастных, повстречавшихся тебе. Как Андрес этот твой, как его отец… Как еще десятки мужчин, чьих имен ты не спрашивала, а лиц не запомнила…

— Ты знаешь? Про нас с Андресом, про его отца?

— Конечно.

— И?

— Это твой дар Пенелопа Грейвз — сводить мужчин с ума. Или проклятье. Единственное наследство от отца.

— О чем ты? — губы моментально пересохли, без сил опустилась на стул. — Я не знала его.

— Но мама-то знала, и мне рассказала. Бессердечный ублюдок, получающий любую женщину, на которую западет. Интерес его, правда, одной встречей и ограничивался. Саманта забеременела тобой, будучи студенткой, для нее это был крах всех надежд — пришлось бросить учебу, вернуться в родительский дом. А ее первая любовь, он же твой отец, даже на письмо о будущем ребенке не ответил. Как и многим другим, судя по слухам. Но вот удивительный парадокс — несмотря на огласку, невинные девушки продолжали падать в его объятья. Твоя мама описала это, как какое-то наваждение, животный магнетизм, эротические флюиды. Ничего не напоминает?

Вот значит как… Все мои проблемы наследственные? Я всего лишь слишком похожа на отца, которого и не видела ни разу?

— Значит, ты пожалел Алеша?

— Да. И Андреса не пристрелил в тихой подворотне по этой же причине. Достаточно было однажды увидеть, как он смотрит на тебя. Ты, правда, беременна? Кстати, а с чего защищать его бросилась? Уверен, ты не просто не влюблена, скорее, ненавидишь его. Как и всех, кто пытается ограничить твою свободу, навязать свое мнение. Могу понять, с твоими-то талантами…

— Да, Вроцлав, я беременна, — усталость от разговора запульсировала болью в висках. — Бросилась защищать, потому что у нас с Андресом не все так однозначно.

— Да? Можно подробностей? Почему не хочешь уехать со мной прочь от этого шантажиста? Не обязательно возвращаться в наш с мамой дом. Могу тайно поселить тебя где-нибудь. Условия будут не хуже, — Вроцлав обвел кухню многозначительным взглядом. — Если хочешь, ребенка на себя запишу. Маме не скажем.

Внимательно вгляделась в лицо отчима — что именно он сейчас предлагает? Ведь очевидно же, что причисляет себя к несчастным, встретившимся на моем пути. А мама выходит была права, что старалась поскорее сплавить меня из дома… Не зря ревновала.

— Мне хорошо с Андресом. Да, порой ненавижу его, это сложно объяснить, но… Если и смогу с кем-то жить, то именно с ним стоит попробовать. Впрочем, я сообщу ему, что ты не планируешь убить его за отказ от женитьбы, может и передумает.

— Не передумает, Попс.

Вроцлав ушел, не попрощавшись. Оставил меня с еще более тяжелыми мыслями, чем терзали весь день. Не знаю, что он хотел донести, рассказав об отце, но я поняла лишь, что выйти замуж — это наилучшее, что могу сделать. Иначе неизвестно, куда заведут мои таланты, наклонности и характер. На самом деле с Тадео и Андресом я нахлебалась приключений досыта, просто отчим — не тот человек, с которым стану это обсуждать. Хочу спокойствия и защиты, просто жить. Почему не делать это рядом с мужчиной, который без ума от меня? Рядом с Андресом я могу засыпать, вспомнила, что такое оргазм, ребенок опять же… Но сказать, что у него есть выбор, конечно, надо… Почему-то при этой мысли стало горько — вдруг изменит решение. Предложит расстаться или оставить все, как было.