Мои двенадцать увольнений (СИ) - Комаров Артем А. "КАА" - Страница 118

— Какого скандала? — словно ничего не знает, уточнил Ковин.

— Ты ж ее все время увольняешь, — хмыкнул Грачев.

— Ты когда компании объединял, сколько помощников потерял?

— Вспомнил дела давнишние. Троих.

— И никто из них не пожелал вернуться.

— Никто, — подтвердил Грачев, — даже за тройную оплату. Но это была многомиллионная сделка, нервы, если бы сорвалось все.

— За последние два года активы компании увеличились в полтора раза, вот мои нервы и достаются Николь. Не замечал за вами раньше любовь к сплетням.

Странно, и фраза обычная, и голос не повышал, но какая-то интонация заставила испугаться. Стало понятно, что дальнейший разговор на тему моих увольнений в частности и меня в общем нежелателен, и санкции будут значительными.

Остальные тут же приняли скучающий вид, основное блюдо у них отобрали.

— И как ты его только терпишь, Николь? — решился все же уточнить Егоров.

— У нее безграничное терпение, — ответил за меня Андрео.

— Не такое уж и безграничное, — и кто меня за язык тянул, — осталось только до конца июля.

— И что в конце июля?

Налила себе кофе, села на диван рядом с шефом.

— Традиционное увольнение.

— Ко мне иди, — предложил Грачев.

— И насколько вас хватит?

— Меня? Надолго.

— Ой ли, Кравец тоже уверял, что выдержит мой деспотичный характер, но через неделю вернул Андрею Владимировичу.

— Слухи все обсудили? Или нет? Или может, обсудим Хабаровск, из-за него мы здесь и собрались.

И весь лоск ушел, стая хищников в костюмах — сделка, деньги, земля, новые возможности, еще чуть больше власти. Моя персона ушла на миллионное место в списке их интересов. Попытку уйти Ковин купировал, пришлось остаться, раньше на такие встречи он меня не оставлял.

У любой медали две стороны. У бизнеса их намного больше. Изнанка не всегда приятна. Через час знала как минимум две схемы вывода земли из собственности государства и несколько схем получения нала. Но я предпочитаю такие знания сразу забывать.

Акционеры наконец-то ушли, прихватив свои свиты.

— Собирайтесь, остаток дня проведем вне офиса.

И где ж у меня вазилинчик-то был, судя по тону, пригодится. Вазилин так и не нашла, закинула в сумку шоколадку, с расстройства и нервов точно съем. Паркинг, Слава отдал ключи Андрео. Только вот машина мне не понравилась совсем, Порше, не спрячешься на заднем сиденье, его просто нет. Придется ехать рядом с шефом. И желательно молчать, нельзя мужчину за рулем доводить.

— Садитесь, — надежда отказаться рассыпалась, пришлось устраиваться на сиденье удобней.

Как там было в брошюрке, что листала при оформлении покупки, до ста за три секунды. Приготовилась влипнуть в кресло и снести колонну, но Андрей плавно стартанул и не превышал скоростной режим, хотя сама машина так и просила — втопи педаль газа и отдайся скорости.

— Николь, я просил молчать.

— Так я не сильно и выступала.

— С ними надо быть очень осторожной. Они только и ищут повода попробовать сместить меня.

— Зачем. Вы же приносите им доходы и неплохие?

— Власть, Николь, власть опьяняет многих.

— Но это им не удастся, у вас контрольный пакет.

— Не во всех компаниях. А если какие-то из структур холдинга начнут оспаривать мои приказы, это отнимет время и снизит доходность. Мне не хочется, чтоб вы попали в жернова наших разборок. А можете. Людей, которым доверяю не так много, а вам я доверяю.

Кольнуло, где-то под лопаткой. Мерзкое чувство вины с привкусом предательства.

— Андрей…

— Все, не будем об этом.

За пределами Москвы убрал крышу — кабриолет, лето, дорога, почти кадр из фильма, только моря не хватает справа по борту.

— И куда мы едем?

— Нервы лечить.

Загородный клуб, была тут однажды, и сбежала в ночи, чтоб друзей Андрео по номерам не разводить. Мы прошли за здание, к небольшой поляне у пруда, там уже были расстелены пледы для желающих подлечить нервы.

