Записки раздолбая или мир для его сиятельства (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич - Страница 74

  - Рад служить вашему сиятельству! - снова вытянулся староста в струнку.

  - Олаф, не ты будешь служить, а сыновья, - усмехнулся я.

  - Я - отец, - парировал он. - В ответе за них. Так что и я буду лямку тянуть, только здесь, на земле. С хозяйством помогать. А то не знаю, как тяжко в походах за всем уследить, что дома делается! - Он грустно усмехнулся.

  Нет, наверное идея неплохая, вон, личная преданность так из всех щелей и прёт. Но слишком много прямых рыцарей тоже нехорошо. Может сотни две набрать и пока хватит? Дворяне всё равно преданнее гвардии.

  - А вот тут у нас мастерская Луция. Он - кожевник. Запахи дай боже, но то ж дубильня, не смотрите так, вашсиятельство. Оттого так далеко за тын и вынесли.

  Кстати, это первое село отделённое от внешнего мира бревенчатым частоколом. Три предыдущих имели чисто земляные укрепления - ров и вал. В принципе, от случайных набегов степной конницы спасут и такие, а от штурма не спасут и деревянные стены - это логично. Но тын из брёвен на гребне вала всё же солиднее смотрится.

  - Ну-ну, давай по кожевнику, - продолжил знакомство с вверенным ветерану объектом.

  Село называлось незамысловато по-фэнтезийному, 'Воронье крыло', и было торговым, а потому богатым. Через него проходил тракт от Аквилеи до Пуэбло, по которому вывозили зерно из центральных частей провинции. Пользовались им не так, чтобы много народа - в сезон до замка можно было добраться по Светлой. Но прилично. Да и Светлая не всегда судоходна, да и иногда кое-какие грузы проще/быстрее доставить колёсами. Так что тут были и таверна, и церковь, и образцовый тын. И крестьяне все поголовно вооружены дубинами и умеют из лука зверя бить.

  В итоге я остановился у старосты, воины, кроме двух приставленных Вольдемаром телохранов, в таверне. Цены трактирщик не драл, взял с нас только за еду и овёс, но всё же взял, не 'подарил'. Я его понимал - граф-то я граф, хозяин земли, на которой его бизнес и дом, взятка в товарном виде - вещь святая... И в сезон он бы так и сделал... Но сейчас ему семью кормить надо, а до сезона далеко.

  - А как в целом торговлишка? - спросил я под вечер, после очень обстоятельной экскурсии, когда мы с Олафом культурно расслаблялись в памятной беседке под хорошее местное пиво. Было холодно, но староста хорошо оделся, а я - маг огня, в принципе не замерзаю.

  - Раньше лучше было, - неоднозначно пожал плечами старый воин. Языки уже заплетались, но мы не торопились, проговаривая слова медленно. - Севернее сильно разбойники пошаливают, вот и боятся. По Светлой больше ходят. Ну, кроме как по воде не пройдёт. Разбой он, в-вашсият-тльство, торговле не способствует.

  - Но-но! Ты меня ещё макроэкономике поучи!

  - Мак-к... Чего?

  - Наливай, говорю.

  А вот тут он меня удивил. Пока я ещё не слышал про разбой в своих владениях. Хотя как граф обязан был знать в первую очередь. То есть, разбой в графстве - это ОБЩЕИЗВЕСТНО, а у меня проблемы как раз с общеизвестным. Мля!

  - Давай п-поподробнее. Где бесчинствуют? Сколько их? Как часто нап-пдают? На кого?

  Бывший десятник нахмурился, мысленно собрался и выдал:

  - Где - знамо где, у Кории, где ж ещё. Там дорога раздваивается - одна на Мериду идёт, через Санта-Магдалену. Одна на Овьедо поворачивает, к столичному тракту. Там и безобразничают.

  Почесал подбородок, хлебнул пива.

  - Кого и как грабят - неведомо, но если бы часто - там бы вообще не ездили. Но весь этот год слышал, раз пять-семь... Восемь, - уверенно произнёс воин. - Восемь раз, точно! И все разы с кровью - всех купчишек убивали. Не, ну и одиночные торгаши пропадают, не без того, но их-то кто считает?

  - А восемь это...

  - Ну, то купцы уважаемые! Гильдейские! Их все знают.

  Я непроизвольно сжал кулаки, борясь с очередным проявлением усиленного дара. И алкоголь как-то не очень помогал, скорее мешал. Но староста уже дошёл до кондиции и не торопился менять тему:

  - Так что в этот год готовьтесь, ваше сиятельство, цены на хлеб вниз поползут. Или легат начнёт пошлины на погрузку взвинчивать.

  - Зачем? - не понял я.

  - Ну, дык все по реке захотят приплыть, и в порту загрузиться. А значит и лодочники брать больше будут. И магистраты королевские за погрузку. Землёй же купцов меньше прибудет. Вот и придётся дешевле отдавать.