Мои двенадцать увольнений (СИ) - Комаров Артем А. "КАА" - Страница 73

И вот почему мое утро в простыни, а вот у Инди в уютной пижаме и с книжкой? Вот в ней-то как раз секса через край, индуская кровь так и требует камасутры, замысловатой йоги, а там утренняя леность и релакс. Или вот Милка в бассейне с фужером шампанского, может я тоже хочу утро начинать с алкогольного позитива с пузырниками. Или как Юля в гамаке, подставив лицо солнцу и радуясь зелени. Но Вик увидел по-другому.

У моих фоток крутился Федосин, приперся же, черт его возьми. Сальный взгляд стал еще противней. Я решила скрыться в другой части галереи и пошла в Вику.

— Привет.

— Ну, как тебе?

— Даже и не знаю. Меня словно голой выставили.

— Привыкнешь.

— А что означают наклейки в углу?

— Что фотографии проданы.

— Ты хочешь сказать, что почти все мои фотографии уже куплены?

— Не только твои.

Мое воображение с подачи Милки тут же нарисовало малоприятную картину, пришлось потратить время на ее изгнание.

— Я для вас сделал отдельный альбом.

— Спасибо. Буду внукам показывать. А кто купил?

— Не могу сказать, Ники.

— Надеюсь, что это не товарищ Федосин?

— Нет, не он.

— Уже хорошо.

— Милка предлагает поехать, отпраздновать.

— Тут отпразднуем, все уже готово для буйства.

К нашему милому дуэту притащился Жорик, Вик куда-то тут же ушел.

— Чудесные фотографии.

— Вик — мастер.

— И модель супер. Ники, нам надо обговорить детали по проекту.

— Мы же все уже обсудили, и на следующей неделе будет подписан партнерский договор.

— Не обсудили бонусы.

— Все проценты прописаны.

— Эти бонусы не прописывают в договоре.

— Какие же?

— Вас, Николетта. Я могу и других позвать в проект, от вас зависит будет ли в проекте ваша компания.

— Я к договорам не прилагаюсь.

— А за сколько прилагаетесь?

«Он, что серьезно?» Эх, если бы не выставка, то его сейчас отскребали бы от земли. И если бы не увлечение в глазах Шефа. Ну, что ж, в такие игры я играть умею, правила знаю. Ромку попрошу про тебя, хорька, все узнать и отдам тебя Милке, пусть она тебя своими двумястами килограммами научит хорошим манерам, потом навсегда про интим и приложения с бонусами забудешь.

— А что Вы предлагаете?

— Десять тысяч.

— Я за такие деньги даже ноги брить не стану.

— Двадцать.

— Мне пояс для чулок долго искать.

— Двадцать пять?

— В два раза больше тогда, так и быть, натяну на побритые ноги чулки.

— Пятьдесят?

— Ага, зеленых естественно, прикуплю себя квартирку в спальном районе на старость.

— Не многовато ли захотела?

— Боюсь, продешевила. Но раз уж назвала, придется по низкому тарифу идти. Или денег нет?

— Есть.

— Значит, договорились, в четверг партнерский договор, в субботу пятьдесят тысяч баксов и, да, я буду Греем.

От последней части предложения Федосина заколбасило. Я удалилась от ошалевшего идиота как можно дальше.

— Бизон, можешь мне про того хорька все узнать?

— Могу. Что конкретно?

— Кто решения принимает.

— Явно не он.

— Это я и так поняла. Мне надо знать кто.

— Что Ковина не спросишь?

— Далече шеф, не дергать же его из-за этого.

— Ладно, по старой дружбе. Только лучше бы все шефу сказала, проблемы с партнером и его дело.

— Будут проблемы, скажу. А пока мне нужна информация.

— И все контакты.

— Как ты догадлив, Ромочка.

К счастью, большую часть вечера провела без партнерского интереса. Постепенно людей стало меньше, и обещанный фуршет состоялся. Хорошо, что завтра выходной, хорошо, что встречаюсь со своими после обеда, хорошо, что холодильнике есть холодная минералка.

В субботу я опять была на выставке, теперь уже в сопровождении Софьи, Липы, Кати, Веры и примкнувшего к нашему женскому батальону Чистина. Я опять разглядывала свои снимки.

