Контртеррор (СИ) - Валериев Игорь - Страница 61

Лейтенант усмехнулся, но улыбка была немного грустной. Когда начальник водолазной школы Кононов вызвал их тройку к себе в кабинет, там находился полковник Аленин-Зейский, который довёл до них задачу поставленную императором и тут же взял подписки о неразглашении этой операции до специального разрешения императора. Правда, плюшек пообещал много.

Как он сказал: «За боевыми пловцами служба – за Государем награды». Если война с англичанами не разразится, то всем Святого Владимира четвёртой степени, плюс приличная денежная сумма в виде имения или наличными. Белов и Корелов автоматически получают потомственное дворянство.

От такой новости бравые боцманматы опешили. Но это им обещал человек, облечённый высоким доверием императора, да и сам ставший потомственным дворянином через награду. Если же война начнётся, то все получат Георгия четвёртой степени и всё остальное в придачу. Правда, хвастать наградами, придётся в очень узком кругу. Если всё получится, то будет образовано новое секретное подразделение военно-морского флота Российской империи, о которой будет знать очень ограниченный круг лиц.

Вот и была улыбка у Ивана Ивановича грустной. А так хотелось пройти по Невскому проспекту. Ризнич мечтательно представил заветный белый крестик на своём мундире уже с погонами кавторанга и мысленно сплюнул: «Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не сглазить. Сначала дело надо сделать».

Между тем, Ризнич продолжал вспоминать последние события. После объявления приказа всё закрутилось, завертелось с чудовищной быстротой. В минном классе быстро доделали две мины. Все кто был к этому причастен также дали подписки о неразглашении. Вместе с будущими дворянами ещё раз проверили снаряжение, обновили поглотители, подкачали кислородом.

Потом погрузились на «Коршуна», включая и начальника школы. Полковник Аленин-Зейский, который по его словам курировал эту операцию, был категорически против, но Анатолий Алексеевич смог убедить Тимофея Васильевича, что запасной легкий водолаз или боевой пловец должен быть. А кроме самого Кононова в школе, не учитывая нас троих, больше никто с ребризерами не был знаком.

Уже в сумерках дошли до Ханко, где встали на ночную стоянку. Ещё до рассвета снялись с якоря и направились к точке рандеву у острова Хельсё, где ближе к вечеру к нашему кораблю подошла прогулочная яхта, каких множество сдавалось в аренду в Турку, тем более, когда туристический сезон, практически, закончился.

Яхта представляла собой небольшой одномачтовый шлюп с длиной корпуса без бушприта около десяти метров. Ширина яхты составляла около четырёх, высота борта почти два метра, осадка около метра. Водоизмещение кораблика было около шести тонн. Помимо команды из двух человек размещающихся в кормовой каюте, на борту было ещё две другие каюты, в которых могло путешествовать до восьми гостей. Помимо спальных мест на корабле был ещё и небольшой салон, кухня и туалет. В общем, отличный кораблик для семейного отдыха в шхерах. Такими яхтами часто пользовались русские аристократы, да и купечество с промышленниками могли позволить себе такой отдых.

Корабль пригнали два морских офицера, служивших Гельсингфорсе. После недавнего упразднения финских войск в Великое княжество Финляндское ввели дополнительно стрелковую бригаду и две казачьих сотни. Морских офицеров в княжестве также значительно прибавилось.

Получив приказ от императора, в Гельсингфорсе быстренько нашли двух любителей регат, которым поручили его выполнение. Благо времени хватило, те успели на поезде добраться до Турку, арендовать яхту, запастись припасами и ещё засветло выйти в море, точнее в шхеры. Добравшись до острова Овенсор, встали на якорную стоянку, а когда рассвело, направились на точку рандеву.

Пересадка «туристов» и их оборудования с миноносца на яхту прошла быстро. До каплея Завойко и лейтенанта Миронова довели письменный приказ государя. Ознакомив с бумагой, Кононов её сжёг, а потом взял с двух офицеров подписки о неразглашении.