Септет, сопрано, плед и … штрудель. Андрео так радостно притарабанил десерт со стола с закусками, что пришлось давиться, но есть под нестройные звуки настраиваемых инструментов. Но стоило музыке заиграть, как я обо всем забыла. И кажется шеф тоже.

— Вам удобно?

— Да.

Но хочет шеф заработать остеохондроз лежа на моих бедрах, пусть получает. Не такая уж и большая расплата за музыкальное чудо среди рабочей недели.

— Я не сплю, Николь.

— Антракт.

— Знаю, — но глаза шеф так и не открыл, — просто иногда нужно отключиться от всего.

— Иногда надо размять ноги.

— Прости, — шеф встал, помог мне подняться и как больную, поддерживая за руку и талию, повел к столам со снедью. Одновременно мои ноги отсидели и отлежали. Покалывание не самая приятная вещь. Подпорка в виде шефа пригодилась, шагать сначала было неудобно, потом расходилась, и шеф уже не так сильно придерживал, только за талию. Морепродуктами увлекаться не стала, хоть они и были на льду. Взяла канапе, сырка, Андрео вручил бокал шампанского, сам ограничился соком, значит, планов на ночевку здесь нет.

— Пошли обратно, а то начало пропустим.

Как можно пропустить начало концерта на полянке, уточнять не стала. Решила прилечь на пледик, пока шеф не решил меня опять как подушку использовать, но и в этот раз шеф умудрился примоститься к моему телу.

— Нервы полечили?

— Почти, — Андрео так и не открыла глаза, видимо, удобно ему на мне отдыхается.

— Все уже ушли.

— У нас пытаются отнять плед?

— Нет.

— Тогда лежим дальше.

Музыканты уже ушли, сопрано в платье с глубоким декольте тоже нас покинуло, официанты разбирали столы, разнорабочие уносили мебель, а мы все лежали на пледе среди полянки. Жужжание пчел, треск кузнечиков, шелест травы, плеск воды. Глаза сами собой закрылись, лечение нервов шло полным ходом.

— Андрей?

— Да?

— А в лечение входят водные процедуры?

— Нет.

— Тогда нам лучше свернуть плед и где-нибудь спрятаться.

Но не успели, дождь хлынул стеной. И вот зачем я только глаза открыла, так же хорошо все было до этого. Подскочили, до здания было недалеко, но все равно успели промокнуть, шеф больше, меня спас плед, а вот плед уже ничего не спасет.

Одежду высушенную, отглаженную принесли в номер.

— Когда поедем обратно?

— После ужина.

— Почему бы не раньше?

— Смысл? Доберемся, рабочий день уже закончен, приедем злые и голодные, и все лечение насмарку. А так отдохнем, поедим и сытые и спокойные разъедимся по домам. Согласны?

— Почти, я тогда не домой, а в гости заеду.

— В гости?

— Ага, тут подруга недалеко живет, да и Ромка. На такси доберусь.

— И завтра опоздаете?

— Нет, постараюсь приехать пораньше. Что закажем на ужин?

— Уже заказал.

«Главное, чтоб не штрудель, вторую порцию не выдержу».

— Тогда можно продолжать лечение, — закрыла глаза, вытянулась в кресле и погрузилась в полудрему.

«Рома, Рома, Рома, Рома встречает, Рома провожает, Рома советует, Рома советуется. Везде он. Ему она доверяет, не дергается от прикосновений, и сама прикасается нежно, ласково. Черт».

Злость возникла внезапно, ревность, вот уже меньше всего ожидал это чувство, раньше и чувствовать его не приходилось. Выдохнул. Сейчас она рядом и остальное не имеет значение. Не надо портить чудесный день лишними эмоциями.

Стук в дверь отвлек, официант принес ужин.

— Салат? — разочарование в голосе Николь было очаровательно.

— Легкий ужин, — подтрунивал немного.

— Очень легкий.

Ники без энтузиазма ковыряла вилкой разнообразную зелень в тарелке. Несколько листочков рукколы, тяжкий вдох, съела с таким видом, словно у нее сейчас начнут расти рога, и она незамедлительно превратится в козочку.

Официант принес следующие блюда. Шашлык из семги вдохновил Ники намного больше.

— Вина?

— Мне можно. А вы за рулем.