Вагон святого Ипатия (СИ) - Аббакумов Игорь Николаевич - Страница 141

Действенного саботажа не будет в одном случае: если чиновникам понятна причина возвышения чужака. То есть, если в их понимании эта закономерная причина. Но с этим придется повозиться. И совсем уж быстро тут ничего не сделать. А что можно сделать? Спустить Ильича с цепи и только притормаживать его на поворотах. Значит так и сделаем: весь экстремизм от любимца народных масс Ульянова, а государь его пыл остужает всяческим увещеванием.

Но пока я все это продумывал, служба Ежевского сумела еще кое-что накопать. Причем, именно на «польском направлении». Оказалось, что отправка на войну самых оголтелых польских деятелей, мало что изменило в польской политике. Даже умеренный Дмовский, являющийся главой правительства, продолжал оставаться в первую очередь поляком. А истинного поляка не только радуют победы в Северной Америке, но и беспокоит отсутствие некоторых польских и даже непольских земель в составе королевства. Предъявлять территориальные претензии Австро-Венгрии и Германии, никто пока не решается. Зато в отношении России никаких стеснений никто не испытывает. Польский посол уже давно выносит нам мозги относительно Срединной Литвы. Так в Речи Посполитой именуют Виленский Край. Там действительно преобладает польское население. Литовцев в этой самой Срединной Литве не более 6 %. Притом, в самом Вильно их всего 1.5 %. И нужно сказать, что теплых чувств к полякам литовцы не испытывают. Нас они тоже не любят, но гораздо меньше. Поэтому Ежевский успешно вербует среди них тайных агентов. От них и стало известно о том, что поляки сейчас ведут активную работу как с польским подпольем в Виленской губернии, так и с нашими либералами. Более того, кто то им подсказал, что для борьбы с самодержавием, можно использовать и пострадавших от недавних церковных реформ наших гомосексуалистов. С этим вообще проблема.

Дело в том, что Поместный Собор решился на то, на что не мог решиться прежний состав Синода. Гомосексуалистами занялась срочно сформированная Православная Протоинквизиция. Она занималась не только извращенцами, но и ими тоже. Не смотря на грозное название, никого в застенках она не пытала. Да и застенков она не имела. Более того, она была не государственной, а чисто общественной организацией. Основная форма работы с грешниками – публичное заслушивание их дела на открытых заседаниях. Основной принцип подхода к людям: нет ни бояр, ни простолюдинов, есть лишь братья во Христе. Подозреваемого в мерзком грехе вызывали на эти слушания и стремились добиться исправления грешника. Тех, кто не желал исправляться или был настолько высокомерен, что игнорировал приглашения, наказывали в основном отлучением от церкви. А вот после этого у отлученного начинались проблемы. Регулярно выходивший «Вестник Протоинквизиции» публиковал списки отлученных с указанием того, в каком грехе упорствует указанный в списке человек. После чего упорствующих обязательно начинало третировать общество. Уже это делало жизнь содомитов невыносимой. Но кроме общества, работало и государство. Во всех ведомствах появились инструкции по кадровому отбору. В них указывалось, что содомиты являются наиболее вероятной жертвой шантажа со стороны тайных злоумышленников, а значит, ставить их на руководящие должности и доверять важные секреты не стоит. В общем, произошла такая чистка рядов Церкви и государственного аппарата, что у меня даже возникли подозрения в том, что большинство обвинений были липовыми. Но оказалось, что я был не прав. В чем меня убедил никто иной как Горемыкин. Ведь прежде чем стать главой правительства, он достаточно долго был министром внутренних дел, да и потом не терял связи с МВД. Поэтому истинный масштаб того или иного явления ему был прекрасно известен.

– Ваше Величество – убеждал меня он, – на самом деле должно удивлять не то, что Протоинквизиция многих осудила, а то, что осуждено слишком мало. Готовясь к докладу, я изучил ту статистику, что имеется в распоряжении Петербургского генерал-губернатора. И уверяю вас, что мерзость эта свойственна не только столице. В провинции дела обстоят немногим лучше.