— А, какая красота, — пищала от восторга Фролкина.

В зале появились еще парочка коллег, Эллочка и Людочка, что так и не смогли заменить Липу и Катю, их разочарованные лица меня порадовали. Приехали самые деловые и крутые представители офисного планктона — курьеры. Они с важным видом ходили от фотографии к фотографии. Когда-то давно сидела я в одной приемной в ожидании документов, и один важный товарищ высказывал свое авторитетное мнение и о виде секретаря, о состоянии офиса, и «что это все слишком убого для его уровня», девочке за стойкой ресепшен стало плохо, по неопытности она решили, что как-то успела обидеть важную персону, но ее начальница, более опытная, холодным тоном уточнила «документы привезли, отдавайте».

Коршун залетел, то есть финансовый директор, покружил с часик и улетел. Потом прибежал Игорь со своей девушкой, то же походили с часик по залам и сбежали. К вечеру мы переместились в небольшое кафе и делились впечатлениями, ироничными ремарками, дурацкими мыслями.

В воскресенье отвела маму, Ладу и Иваныча на выставку, мне было немного неловко, но мои опасения не подтвердились, фотографии понравились. Да и я, кажется, уже привыкла к себе другой.

Утро понедельника было спокойным и безмятежным, Ковин в Гонконге, Федосин ближайшие дни не появится, а Рома пока не подкинул мне информацию для рокировки. Софья принесла резюме, отобранных после первого этапа испытаний кандидатов. Сегодня у меня уже было пара собеседований вечером. Завтра только одно, можно еще паре-тройке назначить встречи. Читка резюме отняла час, список приглашаемых направила Фролкиной.

— Да, Вера? — ответила я на входящий звонок.

— У Вас сегодня собеседования?

— Да.

— Мне пару человек нужно, совместим отбор?

— Как хотите. Первая в восемнадцать, вторая полседьмого.

— Спасибо. Буду.

И то правильно, зачем кандидатов по несколько раз гонять, сразу на две позиции их посмотрим. День шел умеренными шагами к своему почти логическому завершению, Катя зашла попрощаться, а Ольга поздороваться.

Софья сообщила, что первая девушка уже прибыла, я попросила проводить кандидата к переговорную.

Дверь открылась и вошла Она, абсолютно уверенная в своей важности персона, таких не вы берете на работу, а они снисходят к вашим мольбам и озаряют собой ваш убогий офис.

Вера задерживалась. Я попросила стандартно рассказать о себе, о своих навыках, о работе в целом.

Дверь открылась и влетела Управделами.

— Мне кофе с молоком и тремя кусочками сахара, — приказала кандидатка.

Вера даже опешила на мгновение, взглянула на меня вопросительно, я махнула рукой, что лучше не реагировать на это, Верочка кивнула и ушла.

Кандидатка стала громким поставленным голосом рассказывать о себе. Телефон заверещал где-то после первого абзаца об учебе в школе, которая была слишком убога для такого таланта.

— Простите, но мне надо ответить. Да, Андрей Владимирович?

Шеф, не дождавшись ответа на свое послание в почте, решил позвонить и уточнить, почему я не отреагировала в течение пяти минут. Реагировать придется, а значить мечта пойти домой раньше полуночи, так и останется мечтой.

— Простите. Продолжайте.

Кандидатка начала рассказывать о своем обучении в институте, и как только она перешла к своей первой работе, то опять раздался звонок Ковина. Шеф сказал, что задержится на пару дней, а значит, партнерский договор будет подписан в следующий понедельник, а не в этот четверг, надо будет разослать уведомление всем участникам переговоров.

— Простите еще раз. Президент компании как всегда вечером вспоминает о важных делах. Прошу Вас, продолжайте.

— Вообще-то, телефон надо выключать, когда проводите встречу с таким человеком как я.

«Это с каким таким?»

— А что еще я должна сделать на встрече с таким человеком, как Вы?

— Вы должны понять, что я очень важный специалист, у меня много хороших предложений, и Вы должны придумать мне дополнительные бонусы, чтоб я согласилась у Вас работать.