Прошла ещё одна ночь, которую небольшой кораблик, уйдя с точки встречи, провёл на якоре, а с утра яхта направилась к Гавани Марии. Встав на якорь у её входа, пропустили британскую эскадру и начали выбирать цели. Английский флагман разместился на рейде очень удачно, но его систершип был далековат, поэтому второй целью назначили «Глори».

Погода нам благоволила. Балтийская хмарь и небольшой дождь оправдывал брезентовый навес на корме яхты, что позволило по заранее изготовленной лестнице спуститься пловцам в море и принять первый заряд незаметно. На этом воспоминания лейтенанта закончились.

Впереди стало темнее. Ризнич чуть подвсплыл и вскоре упёрся в борт корабля, уже успевший покрыться тонким слоем морских организмов. Сделав знак следовать за ним, направились к кормовой части. Прикинув, где располагаются погреба кормовой двенадцатидюймовой двухорудийной башни, Иван Иванович достал из-за пояса скребок и начал потихоньку счищать нарост. Времени на это ушло чуть ли не больше, чем на то, чтобы добраться до цели. Громом под водой прозвучал звук прилипания мины к борту. Приведя замедлитель в боевое положение, тройка пловцов направилась в обратный путь.

Проплыв около двух кабельтовых, Ризнич поднялся к поверхности, работая ластами, осторожно высунул наполовину голову из воды и огляделся на триста шестьдесят градусов. По воде шла рябь. Мелкий дождь так и не перестал. На рейде, кроме английской эскадры, болталось несколько рыбацких баркасов и яхт с любопытными жителями Маарианхамины, вышедших в море, чтобы рассмотреть военные корабли поближе. До нашей плавбазы оставалось около кабельтова. Иван Иванович, зафиксировав направление взглядом, плавно погрузился под воду.

Через пять минут уже три головы показались у борта яхты, скрытые им от возможных взоров посторонних. Ещё пара минут, и пловцы оказались в салоне, где сняли с себя снаряжение, потом водолазные костюмы и теплое бельё. После чего, не стесняясь, начали энергично полотенцами, используя водку, растирать друг друга, чтобы активизировать кровообращение. Всё-таки почти полчаса в октябрьской балтийской водичке – это не лето и Чёрное море. Закончив согревающиеся процедуры, все трое надели сухое теплое бельё, шерстяные носки, валенки и закутались в тёплые пледы.

– Иван Иванович, вторую мину сможете поставить до первого взрыва, или лучше после него в суматохе до «Глори» сходите? – спросил лейтенанта Кононов.

– Анатолий Алексеевич, у нас где-то час сорок есть. Думаю, полчаса отдохнём и пойдём ставить вторую. До второй цели чуть больше трёх кабельтовых. Неспешным ходом с грузом минут пятнадцать, пять минут на установку мины, и пустыми десять минут назад. Итого полчаса в запасе. До взрыва пойдём, пока кураж есть. Согласны, господа? – Ризнич посмотрел на Белова и Корелова.

– Так точно, Ваше благородие. Вот в январе-феврале прошлого года, когда на «Генерал-адмирале Апраксине» подводные работы проводили. Вот тогда было трудновато! А сейчас считай, в тёплой водице купаемся. Так что и вторую вражину заминируем. Не сомневайтесь! – браво ответил за обоих боцманматов Белов.

– В Вас, Кирилл Андреевич, я и не сомневался. Вы у нас водолаз опытный, с большим подводным стажем. А Вы что скажите, Пётр Васильевич? – спросил кавторанг Корелова.

– Я не подведу, Ваше высокоблагородие! Готов хоть сейчас идти на минирование! – ответил боцманмат, попытавшись подняться с лавки, но был остановлен Конановым.

– Хорошо! – руководитель операции хлопнул в ладоши и продолжил: – Тогда полчаса отдыха, а потом на вторую цель!

– Джон, я клянусь тебе Святым Патриком, что видел морского дьявола! – горячо произнёс небольшого роста моряк, из-под белой бескозырки которого торчали рыжие волосы.

– Киллиан, тебе не говорили, что вы, ирландцы, как были язычниками, так и остались. Видел героя из морских сказок и легенд, а клянёшься святым покровителем своей страны, – насмешливо ответил худощавый и высокий моряк, потирая озябшие руки. – И как он выглядел, твой морской дьявол?