Знакомства с документами повергло меня в шок. Я и раньше прекрасно знал о существовании подпольных гей-клубов, но считал при этом, что это болезнь высших слоев общества. Действительность оказалась иной. Сей порок был свойственен и немалому числу представителей простонародья. Например, педерастия служила средством дополнительного заработка и для рядовых солдат, которые халтурили подобным образом во время увольнения. Цена сеанса была по солдатским меркам вполне неплохой – от 30 до 40 копеек «за переспать». Но не только солдаты зарабатывали таким образом. Были и среди рабочей молодежи подобные типы. А самое печальное, что и детей втягивали в этот «бизнес».

Но это старая беда. Новым было то, что всех этих «узников совести» нашлось кому пригреть. Буквально на днях, люди Дзержинского обнаружили подпольную организацию «Белая гвардия». Самым досадным было то, что по сути дела мы сами ее и создали. «Белая гвардия» являлась боевым крылом созданной нами партии Жирикова, которую мы уже перестали контролировать, зато поляки и французы сумели подмять ее под себя. Никто иной, как «белогвардейцы» начали собирать под свои знамена обиженных властями гомосексуалистов. Про знамена – это вообще анекдот. Когда создавалась Либерально-Демократическая Партия, то стояла задача как можно плотней скучковать либеральную тусовку. В программе партии была прописана предельная свобода половых отношений. Ну и соответственно, по моей рекомендации, в качестве флага ей вручили радужное знамя, как символ терпимости и свободы. Ну а в «легенде» говорилось, что не разложенный на цвета спектра белый цвет, является символом капитуляции, зато разложенный – символом сосуществования разных убеждений. Рядовым белякам такая «легенда» понравилась настолько, что никто не обратил внимание на то, что на флаге вместо семи цветов радуги находилось всего шесть. И теперь, в связи с массовым наплывом в «Белую гвардию» содомитов, флаг ЛДПР мог символизировать то же самое, что и в моем мире.

Смешно? А вот мне не до смеха, ибо по докладу Дзержинского, подпольные ячейки белогвардейцев не все выявлены.

В общем, как ни крути, но тянуть с ликвидацией белогвардейского подполья не следовало. Вопрос только в том, кому это поручить. Казалось бы, есть у меня МВД со своим министром, есть КГБ… Но это все не то. Ведь предстоит не только выкорчевывать заговор. Нужно еще правильно распорядиться плодами победы. А конечная цель – максимальная ликвидация помещичьего землевладения, наделение крестьян землей, которую конфискуем у заговорщиков, также следует окончательно приструнить заводчиков с фабрикантами и почистить силовые структуры от нелояльных элементов. В общем, нужен самый настоящий «красный террор». Но не такой, какой был в мое время. Потому что и помещики не все являются сволочами, и буржуазия не вся в оппозиции, да и силовики по большей части лояльные. Пострадать должны только виноватые. Сперва я хотел, чтобы этим делом занялся новый Председатель Совета Министров. И вы уже знаете, кого я думал поставить на этот пост. Но после продолжительных раздумий решил не трогать Горемыкина. Почему? А потому что вспомнил все то, что мне было известно о деятельности Ленина на посту Предсовнаркома. Плохим был Ильич главою правительства. При нем все пошло вразнос. И здесь пойдет, несмотря на то, что я позаботился о его дополнительном образовании. В роли революционера он тоже не очень хорош. Февральскую революцию проглядел. В июле 1917 года, еще хлеще было. Неудачная репетиция Октября. Все способствовало тому, чтобы большевики смогли взять власть.

– Только что провалилось «наступление Керенского» – общество ищет виновных

– Планы Временного правительства послать войска Петроградского гарнизона на фронт вызвали массовое недовольство среди них.

– На вооруженную демонстрацию 17 июля вышло до ПЯТИСОТ ТЫСЯЧ солдат, рабочих и матросов!